Города гнева - Влад Бах

Добровольцы? Она это серьёзно?

Оглядывая город с высоты, я замечаю массивные металлические двери, встроенные в стены зданий жилых кварталов.

– Это укрытия? – уточняю я, указывая на одну из дверей.

– Да, – подтверждает Иллана. – Они соединены с катакомбами под городом. Если стены будут пробиты или начнётся осада, жители смогут укрыться там.

– И сколько человек они могут вместить? – спрашиваю с интересом, стараясь оценить их масштабы.

– Каждое убежище рассчитано на количество жителей ближайших кварталов. Внутри есть системы вентиляции, запасы воды и еды, которые позволят продержаться несколько недель.

Её слова звучат уверенно, но меня не покидает чувство, что это лишь временная мера. Укрытия – хорошо, но, если враг перекроет выходы из них, город окажется в ловушке.

– А что, если противник решит перекрыть входы? – прямо спрашиваю я.

– Это маловероятно, – отвечает Иллана. – Наша стратегия – не допустить врага внутрь.

Её уверенность кажется мне чертовски наивной. Любая серьёзная атака поставит их в отчаянное положение. Система защиты больше похожа на способ выиграть время, чем на реальную тактику.

Мой взгляд снова возвращается к вышкам. Прожекторы, платформы для стрелков – всё это есть, но выглядит недоработанным. Солдаты на вышках смотрят не за пределы города, а вглубь него, и это сразу бросается в глаза. Такое поведение явно указывает на проблемы с внутренней дисциплиной или отсутствие должного опыта.

– Где командный центр? Штаб? – продолжаю сыпать вопросами. – Место, где разрабатывают стратегии и ведут координацию?

Иллана задерживается с ответом, а потом нехотя признаётся:

– Все решения принимает Совет Старейшин. У нас нет отдельного штаба.

Её реплика заставляет меня стиснуть зубы. Как можно защитить город без чёткой координации? Всё это напоминает карточный домик, который держится на удаче, а не на проработанной военной стратегии.

Закончив наверху, мы спускаемся с площадки в жилые ярусы Бастиона. По пути я пытаюсь получить больше информации о том, как в целом организована их система обороны.

– Как вы охраняете периметр? Есть ли патрули за стенами? – уточняю я, стараясь уловить реакцию Илланы.

– У нас есть группы разведки, которые периодически осматривают окрестности, – поясняет она. – Но это происходит только тогда, когда есть подозрения на активность мутантов или другие угрозы.

– То есть периметр большую часть времени остаётся без наблюдения? – удивленно вскидываю бровь, откровенно охренев.

Её губы сжимаются в тонкую линию, взгляд становится недовольным. Очевидно, мои вопросы её раздражают.

– У нас есть природные барьеры: река и горы. Они защищают нас лучше, чем любой патруль! – с упрямством в голосе отвечает Иллана.

Черт, да это просто смешно. Рассчитывать только на природные преграды в мире, полном мутантов и опасностей, – чистое безрассудство. Горы и река действительно создают естественную защиту, но полностью полагаться на них – всё равно что надеяться на удачу, стоя перед дулом пистолета.

– Ты слишком критичен, Эрик, – с ноткой возмущения восклицает Ила. – И похоже, уверен, что знаешь, как оборонять наш город лучше, чем мы сами.

– Не уверен, – поправляю её. – Я знаю.

– Завтра у тебя будет возможность лично встретиться с моим отцом. – Она немного прищуривается, будто пытается прочитать мои мысли. – Может, ты захочешь дать ему свои рекомендации? Поделиться своим… опытом, так сказать.

Я замечаю лёгкую насмешку в её тоне, но не реагирую. Мысль о встрече с главой Астерлиона разжигает интерес. Это шанс не только понять, как город на самом деле функционирует, но и, возможно, повлиять на ситуацию. Хотя вероятность того, что кто-то прислушается ко мне, ничтожно мала.

– Что ж, если он готов слушать, у меня есть что сказать, – отзываюсь я, встретив пронзительный взгляд Илланы.

– Старайся говорить по делу и будь готов к тому, что тебя могут не понять, – бросает она, направляясь к двери своей комнаты. Только сейчас до меня доходит, что наша экскурсия подошла к концу. – И не строй из себя умника. Отец не любит выскочек.

– Не проблема, – коротко отвечаю, обдумывая, как завтра сформулировать свои замечания так, чтобы они прозвучали убедительно и профессионально.

