Глава рода - Дмитрий Шелег

Я пожал плечами:

– Во время двух последних рейдов мы действительно никого не встретили. Ну не проверял нас супостат на тех участках, что поделать? Виноватых искать?

– Вот-вот, – согласился советник, а затем неожиданно для меня добавил: – Хотя, возможно, генерал и прав был, что возмущался отсутствием столкновений.

– Это ты про наших друзей? – не сразу понял я, кивая в сторону пленников.

Тот согласился.

– Очень вероятно, – сказал я.

– О чем это вы? – заинтересовался сержант.

– Много будешь знать, скоро состаришься, – хмыкнул советник.

– Игоревич, – покачал головой мужчина, – я вообще-то постарше тебя, так что побойся Спасителя.

– Командир, – позвал меня один из бойцов, – может, этих в отдел дознания определим, а сами – спать?

– Согласен, что-то мы заболтались, – кивнул я и посмотрел на советника. – Пойдем, Валерьян Игоревич, надо действительно языков сдать и отправить ребят спать.

Зайдя в лагерь, мы отправились к огромной палатке со специальными железными боксами внутри, оборудованными для временного содержания магов и бойцов. Теми, что блокировали любые проявления магической и духовной энергий.

Насколько я знал, подобные вещи были невероятно дороги как при производстве, так и при эксплуатации, однако империя шла на их создание из-за неоспоримой пользы.

– Распишитесь, – произнес молодой капитан, протягивая мне книгу приема заключенных под стражу с точным указанием – кто, кого и во сколько доставил.

– Что будете с ними делать? – спросил я.

– Приведем в себя, а затем начнем допрос. У нас в последнее время мало постояльцев, поэтому я уже отправил посыльного за начальником отдела.

– Ну что, – произнес я, оглядывая свой отряд, после того как вышел на улицу. – Сейчас быстро чистим оружие, шмотки кидаем в стирку, а затем мыться и спать. Вопросы?

– Нет вопросов, – дружно ответили мужчины и довольно двинулись в сторону своей спальной палатки. Даже и не скажешь, что почти все ранены.

С ними я не пошел. Мне как командиру отряда было выделено жилище классом повыше. Тоже, понятное дело, палатка, но лучше. Во-первых, тем, что она предназначалась для проживания четырех человек, а не десяти. Во-вторых, у меня имелся пристроенный контейнер с туалетными и душевыми кабинами. Тогда как моим бойцам приходилось сначала идти метров двадцать до санитарного узла, а затем делить его с жителями соседних палаток.

Изначально я, конечно, собирался отказаться от подобной чести и жить вместе со своими людьми. Как говорится, в тесноте да не в обиде, и безопасней так для меня. Однако наставник не дал этого сделать, сказал, что окружающие могут не совсем правильно истолковать мои действия. Да и нежелательно боярину настолько тесно взаимодействовать со своим отрядом. Достаточно того, что они уже называют меня «командир», а не Иван Егорович или «ваша светлость». Как бы там ни было, а дистанция всегда должна сохраняться.

В настоящее время в командирской палатке я был единственным жильцом. Изначально, когда я только приехал, нас тут жило четверо. Однако одного из мужиков серьезно ранили, второго через пару месяцев убили, а третьего… с третьим у нас не сложились отношения почти сразу, и переселился он спустя несколько дней. Все дело в том, что молодой двадцатитрехлетний парень почему-то решил, что раз я младше, то обязан внимательно слушать его важные и совершенно идиотские наставления.

Изначально я, конечно, пытался быть вежливым. Общался, отвечал на различные вопросы, а также старался не грубить в ответ на намеки, что младшие должны внимать старшим, оказывать им помощь и поддержку и что не грех проставиться перед коллегами за прибытие на базу, в конце-то концов. Что такое «простава» в военной среде, я прекрасно знал и вопросов лишних не задавал, к тому же все было к ней готово заранее. И алкоголь, и отличную закуску привез с собой. Однако я сразу всех предупредил, что совсем не любитель крепкого алкоголя в неограниченных количествах и много пить не буду. Только для поддержания разговора в хорошей компании.

Мужики постарше к подобному отнеслись с пониманием, а вот парень чуть ли не хватался за волосы и заявлял, что научит меня пить по-мужски. Скорее всего, мне нужно было тогда поставить его на место, но я отвечал ему вежливо, не желая устраивать конфликт в первый же день на новом месте службы.

Где-то после пятого тоста подчистивший почти весь стол с закусками парень долго возмущался такой скудости. Говорил, что так никто не делает, мол, маловато будет, особенно для столь известного и богатого парня, как Иван Морозов. До этого соседи по палатке, с улыбкой наблюдавшие за происходящим, одернули его и сказали мне, что все на отличном уровне.

Парень после их слов замолчал и больше не отсвечивал, а затем дождался, когда они выйдут из палатки подышать воздухом, и наконец высказался о том, что думает по поводу молодых и наглых бояричей, которые слишком много о себе возомнили, не по праву получив титул князя в столь нежном возрасте.

Этого я терпеть не стал и, добавив в голос холода, высказал то, что о нем думаю.

Выйдя из палатки вслед за коллегами, я выдохнул. Мне не терпелось хорошенько раскрасить его лицо. Спасло непутевого молодого боярина то, что он был пьян, а мне не хотелось марать о него руки. Еще какой-то салага будет мой род хаять, да и меня в том числе!

Когда наша тройка вернулась, возмутитель спокойствия спал, поэтому тот день закончился нормально. Однако утром, в столовой, он попытался принародно высказаться о моей скупости и о том, что молодежь нынче не та пошла.

Благо, что слово взяли присутствовавшие на мероприятии соседи и опровергли его слова, напомнив, как он довольно похрапывал ночью. Парень, понятное дело, от подобных высказываний и раздавшихся смешков взбеленился и подскочил ко мне, чтобы отыграться. Пришлось преподать ему урок, результатом которого и стал его скорый переезд.

Даже удивительно, что у местных бояр, с их-то серьезным воспитанием, очень часто вырастает подобное потомство. Или это в нем говорила зависть к молодому, но более успешному сослуживцу?

В общем, в палатке я остался единственным жителем.

«Надеюсь, скоро это изменится, – подумал я. – Как минимум, станет немного повеселей. Да к тому же прибытие нового пополнения станет своеобразной отметкой моего полугодового пребывания здесь. Эх, быстрей бы пролетел год и все это закончилось! Поехал бы я тогда домой и принялся, как и раньше, строить свою бизнес-империю!»

Я представил, как возвращаюсь домой и начинаю тут же раздавать разнообразные указания. Как удивленно взирают на меня приближенные и говорят, мол, Иван Егорович, вы же всего день в Мариграде. Вам же отдохнуть нужно, а не делами заниматься, давайте с этим попозже. А я им такой в ответ: «Нет! Слушать меня! Пока вы тут штаны протирали, я целый год думы думал, как нам усилиться, и вот что, значит, придумал…»