Альт-летчик - Комбат Найтов

Адмирал Кетлинский, действительно, во всем поддерживал переход власти к большевикам, сам был бо́льшим большевиком, чем многие партийцы, которые грезили Мировой революцией. Меры мы предприняли, той же ночью высадились на обоих кораблях и подвели их к причалам. На бортах были задержаны английские абордажные команды в количестве 22 человек на каждом из кораблей. Командовали всем этим англичане. Поэтому они высадили нижних чинов с кораблей и ожидали подхода какого-то отряда. Кетлинский сменил командиров и часть офицеров, придал два «Новика» и отправил оба корабля, после выгрузки летательных аппаратов, в Архангельск, где требовалось спустить пары и встать на зимовку с минимальным экипажем. Туда англичане, при поддержке Временного правительства, отправили оба линкора, которые имели на борту очень распропагандированные команды, управлять которыми у англичан не получалось. Через пять суток, уже без нас, было небольшое столкновение с бывшими союзниками, со стрельбой поверх голов из пулемета. Кетлинский жестко пообещал утопить все и вся английское в Екатерининской гавани, если англичане будут вести себя здесь как хозяева.

– Россия более союзных отношений с Антантой не поддерживает. Вы выступаете против окончания войны без аннексий и контрибуций, мы – за такое ее окончание. Вы исчерпали свои силы на Западном фронте, мы – на Восточном. Единственным выходом из ситуации остаются мирные переговоры. Цели войны не достигнуты, это – тупик.

Кетлинский тогда не знал, что идут интенсивные переговоры с правительством США, и англичане, потеряв Россию и ее ресурсы, сольют все «кузенам», которые и спланировали всю эту мировую бойню.

У меня же состоялся тяжелый разговор с личным составом авиационных боевых частей обоих кораблей. Претензий у них было много! И очень плохие условия для проживания, отсутствие отпусков в течение трех лет, мизерные оклады и пайки, слабое снабжение запасными частями и полное отсутствие топлива для самолетов. Люди не летали, боевых выходов авианосцы совершили только два, на «Ютландский бой» они опоздали, задержавшись с выходом в прошлом году. Всех сагитировать не удалось, были и принципиальные противники Советской власти, но самолеты мы все перегнали в Гатчину. Из 168 летчиков и 460 техников и мотористов более 85 % перешло на службу в 1-й воздушный корпус РККА/РККФ. Собственно, армии еще как таковой не существовало, было устное распоряжение пред-СНК о начале формирования частей и соединений армии и флота, все вместе это называлось Революционными Вооруженными Силами. О результатах проведенной операции мы доложили не только в СНК, но и в Киркуолл. Летчики и техники все друг друга знали, альма-матер у них была одна: Гатчинская школа, лишь на юге страны несколько выпусков сделала будущая Кача, но инструкторами там были выпускники нашей школы. Федор Ильич за две недели подготовил в полнейшей тайне перелет дивизии, мы из Гельсингфорса сумели послать в Балтику «Архимед» с сопровождением. Летный состав перелетел в полном составе, а вот для техников не хватило посадочных мест, мы временно потеряли более 45 процентов технического состава, но начали переговоры с англичанами об их репатриации. После того, как англичанам стало известно, что Гатчинский авиазавод восстановил производство самолетов, нам разрешили забрать техников с помощью ГТ-4, в обмен на поставку 120 СКМ-2, которые были сожжены на аэродромах. Ослаблять оборону побережья для англичан было достаточно опасно. Флот открытого моря существовал и представлял собой солидную угрозу. Я же, затратив всего три недели, сумел сформировать корпус, хотя полностью восстановить его боеспособность еще не успел: матчасть нуждалась в ремонтах и заменах, полного комплекта самолетов мы не имели. Тем не менее я доложился в СНК и пригласил в Гатчину всех его членов, плюс членов РВС, как переименовали ВРК. По итогам смотра корпусу было присвоено имя: «Стражи пролетарской революции», но главным итогом было небольшое совещание в узком кругу в доме незабвенной Кристины Павловны. Присутствовали Ульянов-Ленин, Дзержинский, Сталин, Урицкий, Борейко, два брата Бонч-Бруевичи и Кетлинский. Ну и я. Не забыл я пригласить и Григоровичей, старшего и младшего. Речь, в первую очередь, пошла о Декрете о праве наций на самоопределение. Выполняя перелет и сопровождение наших бортов из Англии, мы обнаружили конвой германских судов и кораблей на подходе к Турку. Финские «егеря» договорились с Вильгельмом, и тот начал переброску двух пехотных дивизий в Финляндию. К этому времени большая часть Восточной Финляндии подняла красные флаги. То есть установила Советскую власть. В Гельсингфорсе – двоевластие. Там сильны позиции прошведских партий, и, хотя сил и средств у флота хватает, чтобы удержать одну из самых больших в мире морских крепостей, вполне возможны провокации. Две дивизии немцев, даже поддержанные еще тремя дивизиями «егерей», это не та сила, чтобы захватить Гельсингфорс. У нас с немцами временное перемирие, которое они нарушили. На 11 октября, 25 октября по новому стилю, немецких частей в Финляндии не было. Требуется вызвать Мирбаха и предъявить ему ноту.

