Молот Солнца: Ветка Нируби - Дейлор Смит

Оттолкнув от себя грилов, Крас взял под уздцы своего скакуна и направился дальше по улице.

— Странно здесь всё, — сокрушался у него за спиной Кэндер Фогг. — Очень странно! Кто-нибудь обратил внимание на мальчишек у клетки?

— А что не так с мальчишками? — поинтересовалась Ру.

— Они выглядели так, словно их жевал стегозавр…

— Стегозавры не едят мясо.

— Вот именно! Жевал-жевал, а потом выплюнул! Какие-то они… помятые! Всё это время они просто молча стояли и смотрели друг на друга! Мне даже жутко стало.

— Может у них игра такая? — предположила Ру.

— От такой игры повеситься хочется! И еще эта ведьма… Я не удивлен, что она узнала господина Мууна — он самый знаменитый метентар в Прибрежной Ойкумене, его многие знают. Но она говорила с ним так, словно и он тоже должен ее знать!

— В самом деле, — согласилась с ним Ру. — Крас, ты точно не знаком с той девушкой?

— Я встречал много народа за время странствий, — ответил Крас. — Но ее сегодня видел впервые…

— Интересно, что скажет ректор Брай, когда узнает, что в этом поселении самовольно казнят за незаконную магию? — пробормотал пастух. — Вы же расскажете об этом ректору, господин метентар?

— Несомненно, — с неохотой ответил Крас. — Кстати, мы, кажется, пришли…

Они остановились перед двухэтажным домом с вывеской «Приют каменщика». Приметив их, к ним сразу подошел долговязый работник в грязном фартуке, забрал у них лошадей и привязал под навесом. Крас кинул ему монету.

— Накорми и напои лошадей, — приказал он. — Комнаты свободные есть?

— Найдутся, благородный господин, — отозвался работник.

Крас остановился перед дверью, подумал мгновение и вновь повернулся к работнику.

— Приятель, напомни, как называется это поселение, — сказал Крас.

— Еще недавно оно называлось Гатла-на-Вете, — сказал работник, опрокинув в поилку ведро воды. — Но сейчас его называют просто Гатла.

Больше ничего спрашивать Крас не стал. Вместо этого он толкнул дверь и вошел в дом.

Глава 17

Гостей в «Приюте каменщика» было немного. За столом у окна сидели лишь двое неандеров средних лет похожих на торговцев. Они молча глодали запеченные ребра какого-то животного и запивали их джипсом из огромных кружек.

Хозяин по имени Йон оказался очень плечистым и очень высоким человеком лет пятидесяти, с пестрой повязкой через левый глаз. Правый его глаз при этом смотрел на гостей остро и пристально. Дружелюбно, впрочем. Черные намасленные усы двумя змейками свисали ниже подбородка.

Для гостей нашлись две комнаты — одна для господина с оруженосцем, и отдельная комнаты для дамы. Располагались они под самой крышей, которая опускалась так низко, что даже наполовину заслоняла и без того не очень большие окна.

— Уважаемый, — обратился Крас к хозяину, расплачиваясь с ним за жилье, — я вас не затрудню, если попрошу принести ужин нам прямо в комнаты?

— Никаких проблем, — помотал головой хозяин.

Он уже хотел выйти, но Крас его остановил.

— Послушайте, Йон… На улице около мэрии я видел клетку, в которой сидит некая девушка… Вам известно кто она, и в чем ее обвиняют?

— Разумеется. Это местная ведьма, ее недавно судили и вынесли приговор. Завтра она будет казнена.

— Я слышал об этом. Но разве за незаконную магию казнят? Максимальное наказание за это преступление — принудительные работы. Это территория Прибрежной Ойкумены, и здесь действуют законы, которые принимает Совет Ректоров. Разве не так?

— Я не очень понимаю, о чем говорит господин… — хозяин Йон развел руками. — Но я знаю, что по нашим законам, если незаконная магия привела к тяжким последствиям, то за это полагается смерть.

— К тяжким последствиям? И что же такого наколдовала эта девушка? О каких последствиях вы говорите?

Хозяин Йон вздохнул.

— Вы не из Гатлы, вам сложно будет понять… Я попытаюсь объяснить. Знаете, почему наша деревня раньше называлась Гатла-на-Вете?

— У меня есть версия, но я бы хотел услышать вашу.

— Еще пару месяцев назад наше поселение располагалось у реки Веты, прозрачной и быстрой, не то что этот вонючий поток, который протекает с той стороны холма… Весна выдалась сухой, дождей не было, рожь страдала от засухи. Однажды крестьяне заметили, как девушка, о которой вы говорите, произносила некие заклинания на краю хлебного поля. В руках она держала голубой камень, подняв его над головой… А потом по камню пробежали искры. И небо сразу будто разверзлось, его синева раскололась на две половины, а из трещины между ними вытекла серая туча, и ударила молния, да так, что земля задрожала. Сразу пошел дождь. И шел он, не прекращаясь, целую неделю — настоящий ливень, который мог сбить с ног случайного путника. А когда дождь закончился, стало ясно, что с деревней что-то случилось.

— Что необычного может случиться с целой деревней? — с усмешкой спросил Крас. — Надеюсь, ее не смыло дождем?

— Деревню — нет, — ответил хозяин Йон. — Но вся местность вокруг исчезла!

— Местность? Что вы имеете в виду?

— Именно то, что сейчас сказал! Деревня по-прежнему стояла на склоне холма, и сам холм был на прежнем месте, но все остальное изменилось. Реки больше не было, исчез и ближний лес, и от наших ржаных полей остался только небольшой клочок, словно их отрубили гигантским топором! С одной стороны — рожь, а с другой — сухая равнина, по которой бродят жуткие чудовища…

— Постойте! Вы имеете в виду ящеров?

— Мы называем их «зверозубы», и раньше в наших краях они редко появлялись. А среди тех, что порой захаживали, не было таких крупных и беспощадных…

— Вам просто очень долго везло!

— Не знаю, — хозяин Йон покачал головой. — Возможно и так. Но дело даже не в «зверозубах», и не в реке, которую мы потеряли, а вместо нее получили мелкий тухлый поток… Много жителей нашей деревни погибло во время той грозы. Мы не знаем почему, но почти половина деревни умерло в страшных конвульсиях, словно их что-то разрывало изнутри. И все это было делом рук этой ведьмы. Ее схватили и предъявили обвинение. Суд был долгим и тщательным, но в конце концов ей вынесли приговор. Завтра ее посадят на кол…

— На кол⁈ — воскликнул Крас. — Вы