Стадия Алчности - Макс Вальтер

Глава 12

Операция «Пи…»

Вот в моём понимании, капельницу нужно ставить в вену, однако Клаус принялся набирать содержимое в шприц и колоть зверю в холку. С вопросами я не лез, потому как видел, что мастер знает своё дело.

Волк тоже стойко сносил все манипуляции, хотя в глазах явно читалась обречённость. Однако он не огрызался, не делал попыток вырваться и уж тем более укусить.

А Клаус тем временем продолжал перекачивать физраствор из флакона ему под шкуру. Мир вокруг изменился, сделался нормальным, соответственно крыша стала покатой, что никоим образом не способствовало удобству.

– Давай перенесём его в дом, – закончив с инъекциями, сказал тот. – Нужно его зашить, а здесь этим заниматься не совсем удобно.

Я молча кивнул, поднял зверя на руки и едва не навернулся. Зверь взвизгнул от боли, но всё ещё не сопротивлялся, не пытался вырваться.

Клаус помог мне добраться до слухового окна, вначале влез в него сам и принял животное. Я вернулся обратно, чтобы забрать наши вещи и только после этого покинул крышу.

Волка уложили на бильярдный стол и начался второй этап операции.

Клаус снял мою повязку, промыл раны, почистил их, затем заштопал и сделал ещё несколько уколов, как сказал: «Антибиотик и обезболивающее». После чего установил тампоны на входное и выходное отверстие, и наложил повязку. Действовал он довольно быстро, уверенно, в общем, чувствовался опыт.

– Всё, теперь только ждать, – произнёс он, отойдя от зверя.

– Ну ты же всё правильно сделал? – с надеждой спросил я.

– Понимаешь, когда пуля проходит сквозь тело, она передаёт кинетическую энергию мягким тканям, – попытался объяснить тот. – У него, скорее всего, ушиб внутренних органов, притом неслабый. Возможно, внутренне кровотечение, короче, факторов целая куча.

– Ты можешь нормально сказать, он выживет? – поморщился я от всех этих объяснений. – Чё ты как этот, блин.

– Не знаю, – пожал плечами тот, – будем надеяться.

– Ладно, – немного помолчав, согласился я, – пошли пока трофеи собирать.

Закипела не менее интересная и очень грязная работа, которая тем не менее отвлекла от мрачных мыслей. Собственно на это и возлагались надежды.

Пришлось разобрать целую гору трупов внизу, чтобы выбрать все узелки с лутом, обыскать ближайшую территорию на наличие монет Алчности. Но улов стоил того.

По итогу в холле набралась целая гора ништяков, пока ещё даже не раскрытых. Сто шестьдесят четыре монеты, семьдесят два узелка и два уставших воина.

– Пойду зверя посмотрю, – посидев несколько минут на диване, решил я.

– Воды ему принеси, жрать не давай, – дал указание тот. – Если кишечник повреждён, то есть ему нельзя.

– Как думаешь, печенье поможет? – остановился я у лестницы.

– Вряд ли, – покачал головой Клаус. – В его крови нет нанитов.

– Есть, – уверенно кивнул я. – Он жрал участников, так что наверняка они попали в его организм.

– А это может сработать, – почесал переносицу он. – Попробуй, только много не давай.

– Хорошо, – кивнул я, – и спасибо тебе.

– Вали уже, – усмехнулся тот, – не то сейчас ещё в любви признаваться начнёшь.

– Нет уж, – натянул я усталую улыбку, – это не по моей части.

Волк спал, но стоило мне войти, вздрогнул и, подняв морду, посмотрел прямо в глаза. Пауза длилась недолго, всего пару секунд, после чего зверь положил голову обратно на стол.

– Ну как ты? – провёл я рукой по его жёсткой шерсти. – Смотри не умирай, я на тебя столько сил потратил.

Но тот будто не слышал, продолжая часто дышать. И вот как понять, лучше ему или хуже? Хоть бы сказал чего в самом деле: хрюкнул, гавкнул, хвостом повилял. А волки вообще так делают?

– Ладно, отдыхай, – похлопал я его по лопатке и тот снова посмотрел мне в глаза. – Сейчас воды тебе принесу, а и вот ещё, на, пожуй.

Я снова извлёк из кармана лечебное печенье и, отломив небольшой кусок, сунул тому в пасть. Зверь выплюнул его сразу же.

– Ну и дурак, – отмахнулся я. – Глядишь, помогло бы.

Затем я спустился вниз, прошёл на кухню и, набрав небольшую миску воды, вернулся к волку. Вот на неё он набросился сразу. Хотя в том нет ничего удивительного, большая кровопотеря всегда сопровождается сильной жаждой.

– Чего смотришь, – упрекнул я Шершавого, – не велено тебя кормить. Терпи, ты же мужик.

Я ещё раз провёл рукой по шерсти и оставил четвероногого в покое. Пусть спит, поправляется.

– Как он? – поинтересовался Клаус, едва я появился на лестнице.

– Да хрен его поймёшь, – пожал я плечами. – Печенье не жрёт, но воду выхлебал. Вроде нормально, не знаю.

– Если ночь продержится, значит, выживет, – отмахнулся тот. – Ладно, наши планы какие? Рейд на босса принимаем?

– Ага, прямо сейчас побежим, – усмехнулся я. – Может, отдохнём вначале? У меня сил вообще нет, меня ребёнок в два щелчка размотает, а ты на босса собрался.

– Ну я же не имел в виду сразу, – пожал плечами тот. – По идее в посёлке безопасно, можно спокойно передохну́ть.

– Мне нравится ход твоих мыслей, – я наконец упал в кресло и завалил ноги на журнальный столик. – Затрахало меня уже всё это дело. Эх, кто бы за пивком ещё сбегал…

– Что-то я здесь сельмага не заметил, – ухмыльнулся Клаус, – но от пива тоже не отказался бы.

– Там, – неопределённо махнул я рукой. – Где вечеринка проходила, сто пудов что-нибудь есть.

– Логично, – согласился тот. – Я пойду, проверю.

– М-да, ещё пара таких поступков с твоей стороны, и ты точно разобьёшь мне сердце, – усмехнулся я.

– Сплюнь, – засмеялся Клаус. – Можешь подарки пока разбирать начать.

– Хер на них, – отмахнулся я. – Лень. Вначале в душ, затем пиво и баиньки, и пусть весь мир подождёт.

– В кои-то веки я с тобой полностью согласен, – устало произнёс тот. – Ладно, не унывай тут, я мухой.

– Ага, давай там, чтоб я