Претенденты - Сергей Сизарев

– Тогда мы с другой стороны зайдём.

– Ха-ха, смешно. Кстати, хочешь кусок хелемарского юмора, Графен? Скажи, как после Третьей хеленмарской будут называться все города в России?

– И как?

– Углич! – звонко засмеялась Астра, хлопнув в ладоши: – Углич. Улавливаешь шутку? Это не слишком сложно для тебя?

Александр только поморщился.

– А вот тебе загадка попроще! Как в Хеленмаре называют укус пудледемона?

– Ну и как?

– АМ! – путация, – Астра сделал вид, что кусает Графена за руку.

– Не смешно.

– Да ну тебя… – приуныла Астра. Она села рядом и привалилась к Графену. Он медленно, словно нехотя, обнял её за плечи. Не прошло и минуты, как она уснула.

Графен сидел мрачнее тучи – он чувствовал, что бесконечно так продолжаться не может. И ему предстоит заплатить за своё предательство дорогую цену.

«Но я не хочу, чтобы ты тоже платила», – подумал он, глядя на мирно посапывавшую Астру.

В какой-то момент Марфа осознала, что у мужа кто-то есть на стороне. Регулярные «секретные совещания», когда его телефон был выключен, ежедневные задержки на службе… Папа Гендо его покрывает. Даже этот старый бабник Кондратьевич. Чёртова мужская солидарность! Но ничего – она выведет его на чистую воду. Небось, завёл себе какую-нибудь гимназистку. И это после того, что она для него сделала! После всего того, чем она пожертвовала!

Но нельзя предъявлять, не имея доказательств. Точнее, предъявлять-то можно всегда и что угодно – это её имманентное право, как женщины, но он опять попытается использовать эту свою мужскую логику, лишённую чувств и основанную лишь на здравом смысле, в общем, жалкое подобие настоящей логики, построенной на чуйке и гормонах. А значит, нужно собрать доказательную базу! Ну, или хотя бы что-то, с чего можно начать психологическую атаку. Марфа проверила расходы Графена за последний месяц и обнаружила, что его траты возросли на пять процентов. Если это любовница, то какая-то эконом-класса… А может, она сама ему платит? Какая-нибудь развратная бизнесвумен! Но Графена вообще не интересуют деньги… Нужно было узнать хоть что-то!

Поэтому когда муж пошёл в душ, Марфа взяла его телефон и стала смотреть список звонков – она так время от времени делала, поэтому знала все контакты мужа назубок. Вот и новый номер – некий «Николай», Графен звонил ему каждый день с работы, как минимум, по разу. «Неужели всё настолько легко?» – поразилась Марфа. У неё было минут десять-пятнадцать, потому что Графен имел привычку залипать под горячим душем, думая свои думы, так что она набрала «Николая». Трубку подняли сразу же, но молчали. Прошло несколько секунд. Наконец Марфа решилась:

– Здравствуйте!

– Добрый вечер, – раздался из трубки нежный голос… молодой девушки? Или даже ребёнка?

– Вам кого? – спросил голос.

– Николая, – ответила Марфа.

– А… Моего папу, да?

– Да.

– А он погиб два месяца назад на Марсе.

Марфа вспомнила, что два месяца назад Графен был на Марсе, участвовал в спецоперации на «Либерти Уан». Но она всё ещё не понимала, какое Сашка имеет к этому отношение. Может, решил присоседиться к вдовушке боевого товарища? Утешить её в трудную минуту? В голову полезли образы того, как Графен утешает молодую вдовушку, и Марфа против своей воли почувствовала острый приступ желания.

– Я… Мне очень жаль это слышать. А маму можешь позвать?

– Не могу.

– Почему?

– Она погибла пять лет назад, во время бомбардировки Реясильвии.

Всё-таки не вдовушка. Неужели сама девочка? Ну, это было бы слишком! Впрочем, дети сейчас рано созревают.

– Сколько тебе лет?

– Десять.

– Скажи… тебе кто-то помогает?

– Да, мне дядя Саша помогает. Мой папа… – девочка зашмыгала носом. – Когда мой папа умирал на руках дяди Саши, тот поклялся их боевым товариществом, что не оставит меня – поможет мне встать на ноги без родителей. Он очень добрый, продукты мне приносит, одежду. Мне всё это в детдоме пригодится – там не разгуляешься. Просто пока что некому меня туда сдать – вся моя родня погибла на Весте, а земная бюрократия такая долгая… Вы ведь жена дяди Саши, да?

– Да, – глухо ответила Марфа. Её уже душили рыдания, по щеке прокатилась слеза.

– У вас очень хороший муж. Дядя Саша – он, как мой папа. Смелый и сильный, добрый и отзывчивый.

– Он такой, – подтвердила Марфа. Ей было невероятно стыдно, что она могла думать о муже так плохо.

– Я могу вам чем-то помочь, тётя Марфа? – спросил нежный голос в трубке. – Если да, вы скажите. Я попробую.

– Нет, всё хорошо. Извини, – уже плача, ответила Марфа и прервала звонок, не в силах продолжать разговор.

Когда Графен вошёл в спальню, то нашёл Марфу зарёванной. Он поспешил к ней, но она, сверкнув глазами, отвесила ему звонкую пощёчину, а потом разрыдалась в его объятиях.

– За что? – спросил Александр таким ровным голосом, будто это нужно было чисто для проформы – чтобы было что вписать в графу «Причина».

– Как ты мог! – возмутилась Марфа, всхлипывая и стуча кулаками ему в грудь. – Как ты мог скрывать от меня ту девочку?

«Мне трындец», – отчётливо понял Графен.

– Ты же понимаешь, что это нельзя так оставить? – спросила Марфа.

– Да, – хрипло выдавил из себя Александр, побелев словно мел.

– Мы должны её удочерить! – воскликнула Марфа жарко.

– Чего? – оглушённо пробормотал Графен.

– Её заберут в детский дом. Это же дочь Николая, твоего боевого товарища. Ты обещал ему перед его смертью, что позаботишься о ней, и что ты делаешь? Носишь ей еду и одежду. Я поговорила с этой девочкой всего пару минут, а уже люблю её всем сердцем! Ты должен привести её к нам и познакомить.

– Ты говорила с ней?

– Да, по телефону.

– Она позвонила?

– Нет, я ей. Я должна знать, где ты пропадаешь каждый день, Саша!

– Пусть лучше её сдадут в детдом, – сказал Графен. – Не нужно её сюда приводить. Ты не понимаешь, чего просишь. Она не очень хорошая девочка – капризная, жестокая и много врёт.

– Ты наговариваешь на неё, потому что не хочешь перекладывать эту тяжесть со своих плеч на мои? Это глупо, Саша. Как её зовут?

– Астра.

– Астра? – переспросила Марфа. Она была уверена, что буквально недавно уже слышала это странное имя, но не смогла вспомнить, где и когда.

– Решено! Ты приводишь её к нам на обед в субботу. Олежек как раз будет дома – они с Астрой примерно одного возраста. Ему нужно общаться с девочками, а не только с курсантами.