– Северо-Западный фронт, его войсковые части, крайне неустойчивые соединения. Если немцы начнут новое наступление, то фронт рухнет, – сказал главный военный специалист генерал Михаил Бонч-Бруевич.

– Михаил Дмитриевич, у меня под рукой почти полный корпус истребителей-бомбардировщиков, пикировщиков и летающих лодок-бомбардировщиков. Перемышль помните? Много немцы там смогли сделать, пока там действовали мои эскадрильи? Нас сейчас в шесть раз больше, и большая часть летчиков имеет хороший боевой опыт. Показательную порку устроим в Аландской части Финляндии, если, конечно, Вильгельм не отведет свои войска. На территории Финляндии немецкие калибры не складированы, а мы потопим все, что будет направлено туда. Сил и средств достаточно, топливо из Грозного я подтянул. Насколько я в курсе, а адмирал Григорович не даст мне сказать лишнего, у нас единственные в мире линкоры-ледоколы. Они в состоянии действовать свободно в западной части Финского залива. Англичане совершенно не напрасно, увидев растущую эффективность нашей армии, воспользовались недовольством царствующего дома мной лично, и постарались лишить русскую армию нового оружия, и инициативного командующего, за две плавающие консервные банки, которые ни одного выстрела в этой войне не сделали.

– Это так, господа, извините, товарищи комиссары, как морской министр, я был против такого обмена, но, к сожалению, к моему мнению не прислушались. В настоящий момент противопоставить нашему флоту, после восстановления 1-го воздушного корпуса, ни один флот в мире ничего не может. Мы можем диктовать свои условия, уважаемый товарищ председатель СНК. Личный состав тяжелых эскадр где-то на 50–60 процентов поддерживает вас, может быть и больше. Корабли на зимний отстой мы еще не выводили. Вильгельм действует нагло и безрассудно, ориентируясь на заявления «егерей» и пресловутый акт, извините, декрет о праве наций на самоопределение. Финская «государственность» – искусственное образование. Есть финская народность, а нации там нет, это шведы воду мутят. Ну и наши монархисты льют воду на эту мельницу. Увы, я отстранен от командования, иначе бы эти две дивизии уже купались в Финском заливе. Это – территория России, за которую девять веков шла непрекращающаяся война со Швецией и Данией. Финский удел – это самая западная часть от Порккала-Удд до Аландов. Остальное – Водьская пятина Новгородского княжества. И жили там води, а не финны. То же самое касается севера так называемого княжества Финляндского. Проживали там саамы, православные. Да, в прошлом веке Александр II разрешил там селиться финнам. Это наша земелька, Владимир Ильич, от Сторфьорда до Торнио.