Наследник судьбы - Алексей Бессонов

– Есть, командир!

«Трехсотый» скользнул вниз, промчался сквозь вязкие облака черного дыма и развернулся над плоским полем складской крыши. Рядом с обгорелым скелетом энергоприемной башни темнели крылатые силуэты катеров первого эшелона – вывернув штурвал, Дитц опустил тяжелую махину под обугленным краем посадочной площадки терминала.

– Пилот на месте, – приказал Торвард, разворачиваясь вместе с креслом, – остальные со мной!

Затянутые в мимикрирующие бронекомбинезоны охранники поняли его без уточнений – они покинули катер первыми, настороженно замерли под трапом, готовые в любую секунду закрыть собой фигуру командира.

Едва он спустился по короткому трапику, за кормой катера глухо взрыкнул двигатель, и из туманного полумрака вынырнула закопченная махина тяжелого танка-транспортера. Из распахнувшегося в его борту люка выпрыгнул Эштон.

– Где там этот хренов грузовик? – спросил он, подойдя ближе.

– Грузовик идет. – Торвард откинул забрало своего шлема и вытащил из нарукавного кармана измятую сигаретную пачку. – Будет минут через десять. Там, на пятке, – его рука взлетела вверх, указывая на взлетно-посадочную полосу, нависавшую над катером, – никого нет?

– Ну, разумеется, никого, – фыркнул Эштон, – среди моих парней самоубийц не наблюдается.

– Раненого отправили?

– Да разве это раненый – он сам смеется, говорит, с ним в Африке и не такое бывало. Подумаешь, ногу обожгло…

– Кто-то из землян? Что, пробой через комбинезон?

– Фултон, мой пилот. Ухитрился влезть под прямое попадание с расстояния в метр. Там дымно было, он не разглядел. Вообще не стоило выпускать его из катера, но он меня заморил своими байками про любимый «Веллингтон» и ночные бомбардировки. А пилот он отличный, опыт чувствуется сразу.

– Модуль, – насторожился Торвард, – уже близко. Давайте отойдем.

– Уши у тебя, командир! – восхитился Эштон, задирая вверх голову. – Точно, вон он.

– Не уши, – Торвард затоптал носком сапога свой окурок и постучал пальцем по черному куполу шлема, – аппаратура. Отгони свой танк от греха подальше.

В прозрачной черно-зеленой мгле ночного неба замигали пронзительно-яркие синие посадочные огни грузового планетарного модуля. Словно порыв холодного ветра, ударил низкий шипящий рев.

– В катер, – скомандовал Королев, – живее, он уже заходит на посадку.

Висящая в паре метров от земли платформа призрачно засветилась, отражая блеклый голубоватый свет работающих дюз, – цилиндрическая туша карго на несколько секунд зависла над рубчатым сталепластом; рев перешел в часто стреляющий шепелявый свист, и мощные гидроноги модуля наконец впечатались в платформу. Двигатели умолкли. Вместе с возвратившейся тишиной прорезались и недавние взрыкивания танковых моторов – кому-то никак не сиделось на месте, хотя очистка территории была давно закончена.

Из-под горячих еще дюз модуля выскочил страшно деловитый Ярро Блант, натуго затянутый в теплый синий комбинезон аврорских ВКС, и с неожиданной прытью ловко спрыгнул с обгорелого края платформы.

– Долго вы, почтеннейший, – Торвард высунулся из люка, понюхал пахнущий горелым металлом воздух и вытащил из кармана саморазогревающуюся банку с грогом, – дорогу искали?

– Ваши не пускали, – с ироничным возмущением фыркнул Блант. – Я могу начинать погрузку?

– Да-авно пора! Распоряжайтесь, распоряжайтесь. Как закончите, подходите к нам, – Королев побулькал в воздухе пузатой банкой, – погреемся.

– А… Я что, я всегда…

Господин Ярро исчез. К «трехсотому» вновь подкатил танк Эштона – из распахнутого бортового люка лился свет, в рубке кто-то оживленно матерился.

– Пьешь, командир? – Толстенная сигара лениво перекатывалась в зубах десантника, делая его похожим на старого унтера, стоящего перед строем новобранцев.

– Я замерз, – равнодушно сообщил Торвард, – мерзкая ночь, не правда ли?

– Ночь, по-моему, просто превосходная, – не согласился Эштон, – смотрите, как все лихо получилось! Раз-два – и готово. И без потерь, а?

– Вызови мне Эллен, – приказал Королев, морщась от слишком горячего грога. – Я до сих пор не услышал сколько-нибудь внятного доклада.

– Понял, командир. – Эштон козырнул и исчез в люке своего танка.

На противоположном, обращенном к взломанному терминалу краю платформы началось какое-то деловитое шевеление: Торвард услышал, как в темноте зажужжали лебедки, с приглушенными чмоками распахнулись люки карго, заныла гравигидравлика кранов.

«Пошел грабеж, – усмехнулся Королев, – хорошо работаем, можно сказать – профессионально. Как это говорили на Земле – «чудны дела твои, Господи»… Вот уж точно, что чудны. Видел бы меня милейший дедуля! То-то бы порадовался старикан!»

Он присел на нижнюю ступеньку трапа, слушая, как в рубке катера беззлобно переругиваются его охранники, и вытащил из пачки новую сигарету. Сумрак вспыхнул прожекторами несущегося из глубины порта танка: тяжкая гусеничная машина еще не успела осесть назад после резкого удара тормозов, а из светлого прямоугольника ходового люка гибко выскочила стройная фигурка Эллен.

– Милорд, – шлема на ней не было, ветер взрывал густые светлые локоны – казалось, узколицая девушка стоит перед командиром в колышущемся золотом нимбе, – милорд, вы вызывали меня?..

– Вызывал, – скрипуче усмехнулся Торвард. – Как дела у вас, друзья-танкисты? Докладывать нас не учили, а? Или мы уже успели разучиться?

– Высадка и зачистка прошли удачно, милорд, – чуть смутилась Эллен, – в колоннах потерь нет… техника работает отлично. Периметр контролируется на всем его протяжении, внутри еще кое-кто постреливает. Я отдала приказ не покидать машин.

– Это правильно. С теми, кто уцелел, связываться не стоит, главное – удержать периметр в случае подхода организованных бронесил противника. Нам нужно просидеть тут часа три, от силы – четыре.

– Есть, командир. Просидим. С нашими танками мы можем сидеть тут хоть год. Ни одно из прямых попаданий стационаров не причинило машинам вреда. В меня попали трижды.

– Я не ждал ничего иного – эта техника строилась для отражения совсем других попаданий, ты сама знаешь, с кем и как воевали наши предки. Ладно, езжай обратно… и не забывай докладывать – что б там у вас ни произошло, ясно?

– Ясно, милорд, – Эллен откинула с лица мешавший ей локон и лукаво улыбнулась:

– А мы… мы получим свою долю, командир?

– Что за идиотский вопрос? Хорошие вообще дамы у меня на борту – все как на подбор задают странные вопросы! Не беспокойся, золотце мое, все тебе зачтется – и гораздо скорее, чем думает любезнейший лорд Ник… умник твой. Все, вопросов больше нет? Езжай, укротительница танков, езжай!

– Милорд, вы, кажется, обещали меня угостить?