Статус: студент. Часть 3 - Андрей Анатольевич Федин

Высоцкая улыбнулась и сообщила:

– Максик, ты молодец. Стиль у тебя топорный, но фантазия прекрасная. Я и посмеялась, и пустила слезу. Чтиво, конечно, рассчитано на мужскую аудиторию. Для меня там не хватило глубины в любовной линии. Но мне этой глубины не хватало ни у Стругацких, ни у Ефремова, ни у Беляева, не говоря уже о книгах американских фантастов. В общем…

Татьяна провела ладонями по моим плечам, словно стряхнула с них пылинки.

– … Папку с книгой я твоей подружке пока не отдам, – сказала она.

Высоцкая улыбнулась и пояснила:

– Сейчас «Наследника» читает моя мама. А мама, чтоб ты понимал, художественную литературу читает очень редко. Над твоей книгой она просидела вчера весь вечер – свалила на меня готовку и мытьё посуды. А это уже превосходный показатель, Максик. Потому что моя мамуля на домашние дела забивает лишь в исключительных случаях.

Татьяна покачала головой.

– Жаль, конечно, что твою книгу не издадут, – сказала она. – Обидно даже. Я бы этому Коврому… ух!

Высоцкая тряхнула кулаком.

– Максик, я поговорю с дядей. В свой выходной. Может… он всё же выкупит у этого своего дружка твой роман. Не сомневаюсь, что читателям бы «Наследник» понравился. Ведь читают же эту иностранную макулатуру, которой уже триста лет в обед. Думаю, что и на твоей книге дядино издательство заработает. Не верю, что правильный выход из этой ситуации невозможен.

* * *

В понедельник Высоцкая сообщила мне о своём разговоре с дядей.

– Не выкупит, – сказала она и покачала головой. – Не будет он связываться с этим Ковровым. Я его своими просьбами чуть до истерики не довела. Пообещал, что сам прочитает твою книгу. Только не эту, которая уже «уплыла», а новую. Когда ты, Максим, её допишешь. Ты уже прикинул, когда завершишь над ней работу?

– Недели через полторы-две, – ответил я. – Если продолжу работать в нынешнем темпе.

* * *

Плюсы работы в комнате Корейца я ощутил в первые же дни после покупки компьютера. Верещагин появлялся в общежитии не каждый день. Когда приходил – едва ли не сразу заваливался спать. Его храп моей работе не препятствовал. На стук клавиш хозяин комнаты не реагировал. Постепенно я определил для себя оптимальный график. Усаживался за работу по возвращении из универа. К полуночи печатал полторы главы – прерывался на поздний ужин и поход в душ. Затем активировал «Второе дыхание, 1 уровень». В бодром темпе набивал текст ещё одной главы и даже успевал пару часов вздремнуть до поездки в университет или на работу.

Из жизни общежития я почти выпал. Время от времени слышал отзвуки общажных гулянок, от посещения которых отказался. Утром по пути в университет слушал от Мичурина и Дроздова последние новости. На переменах я общался в основном с Наташей Зайцевой. Наташа работу над своей книгой приостановила: окунулась в реальную жизнь. Но за сюжетом моего нового романа она следила. Зайцева по-прежнему выполняла функции корректора и редактора моих текстов. Хотя она и признала, что моя «грамотность» заметно «подросла» (я ежедневно активировал способность «Зубрила, 1 уровень» для зубрёжки справочника по русскому языку).

Наташа «причёсывала» главы моей книги, когда Колян разгружал вагоны. Стопка распечатанных на Наташином матричном принтере страниц романа «Последний из клана Волковых» стремительно увеличивалась: почти ежедневно. Теперь я даже с работы привозил по главе (ради этого иногда опаздывал на первую лекцию в универ). Зайцева говорила, что я сейчас пишу текст едва ли не с той же скоростью, с какой его распечатывал принтер. Утверждала, что качество текста при этом даже улучшилось. Я поверил ей на слово. Потому что слово «качество» по-прежнему считал абстрактным, а свои тексты не перечитывал (не тратил на это время).

В четверг девятого ноября я уже после полуночи напечатал: «…Я скастовал очередную „скрепу“, проверил правильность расположения заклинаний. Подумал о том, что в этом мире начался новый этап моей жизни. Пустые развлечения закончились. Теперь всё будет, как всегда: магия, семья, работа. Очень надеюсь, что мне позволят в этом мире работать спокойно. И мне не придётся вновь стать тёмным властелином». Взлетевшая над клавиатурой рука замерла – я запоздало сообразил: в этой книге мне нечего больше сказать. Разве что… я стукнул по кнопке «Enter». Пять раз ударил по клавишам и посмотрел на экран – под текстом главы появилась слово «Конец».

Я шумно выдохнул, опустил на столешницу руки. В моём воображении ещё звучали голоса героев книги, шумела меллорновая роща. Слово «Конец» повисло на экране монитора под текстом моей книги, будто замок. Мелодичный шелест меллерновой листвы сменился на звуки музыки – они доносились с пятого этажа. Я допил из чашки холодный кофе (тот всегда остывал: я забывал о нём почти сразу, когда погружался в работу над очередной главой). Посмотрел на часы. Прикинул, что до утра напишу ещё минимум одну главу, если прочищу голову способностью «Второе дыхание». Усмехнулся, откинулся на спинку стула и потёр уставшие глаза.

Пробормотал:

– Всё. Книга готова. Поздравляю, Максим.

* * *

– Поздравляю, Максим, – сказала Наташа Зайцева, когда я утром вручил ей дискету с текстом финальных глав.

Зайцева поцеловала меня в щёку и сообщила:

– Жду не дождусь, когда узнаю, чем у тебя там всё закончилось.

Она помахала дискетой и заверила:

– Сегодня вечером я это отредактирую.

Поправила очки.

– Максим, ты уже решил, о чём будет следующая книга? – спросила Наташа.

Я усмехнулся и ответил:

– Позже придумаю. Пока у меня заслуженный отдых.

* * *

Ни в четверг после учёбы, ни в пятницу, я свой компьютер не включал. Да и в комнату Корейца не заходил. Обсудил с Зайцевой финал моего романа. Наташа заявила, что «в целом» он ей понравился – для «полного восторга» не хватило лишь «некоторых деталей». Зайцева высказала надежду, что я всё же напишу продолжение («Последний из клана Волковых-2»). Я заверил её, что подумаю над этой идеей – чуть позже. Признал, что пока у меня в голове царила пустота (словно за бортом космического корабля в открытом космосе).

На улице установилась минусовая температура, пролетали снежинки. Прогулки в плаще уже не казались комфортными. Поэтому в моих ближайших планах значилась не работа над новым романом, а покупка зимней одежды (на покупку зимней