Наугад - Ande

В общем, со скрипом и визгом, но мы приступили к работе.

Когда мы попрощались с преподом, и уже уходили, Ленка Овчинникова похвасталась. Что ее муж распределился в ПромСтрой Банк. Я хмыкнул, и сказал, что наши перспективы все радужнее. Значит так, слушаем умного человека, девушки. Паша сейчас освоится, а через год мы создадим филиал институтского СНО. Вопрос зачем — неправильный вопрос. Правильный вопрос — каков размер кредита, что нам сможет выдать Паша? Что значит какая разница? Если речь о жалких сотнях тысяч, то придется запускать схему с вениками!

Боже мой, и эти девушки претендуют на звание ученых-экономистов! Следите за руками. На полученный кредит наше СНО проводит научный эксперимент. То есть — заказывает в одном из совхозов крупную партию березовых веников, для банных утех трудящихся. И тут же продает на наш любимый Сенной рынок. Да. Всю партию, договор с директором. Торговая наценка всего пятнадцать процентов. Но, ты помнишь Виктория, что рынков в Питере два десятка? Совершенно верно, Овчинникова. Сенной рынок, всю партию веников, еще даже не собранных селянами, сразу же продает Некрасовскому рынку. А он — Сытному. Потом Кировскому, и так далее. Сделав круг по рынкам, мы имеем два с половиной конца, рассчитываемся с кредитом. Вы пишите кандидатские, а я это дело конвертирую, и едем в Монте-Карло! Как зачем?! Проиграть все в казно! Потому что следующий круг веников, что в это время еще только сушатся, будет по районным продбазам.

Вот, Лен! Правильный вопрос, а если мы уболтаем ПСБ на крупный кредит в двадцать-тридцать милионов рублей? Тут все просто. Заключаем пятилетний фиктивный договор с бельгийской фирмой на производство и поставку какой ни будь хрени. Закупаем на все деньги доллары. И оплачиваем это договор. За пять лет рубль упадет минимум в пять раз. То есть, тупо продав пятерку баксов, рассчитываемся с кредитом. А нам остается больше двадцати миллионов долларов в Бельгии. А?

Девчонки ржали, и говорили, что «Тристан, которому обман, по смерти памятник воздвигнет…»(с) — это про меня. Хорошо, что тебе долго учится. А я говорил, что вы представляете, что будет, когда я выучусь?

И у меня дома Вика не могла успокоиться. Бурчала, что я с такими разговорами, не в Москву поеду, а в места не столь отдаленные. А я возьми да скажи, что все равно Союз скоро развалится, и экономические статьи отменят. И с чего такие выводы, Коля? Дык сейчас пойду на рынок, куплю пару десятков яиц. В магазине нету. А при чем здесь развал Союза? Ну это же признак!

— Союз и не такие проблемы переживал, Коленька, и ничего. То, что ты сегодня с утра без яишницы, ничего не значит.

— Ха, этих мелочей уже столько, что непонятно, чем же государство занимается? И почему оно не может с этими мелкими проблемами справится?

— Потому что есть вещи поважнее!

— Это какие? Какие вещи нашему государству более важны, чем покой и благополучие граждан?

— Мир во всем мире, например!

— Вот ты самая умная, да?

— И добрая, и красивая. А еще, я омлет научилась делать.

— Тогда ответь мне с точки зрения омлета. Откуда ему взяться, если сельское хозяйство — убыточно?

— Но можно же как то стимулировать куроводство!

— Ага-ага. И увеличить яйценостность, показывая петухам куриц без перьев.

— Деревенский жлоб! Умные люди скрывают, что в детстве коровам хвосты крутили.

— Расскажи мне, кто, как и зачем, крутит коровам хвосты?

— Андреев! Не зли меня. Какое отношение коровы, курицы и омлет имеют к распаду СССР.

— Вот офигенная ты, Лишова. Вот даже слов подобрать не могу, насколько. Но умения мыслить стратегически в тебе, как умения варить борщ — нет, и не предвидится.

— Сковородкой в лоб?

— Молчи. Просто вспомни, что каноническая ленинская работа «Основные Задачи Союзов Молодежи» — это ответ Ленина на вопрос из зала — «Почему в деревнях нет колесной мази?». И — вуаля! Агитация, собрания, взносы, стройотряды и вот это вот все. А тут — омлет! Глядя на него, открываются такие бездны, куда там колесной мази!

— Ты можешь простым языком сказать, что ты имеешь ввиду?!

— Цены на продукты, товары и услуги определяются нормативно. Расходы на производство этого всего в разы выше. Ты лучше меня знаешь, что это чистый убыток.

— Но есть же какие то производства или регионы…

— Профильные отрасли не в состоянии обеспечить население ТНП и продуктами. Все и повсюду. Причём, даже неважного качества. С некоторых пор существенная часть зерна, в частности, закупается у врагов. И много чего ещё.

— Но финансируется то это, за счет прибыльных отраслей!

— Назовите мне их, Виктория Борисовна. Я жду, не стесняйтесь! У меня, где-то «Известия» завалялись, с бюджетом на следующий год. Могу предоставить.

— Не нужно. Я поняла. Кроме нефтяной и газовой промышленности доноров нет.

— Не очерняй. Там еще рыбаки, и полезные ископаемые. Апатиты всякие, бокситы и уголь. Пароходства различные. Но профицитом и не пахнет. А внешнеторговое сальдо в минусе.

— А нефть второй год падает.

— Вот, же, Виктория! Стоит тебе отвлечься от неприличных мыслей про меня, ты начинаешь думать.

— А если тебе надеть на голову кастрюлю, и стучать в нее половником, это больно?

— А смысл?

— Очень хочется.

— Вот я и говорю. Нашему государству много хочется, а возможностей уже и нет. В Афгане поставленные цели не достигнуты. Поэтому с Польшей сделаем вид, что все нормально. Социалистический лагерь и неприсоединившиеся страны, хотят подачек, можно нефтью. А население Союза звереет от дефицита. И сказанная тобой, Виктория, мысль будет овладевать массами.

— Какая?

— Что можно же взять отдельную республику и в ней все хорошо. Особенно, если не делать этих бессмысленных отчислений в бюджет этого колхоза, под названием СССР.

— И что, Республиканские Центробанки не станут перечислять деньги в союзный бюджет?

— Нет, Солнце, не станут.

— И что дальше?

— Через год после этого СССР прекратит существование. Все просто. Союзное правительство лишиться ресурсов. И республиканские правительства просто от него откажутся.

— Ерунда какая то! Есть же партия, КГБ, армия наконец!

— Системный кризис-это кризис всей системы. Бюджет трещит под непомерными расходами при отсутствии доходов. Нужны реформы. А реформы никак не запустить. Генералы готовятся воевать со Штатами, и под это заточена вся экономика. Да только в Афгане — не могут победить пастухов. Казалось бы, пора подумать, как будет выглядеть война в двадцать первом веке. Но нет, они — собираются танковые армии по Европе гонять. Любая