Этап - Константин Бояндин

Они шли по городу – городу без людей – и смотрели по сторонам.

– Я думала, будут пожары и все такое, – удивилась Мария. – Ну, если люди просто исчезнут, точно будут несчастные случаи. У кого-то утюг был включен, у кого-то чайник на плите. А ничего не происходит! Все выключено, ничего не работает. Как будто кто-то все выключил вовремя!

– Или они сами выключили, – предположила Дарья. – Ой, кафе! Смотрите, его уже открыли!

– Там все равно никого нет, – вздохнула Мария, но направилась, следом за Николаевым, в сторону кафе. В походной одежде было не слишком уютно, но переодеваться не хотелось – никому. Вроде как дурная примета, говорила Мария. Если уж оделся для сброса, не переодевайся больше. Смейся, смейся, я вот тоже смеялась...

– Идемте! – Дарья выбежала из кафе. – Там все уже готово, просто выключено. И свет есть, ну, то есть электричество! Ничего не понимаю!

– Самообслуживание, – согласилась Мария. – Вот черт, я есть хочу жутко. Очень вовремя это кафе. Даша, что там у них в меню?

– Курица-гриль, – Даша подошла ближе. – Бутерброды, салаты. Чая настоящего нет, а кофе только растворимый.

– Ладно, привал, – Мария посмотрела в глаза Николаева. – Привал? Кошку выпустим, да?

* * *

Привал получился что надо. И не скажешь, что тут начинался конец света, подумал Николаев. Если бы не сожгли тех комаров, а потом не истребили то, что пришло во время прорыва... он вспомнил картину того, первого конца света, и содрогнулся.

– Я тоже не верю, – Мария расстегнула куртку – самое большее, на что решилась. Рюкзаки сложили на свободный стул, а прямо на столе сидела довольная Кошка и угощалась всем, что ей нравилось. – Так все спокойно, мирно. И не колотит, что характерно! Я потом, пока сброс не происходил, сидела и тряслась. Нет, не боялась, просто тряслась, сил не было. А сейчас так хорошо себя чувствую, прелесть!

– Ага, – согласилась Дарья, тоже довольная и успокоившаяся. – Я тоже. И Кошка не нервничает. Мы что-то сумели сделать, да? Что-то особое?

– Никогда еще не было без жертв, – заметила Мария. – Ну, у нас не было, у нашей команды. И никогда еще предметы не выключались до сброса. Этого вообще ни у кого не было, вот Федю увидим, уточним.

Они никуда не спешили уйти – Солнце поднималось, становилось теплее. Хотелось просто сидеть, наслаждаясь его теплом, и ничего не делать. И не думать ни о чем. Вот они и сидели, улыбаясь, и ничего не делали.

– Птицы поют, – Дарья вскочила на ноги. – Слышите? Птицы тоже исчезли! Все исчезают – сначала люди, потом животные и птицы!

– Точно, поют, – удивилась Мария. – Да много! Идемте, посмотрим. Даша, – она протянула той несколько банкнот. – Этого хватит?

– Хватит! – и Дарья умчалась в здание кафе, вернулась почти сразу же.

– У кассы оставила, – пояснила она. – Теперь можно идти.

* * *

Они шли и наблюдали, как все преображается. Вокруг наступала весна – прорастали цветы, они на глазах раскрывали бутоны – самые разные. Все, что только может расти на газонах и клумбах. И появлялись птицы – вначале их было только слышно, потом стало и видно тоже. А потом...

– Я их слышу, – Дарья поднесла ладони к ушам. – Вы слышите?

– Я уже вижу, – указала Мария рукой. Теперь и Николаев видел и, похоже, Дарья. Словно призраки – люди, пока что не более чем тени, появлялись там и сям. Обычные, самые обычные люди – кто-то спешил на работу, кто-то никуда не спешил, прогуливаясь. Появлялись и пропадали, и вновь появлялись, и становились все более плотными, видимыми.

– Солнце слепит, – Дарья прикрыла лицо ладонью. – Какое яркое!

Мария оглянулась несколько раз.

– Быстро! – приказала она. – Сережа, Даша, ко мне! Берите вещи, держите меня за руки! Кошка! Кошка, бегом сюда!

Николаев взял их обеих за руки и успел только заметить, что Кошка скачет к ним, и...

Вспышка.

* * *

Они пришли в себя почти сразу же. Так и стояли, в той же одежде, с рюкзаками за спиной.