Иностранец. Тернистый путь - Игорь Шелег

– Гхы! – издал мужчина негромкий звук, наполненный болью, а потом поднял руки, и вокруг меня поднялась огненная стена, которая скрыла меня от противника и мгновенно ударилась в мою защиту.

Мне сразу стало не до атак. Первый раз в жизни я стоял полностью в огне, и во мне просто невероятным образом горел страх. Страх, что я сейчас умру. Причем удар этой стеной огня не был ударом. Вокруг меня ревело пламя и медленно набирало мощь, давя на мой «доспех духа». Энергия тратилась очень сильно, я начал уходить немного в сторону, в ту, в которой, как мне казалось, должно быть свободное пространство. Ну не будет же он в самом деле портить пусть и каменный, но стол. Энергия буквально вылетала сквозь меня. Я уже чувствовал, как в груди начинает что-то щемить. Энергии бахира я не чувствовал вообще, на чем держалась защита – я не понимал. В одно мгновение мне показалось, что уже все – конец, как вдруг увидел, что впереди меня блеснул просвет, и я мгновенно прыгнул в него. Это и вправду оказался просвет перед столом, в том месте, где не было огня. Прыжок получился на славу. Я сделал его и больно ударился о землю, отчего сильно закашлялся. «Доспех духа» спал с меня еще в воздухе. Я попытался крикнуть и вдохнуть обжигающе горячий воздух. Легкие наполнила жгучая боль. Одежда на мне горела, но я, покатавшись по земле, сбил пламя.

Лежа на полу, я понял, что пришла пора умирать. Поднял глаза и увидел Трампа. Он спокойно стоял рядом со своим стулом. От той техники, которой он меня ударил, его и людей за столом отделяла большая «воздушная стена», поэтому все сидящие остались на месте. Кашляя от боли в груди и морщась от боли во всем теле, я все же хоть и с трудом, но встал.

Я смирился. Смирился, что сейчас, в этот момент, меня убьют и ничего меня не спасет. Это мастер. Мастер, играющий на своем поле. Сильный мастер… К тому же у него есть прикрытие в виде преданных ему людей. А я сейчас не могу ничего никому сделать.

Я пустышка…

На душе стало пусто. Я не Арсений Советников, я не Киро Ванг. Я никто… Нет стремлений, нет обид, нет проблем. В груди невыносимо заныло и появилось доселе неизвестное мне всасывающее чувство. Вот только я отмахнулся от него и приготовился умирать.

Послышались хлопки ладонями от Трампа, потом к нему присоединились сидящие на стульях.

– Я собирался тебя убить за твою дерзость… Вот только ты вышел из смертельной ловушки. Не скрою, такой боец мне понадобится, но ты меня обидел… Так что я не сделаю вид, что ничего не произошло… Ты не будешь бойцом… Ты будешь рабочим… И это мой тебе подарок… Ты мне понравился, такой же отчаянный, как я в молодости. Поэтому я подарю тебе жизнь. Только вот будешь со своей бабой обычными работягами. А там я, глядишь, сменю гнев на милость! Все! Свободен!

Я лишь заторможенно кивнул и, развернувшись, пошел на выход. Шел я, шатаясь и держась в вертикальном положении только благодаря стенам.

– Я же говорил, что Трамп никогда не прощает, когда избивают его людей! – крикнул мне в ухо неизвестно откуда появившийся Карл. Я посмотрел на него, но проигнорировал.

Я не понимал, что происходит. Мое сосредоточение силы словно прожигали паяльником. Мне нужна была сила – энергия бахира. Ее мне категорически не хватало. Если бы я мог, порвал себе грудь, настолько сильно было больно. Я даже не помнил, как прошел через барак. В себя пришел только тогда, когда стоял на коленях на земле и не мог вдохнуть воздух.

– Дима, что там происходит?! Меня разрывает, Дима! – крикнул я вслух от боли.

«Потерпи еще немного, – крикнул он. – Мне кажется, это называется перегореть! Думай обо мне! Попытайся сосредоточиться на мне! Я накопил много силы и сейчас начинаю тебе ее отдавать. Не тяни! По чуть-чуть!»

– А-а-а! – начал кричать я от дикой раздирающей боли в груди, которая быстро перешла на все тело. Меня затрясло, и я упал на землю. А потом из тела начали бить молнии – маленькие и большие, я даже перестал их замечать. А потом раздался громкий хлопок, и я потерял сознание.