Мы расходимся по комнатам молча и даже не попрощавшись. Я слишком погружен в свои размышления, а она уязвлена моими категоричными замечаниями, но, если честно, мне сейчас не до ее обид. Есть проблемы гораздо существеннее и важнее.

Я закрываю за собой дверь и на мгновение застываю, глядя в пол. Голову разрывают противоречивые мысли. Да, я мог бы обойтись без авторитарного тона с Илланой, но её необоснованная уверенность в надежной защите Астерлиона, мягко говоря, выводит из себя. Они живут словно на пороховой бочке, не осознавая, насколько хрупок их мир.

Рваными движениями стаскиваю комбинезон, бросаю в кресло и начинаю мерить шагами комнату. На миг в голове всплывает непреклонный образ отца, затем генерала, Синга, Беловой и остальных. Я не могу позволить себе застрять здесь навсегда. Полигон – это не просто цель, это моя жизнь. Это место, где я могу быть полезен. Я обязан вернуться. Но как, черт возьми?

Резкий стук в дверь отвлекает меня от размышлений.

– Войдите, – бросаю я, оглядываясь через плечо.

На пороге появляется молодой парень в военной форме с подносом в руках. Наклонив голову, он не смотрит мне в глаза и явно чувствует себя не в своей тарелке.

– Ужин… Для вас, – немного сбивчиво объясняет причину своего визита. – Куда я могу поставить?

– Давай сюда, – освободив месте на столе, сажусь в кресло и с интересом наблюдаю, как стражник, все так же пялясь себе под ноги, плетется через всю комнату.

– Чем сегодня кормят? – непринужденно интересуюсь я, втягивая носом аппетитные ароматы.

После раннего завтрака мне удалось перекусить всего один раз. Умопомрачительно вкусный пирог, купленный на рынке за пучок травы, давно уже усвоился и его однозначно было мало, чтобы перекрыть потребности крепкого мужского организма.

– Вареный картофель, курица, булка и компот из сухофруктов, – дежурным тоном рапортует парень, заставляя меня глотать слюну и вожделенно смотреть на содержимое тарелок.

Он осторожно ставит поднос на стол и отходит на шаг назад, будто боится задержаться в комнате дольше, чем это необходимо. Я замечаю, как его взгляд бегло мажет по мне, но тут же снова упирается в пол.

– Спасибо, – вежливо благодарю, пристально наблюдая за ним.

Парень явно хочет уйти как можно скорее, но я не собираюсь так просто его отпускать. Исходящая от него нервозность, пусть и едва заметная, вызывает у меня подозрение. Либо он что-то скрывает, либо просто неопытен.

– Ты ведь из охраны, верно? – уточняю, внимательно разглядывая его форму, поверх которой наброшен меховой плащ. Похожий я видел у бойцов на вышках. Интересно, ему не жарко? Или он прямо с поста ко мне пожаловал? Больше некому, что ли?

– Да, наблюдатель, – отвечает парень после короткой паузы. – Сегодня дежурил на восточной стене.

– Имя? – коротко спрашиваю, слегка прищурившись, чтобы отметить для себя его реакцию.

– Лайон, – отвечает он, запнувшись на мгновение.

– Лайон, – задумчиво повторяю я. – А ужин ты приносишь, потому что…?

– Попросили, – бормочет он. – Кухня рядом, я уже сменился…

– Понятно, – отзываюсь спокойным тоном. – Каково это – дежурить на стене? – бросаю я, стараясь, чтобы вопрос прозвучал максимально буднично.

– Обычное дело, – отвечает Лайон, чуть расслабляясь. – Смотрим за окрестностями, отмечаем подозрительную активность, докладываем.

– Смены как распределены?

– По восемь часов, – поясняет он, заметно оживившись. – Двое на вышке, патрулируем периметр. Ну и внутри за порядком следим, если надо.

– Внутри? Проблемы в городе? – уточняю, не показывая удивления.

Лайон чуть напрягается, словно опасается, что сказал что-то лишнее.

– Нет, никаких проблем, – быстро отвечает он. Маловероятно, но судя по реакции парня, развивать тему не стоит. Пока не стоит.

– Какие средства связи используются в городе? – перехожу к тому, что действительно важно.

Лайон замирает на долю секунды, и его взгляд чуть дольше обычного задерживается на мне.

– Ну… У нас в городе всё просто. Огни, зеркала и флажки для передачи сообщений. В случае необходимости используем закодированные световые вспышки между наблюдательными постами. Кроме того, у нас есть аварийные звуковые сигналы.

– А как вы контактируете с другими анклавами?

Лайон чуть хмурится, обдумывая ответ.

– Это не входит в зону