На краю Империи - Иван Гвоздик

Я посмотрел на Вержинью расширившимися глазами. Как я сам не дошёл до такого? Действительно, с чего я решил, что нужно отпускать технику раньше времени? Внутри меня разжёгся огонь жажды исследовать данный вопрос.

Я тут же извлёк из кольца один из трофейных медальонов-блокировщиков, прикрепив его к стене одного из зданий.

— Нужно срочно проверить твою теорию, Вержинья, — пояснил ей свои действия.

Артефакт работал исправно, правда, был довольно слабеньким и ограждал часть стены от моей силы всего в двадцати сантиметрах от себя.

Чтобы сформировать первое ветряное лезвие, мне понадобилось меньше секунды; всё же не зря я столько тренировок потратил на это дело. Оно тут же полетело в сторону артефакта, но в отличие от прошлых раз я не отпустил конструкт раньше времени, продолжая ускорять его до самой границы блокировки. На расстоянии в двадцати сантиметрах от стены моя сила рассеялась, но разогнанное ветряное лезвие полетело дальше, врезаясь в каменную стену и оставляя на ней лёгкую царапину.

— Спасибо, подруга, ты и вправду мне открыла глаза на моё заблуждение, — искренне поблагодарил я её, ведь благодаря ей моя техника только что перешла на новый уровень силы. И самое обидное, что я сам ограничивал её всё это время, блуждая в заблуждениях, сформированных мною и для меня же.

— Да не за что, все мы заблуждаемся так или иначе, даже в, казалось бы, самых обыденных делах.

— И тем не менее. Теперь давай займёмся твоей техникой, только давай отойдём в степь, для большего манёвра.

Несколько часов мы пытались разработать для неё собственную технику ветряных лезвий, но её дар был устроен на совершенно других принципах, и оттого мы регулярно натыкались на какие-то барьеры, преодолеть которые оказалось весьма и весьма сложно. Воздух всё время стремился разрастись в разные стороны, и если его удавалось сжать, то зачастую получалась какая-то «сосиска», а не вытянутая плоскость. По моему предположению, всё дело было в том, что в отличие от меня, который грубо спрессовывал ветер своей силой, Вержинья пыталась «уговорить» воздух принять форму, которая ему была совершенно чужда. Но мало-помалу нам удавалось найти обходные пути и хитрости на каждом этапе, так что, когда солнце уже высоко стояло в зените, женщина наконец сумела создать первое в её жизни ветряное лезвие.

— Получилось! — радостно вскрикнула она, оборачиваясь в мою сторону; при этом полы её синего платья взметнулись в воздухе, обнажая в разрезе сексуальную ножку.

— Отлично, пойдём, нас там уже потеряли, наверное, — улыбнулся ей и направился в обратный путь.

Когда мы возвращались обратно, я увидел, что во дворе перед нашей избушкой происходила какая-то суета: звенели мечи, летели лучи, разлетались звуковые волны.

— Вы где были? — при нашем приближении Плющ резко обернулся, пристально вглядываясь в нас.

Я обратил внимание, как сузились глаза Иллейв, оценивающе смотрящей на нас. Она до этого тренировалась с мечом, спаррингуясь с командиром.

— Тренировались, Пабло помог мне разработать новый приём, правда, на формирование этой техники уходит около минуты, — Вержинья как-то резко взяла слово, при этом поправляя локон чёрных волос, что выдавало её смущение.

— Это дело тренировок, — попытался я её поддержать, решив, что смущение связано с неэффективностью техники на данный момент. — А вы тут чем заняты?

Иллейв, фыркнув, ушла куда-то в сторону, начав бой с тенью.

Не понял, чего это она?

— Утром был разбор полётов, который вы пропустили, — даже с каким-то укором произнёс Плющ. Я же тем временем подошёл к своей броне, став облачиться; всё же ходил я до этого с голым торсом.

— И к чему пришли? — уточнил у него.

— К тому, что мы совсем не готовы к новой встрече с орками, из нас всех — Только ты способен противостоять им.

— Ну хоть это поняли, — усмехнулся я.

— Тем не менее, одного тебя недостаточно, если нам встретится их большее количество.

— Согласен, — это было очевидно, о чём-то подобном я уже думал утром.

— Первое, что нам обязательно нужно, — это ещё такие мечи, как у вашей тройки. Ну, это так, на будущее. Озадачу лейтенанта, пусть думает. Сейчас же мы разработали тактику удержания. Я могу блокировать орка, а Иллейв сносит ему голову с помощью своего меча; прошлого она свалила за десять ударов. Вержинью я думаю можно использовать в связке с Робом. Ты сможешь удержать орка на одном месте хотя бы минуту? — это адресовалось женщине.

— Не знаю, — она даже немного растерялась, такой практики у неё ещё не было.

— Это можно выяснить, — подключился к их разговору. — Физически орки намного сильнее, чем сила моего телекинеза, так что если не сможешь сдвинуть меня с места, то орка и подавно.

— Хорошо, тогда опробуйте это, как раз потренируетесь; нам всё равно ждать, пока Роб очухается.

Плющ отправился к моей жене, и они снова начали отрабатывать совместные приёмы; мы же с Вержиньей отошли в сторонку.

— Ну что, попробуем? — улыбнулся ей и взлетел на метр от земли, да так и завис. — Попробуй сдуть меня, а я попытаюсь остаться на прежнем месте.

Вержинья, встав напротив меня, мило улыбнулась. В тот же момент воздух вокруг неё пришёл в движение: старая трава взметнулась ввысь, следуя его движению, и вскоре мощь ветра ощущалась на расстоянии; даже кусочки земли взметались вверх. А потом вся эта сила обрушилась на моё тело. От бешеного напора я весь напрягся, пытаясь остаться на прежнем месте; стало трудно дышать из-за хлещущего в лицо ветра. Я повернулся спиной к направленному потоку, и стало заметно легче.

Сила бьющего потока ветра нарастала с каждой секундой. Я уже и сам покрылся испариной, не желая поддаваться и смещаться даже на чуть-чуть. В какой-то момент ветер иссяк, и, обернувшись, я увидел бледное лицо Вержиньи. Она покачнулась и стала заваливаться в сторону. Резким рывком я оказался на пути падения и мягко подхватил её, не давая упасть в грязь.

— Ты перенапряглась, — тихо произнёс, смотря ей в глаза.

— Выложилась на полную, — с трудом, но ей всё же удалось