Аутсайдер - Евгений И. Астахов

Повисает тяжёлое молчание. Мы с Драганой переглядываемся, потрясённые услышанным. Страшно представить, какая сила оказалась в руках безумца, одержимого жаждой власти. И с этой силой нам предстоит столкнуться лицом к лицу.

Я пытаюсь переварить всё, что услышал, уложить в голове, но выходит плохо. Слишком много информации, и каждая её крупица дерьмовей некуда. Что ж, ты хотел узнать имя ублюдка, стоящего за всем этим. И ты знал… Рад ли этому, дружок?..

Я чувствую, как внутри поднимается волна кипящего гнева. На этого выродка Кар’Танара, извратившего великую идею. На Сопряжение, ставшее инструментом угнетения и геноцида. На блядских безответственных Предтеч, оставивших после себя штуку пострашнее сотни атомных боеголовок. Силу, способную перекраивать саму реальность. Просто бросивших её посреди вселенной, как ящик с плутонием на детской площадке.

Но вместе с яростью приходит и кристально ясное осознание. Осознание чудовищного масштаба той ноши, что легла на мои плечи. Старушка Арианнель готовила меня именно к этому. Она искала того, кто сможет призвать к ответу виновного в гибели её мира и её близких. И с её смертью эта миссия перешла ко мне.

Я стискиваю зубы, глядя в пустоту. Мысли упорядочиваются, эмоции отступают, оставляя холодную расчётливость. Если Эриндор прав, и Иерофант действительно дала нам шанс, пусть даже один на миллиард — я не имею права им не воспользоваться.

Медленно выдохнув, я вновь перевожу взгляд на голограмму Мечтателя.

— Прежде чем мы начнём говорить о более прикладных задачах, скажи, почему Иерофант солгала мне? — внимательно всматриваюсь в лицо собеседника. — С её слов выходило так, будто ты только перед смертью узнал всю правду о Сопряжении. По факту, ты был в курсе всего этого дерьма с самого начала.

— Видишь ли, — задумчиво произносит учёный, — как я уже говорил, Кар’Танар наложил на нас с Шэнди ряд ограничений. Очень серьёзных и очень болезненных. Она физически не могла раскрывать тебе всю правду о Сопряжении и его создателе, даже если хотела. Я тоже не мог, покуда был жив. В этом и есть смысл стоящего перед тобой ИскИна.

Эриндор отводит взгляд, и в его голосе слышится горечь пополам с виной.

— Полагаю, Шэнди рассказала тебе максимум того, что смогла выдавить из себя. Поэтому ей пришлось действовать исподволь — направить тебя по верному пути, чтобы ты сам обрёл все ответы.

Он качает головой и вздыхает.

— К тому же, вполне вероятно, Шэнди опасалась, как опасаюсь и я, что ты не поймёшь наших мотивов, узнав правду. О том, что когда-то мы с Кар’Танаром были друзьями. Такое откровение способно посеять семена сомнения.

Эриндор смотрит на меня с лёгкой тревогой во взгляде, будто гадая, как я отреагирую на эти откровения.

— А возможно, — мрачно отвечаю я, — она использует меня втёмную, как уже пыталась использовать твоего дружка. И в результате правящий класс, ведущий собственные подковёрные прокси-войны, перемалывает целые миры под соусом грёбаного телешоу.

Эриндор пожимает плечами. А я продолжаю:

— Верховного яйцеголового, кстати, не смущает наличие Хранителей Равновесия, Симмахии и всех остальных фракций, важно надувающих щёки?

— Нет. Его это забавляет. Для того, чтобы кселари могли вести свою бесконечную экспансию, им нужны враги. А тех нужно культивировать, иначе в один прекрасный день они кончатся.

— Замечательная логика. Ладно, умник. Раз уж мы выяснили, кто тут главный злыдень и верховный супостат, самое время перейти к делу. Есть способ отобрать у нашего дружка-психопата контроль над Сердцем? — прикинув, спрашиваю я.

Эриндор задумчиво потирает подбородок.

— Да. Если получить физический доступ к самому Сердцу и перехватить управление, то Кар’Танар лишится возможности использовать его мощь для своих целей. Правда, добраться до Сердца будет непросто. На него нет пути ни через один из Телепортариумов в Сопряжении. И всё же, на этой планете бывал каждый из Квазаров и Супернов, — на лице собеседника мелькает тень улыбки. Ему нравится задавать подобные головоломки.

На миг задумавшись, я выдыхаю:

— Та планета, где проходят дуэли за право стать Квазом и Новой, верно? Мрачная чёрная срань, засыпанная битым обсидианом, с грозовыми тучами над головой.

— Всё верно. Люблю, когда мой визави хотя бы чуть-чуть умнее овоща.

— Можно ли уничтожить Сердце? — уточняю я. — И что тогда произойдёт?

Голограмма Эриндора содрогается, как от озноба.

— Это было бы настоящей катастрофой! Представь, что взорвалась сверхмассивная чёрная дыра. Со всей текущей сквозь Сердце энергией… Боюсь, последствия будут куда серьёзнее, чем какая-то там уничтоженная звёздная система. Рванёт так, будто сдетонировала тысяча солнц одновременно.

— И что ты предлагаешь?

Ксенос ухмыляется.

— Сражаться, естественно. И победить.

Глава 21

— Ты-то первым будешь сражаться и побеждать, — хмыкаю я, обведя рукой его голографический силуэт. — Ладно, умник. Раз уж мы выяснили, кого нужно угробить для всеобщего счастья, самое время обговорить детали. Уверен, у тебя есть какой-то план. Ты говоришь, что ключевая задача получить физический доступ к Сердцу Мироздания. И тогда уже можно будет отключить от него твоего заклятого дружка? Скажи, почему Император вообще сидит возле этого чудо-движка Предтеч на раскуроченной планете на задворках галактики вместо вилы где-то на центральной планете кселари? Почему он не обеспечил себе удалённый доступ? Если так подумать, почему ни ты, ни Иерофант не озаботились тем же самым? Ладно она, но ты-то интеллектуал от мира науки. Неужели не ёкнуло, оставить для себя бэкдор[1]?

— Всё просто. Предтечи создали Сердце таким образом, что лишь прямой физический контакт с ним позволяет производить действительно кардинальные метаморфозы со вселенной. Поверь, я неплохо разобрался в его устройстве. Так что, нет, я не мог оставить себе лазейку. Чтобы оперировать Сердцем, ты должен находится рядом с ним. Вот почему Кар’Танару пришлось вернуться на тот заброшенный мир. И теперь, — голограмма делает акцент на каждом слове, — он не может его покинуть. Страх потерять источник своей силы и власти приковал его к этому месту. Мысль о том, что враги могут добраться до заветного объекта и отнять всё, чего он достиг, превратилась в манию.

Ксенос задумывается, опустив взгляд, и чуть тише поясняет:

— Именно поэтому Кар’Танар методично искоренил на каждой планете все технологии сверхсветовых путешествий, в частности, звездолёты. И делает это вновь и вновь с каждым миром, ставшим частью Сопряжения. Ведь он панически боится, что кто-то сможет добраться до места,