Число зверя - Роберт Хайнлайн

Зебадия ответил так мягко, что я тут же пожалела о своем нахальстве:

– Спасибо, Дити. Ты не могла бы подсчитать, сколько времени займет свободное падение на поверхность из этой точки?

– Нужно интегрировать, сэр. Я могу дать приближенный результат, но Ая сделает это точнее и быстрее. Почему бы не спросить ее? Во всяком случае, свободное падение займет много часов.

– Жаль, я думал, вдруг это выход. Джейк, по-моему, у нас достаточно горючего, чтобы выйти на близкую орбиту… но кто же знает, где и когда мы сможем заправить Аю опять. Если мы станем просто падать, то испортится воздух и придется возвращаться с помощью аварийной кнопки или совершать какой-нибудь другой маневр, так и не увидев поверхность с близкого расстояния.

– Капитан, нельзя ли замерить диаметр еще раз? Мне кажется, мы не просто падаем.

Папа и Зебадия снова принялись за работу. Я больше к ним не приставала, и даже простейшие вычисления они делали с помощью Аи. Через некоторое время папа сказал:

– Более двадцати четырех километров в секунду! Капитан, при такой скорости мы окажемся там за час с небольшим.

– Не окажемся, мы смотаем удочки заранее. Но вы, милые дамы, успеете взглянуть на все поближе, раз вам так хочется. На мертвые моря и зеленых гигантов. Если таковые есть.

– Зебадия, двадцать четыре километра в секунду – это орбитальная скорость Марса.

Ответил на это мой отец:

– Что? Да, действительно! – Вид у него при этом был самый недоумевающий. Наконец он сказал: – Капитан, признаюсь: я совершил глупейшую ошибку.

– Надеюсь, она не помешает нам вернуться обратно?

– Не помешает, сэр. Но я еще не полностью освоился с особенностями нашего континуумохода. Капитан, мы целились не в Марс.

– Я знаю. Потому что я испугался.

– Никак нет, сэр, это была разумная предосторожность. Мы целились в некую конкретную точку в пустом пространстве. Мы в нее и переместились – но не в соответствии с собственным движением Марса. С движением Солнечной системы – это да. С вычетом движений Земли – это заложено в программу. Но сейчас мы находимся на орбите Марса слегка впереди него… так что он нас нагоняет.

– Означает ли это, что мы вообще не можем высадиться ни на одной планете, кроме Земли?

– Ни в коей мере. В программу можно включить любой вектор – и до, и после смещения либо вращения. Любые последующие изменения в движении учитываются инерциальным интегратором. Но теперь я знаю, что я еще очень многого не знаю.

– Джейк, это всегда так, даже когда учишься ездить на велосипеде. Не волнуйся попусту и наслаждайся поездкой. Смотри, вон какой вид!

– Послушай, это совсем не похоже на фотографии, привезенные Марсианской экспедицией.

– Конечно, не похоже, – сказала тетя Хильда. – Я же говорю, это не Марс, а Барсум.

Я хранила молчание. Со времени появления фотографий, сделанных доктором Саганом, каждый читатель «Нэшнл джиогрэфик» – да каждый читатель чего бы то ни было – знает, как выглядит Марс. Но когда требуется, чтобы мужчины что-то поняли, лучше предоставить им возможность самим приходить к решениям: тогда они делаются не такими бестолковыми. Эта надвигающаяся на нас планета, разумеется, не была Марсом нашего родного неба. Белые облака на полярных шапках, обширные зеленые зоны – скорее всего леса или плантации, большая темно-синяя зона – почти наверняка вода… все это на фоне рыжеватых тонов, занимавших большую часть планеты.

Чего тут не было, так это рваных гор, кратеров и каньонов «нашего» Марса. Горы были – но ничего похожего на известную науке «Чертову свалку». Я услышала, как Зебадия спрашивает:

– Второй пилот, а это точно Марс?

– Капитан, это Марс-десять, в положительном направлении по оси may. Либо это так, либо я обитатель сумасшедшего дома.

– Не кипятись, Джейк. Эта планета не так похожа на Марс, как Земля-десять на Землю.

– Землю-десять мы видели далеко не всю и к тому же безлунной ночью.

– То есть ты хочешь сказать, что мы ее вообще не видели. Что ж, согласен.

– Я говорила вам, что это Барсум, – сказала тетя Хильда. – Вы не слушали.

– Хильда, приношу извинения. Второй пилот, прошу внести в судовой журнал: «Барсум». Новая планета, названная по праву первооткрывательницы Хильдой Корнерс-Берроуз, научным сотрудником континуумохода «Ая Плутишка». Свидетельствуем: 3. Дж. Картер, командир; Джейкоб Дж. Берроуз, заместитель командира; Д. Т. Б. Картер, э-э… астронавигатор. При первой возможности направлю заверенные копии в Гарвардскую обсерваторию.

– Я не астронавигатор, Зебадия!

– Бунт на корабле! Кто перепрограммировал эту небесную колымагу, чтобы превратить ее в континуумоход? Я пилот, пока не научил вас Аиным штучкам. Джейк – второй пилот, пока он не научил остальных обращаться с верньерами. Ты астронавигатор, потому что никто другой не владеет твоими навыками программирования и вычисления. Попрошу не возражать, сударыня, и не нарушать Закон Космоса. Шельма назначена научным сотрудником благодаря широте ее познаний. Она не только задолго до всех остальных поняла, что новая планета – не Марс, но еще и взрезала того двухколенного пришельца с мастерством прирожденного мясника. Верно, Джейк?

– Безусловно, – согласился папа.

– Капитан Зебби, – капризно протянула тетя Хильда, – я готова быть научным сотрудником, если ты приказываешь. Но можно я буду еще и судовым коком? И юнгой.

– Вне всякого сомнения. Нам всем придется носить не одну шляпу, а несколько. Прошу занести в судовой журнал, второй пилот: