Сердце Маски 1 - Алексей Калинин

Теперь я понимаю, что у Ясен Ху не было никакого шанса устоять против этих красоток. Да, он был ильгопином и умел многое, но вот противиться женским чарам могли не все. Вернее, все, но не всегда. Вернее, всегда, но всё равно обламываются.

В общем, я запутался в своих мыслях и решил поведать с какой целью мы пришли:

— Девушки, я решил поведать, с какой целью мы пришли! У нас сегодня праздник — мы прошли Великое Испытание и сдали тесты на дулинов. Это очень хорошая новость и сейчас у нас настроение погулять. Вы с нами?

Жа Ло и За Кинь переглянулись. Я видел, как уголки их губ поползли вверх. Красавицы повернулись и дружно кивнули. Я вытащил из Волшебного Пояса пять золотых и отдал Жа Ло, она поклонилась и выскользнула наружу. За Кинь же помчалась на кухню и вскоре показалась оттуда с кувшином вина и небольшими кусочками тофу. Она точными движениями наполнила кубки на столе и пододвинула их нам.

— Дас ист пока что маленький закуска и легкий аперитив, — мурлыкнула За Кинь, присаживаясь напротив Глу Пыша так, чтобы он мог увидеть чуть больше того, что открывала пола кимоно.

Я усмехнулся и поднял кубок:

— Давайте же выпьем за двух бойцов, которые перешли сегодня на новую ступень!

Кубки звякнули медными боками. Вино было терпковато на вкус и отдавало анисом.

Глу Пыш выдул весь кубок одним махом. Похоже, что он даже не почувствовал вкуса вина. Он царапал глазами За Кинь и, кажется, уже успел совершить с ней пару половых актов в своих мыслях.

— Херр Ни, твой фройнд смотрит так, словно хочет меня… о чем-то спросить, — лукаво запнулась За Кинь. — Не стесняйтесь, херр Глу, возьмите меня прямо сейчас… за руку и воткните в меня… любой вопрос.

Надо было видеть, как покраснел Глу Пыш. Словно угли раздули в камине, так разгорелись его глаза. За Кинь тем временем наполнила кубки, а Глу Пыш снова выдул одним махом. Нет, если дальше пойдет таким макаром, то скоро он упадет в грозную стойку Бесхребетной Амебы, и я потеряю своего напарника до самого утра.

— За Кинь, а не станцуешь ли ты нам? Ты же знаешь танец «Воля и разум»? Вот, давно я его не видел, — подал я голос. — Будь добра — станцуй.

— О майн готт, я не знаю, — томно произнесла За Кинь.

— Зато я знаю! — раздалось от дверей. — Мы таки станцуем вместе.

Жа Ло отложила продукты в сторону, схватила гучжен и ударила по струнам. За Кинь легким перышком поднялась на ноги и присоединилась к движениям подруги.

Музыка текла, как лесной ручей, а в такт её переходам покачивались две прелестные девушки. За Кинь то взмахивала руками, словно лебедиными крыльями, то пристукивала каблучками, перепархивая с места на место. Музыка влекла её, управляла, она же заставляла припадать к полу и взмывать под потолок.

«Воля и Разум» — боевой танец, он создан как разминка перед основными упражнениями. Я видел, как шевелились губы Жа Ло, которые безмолвно выводили слова о стальном драконе:

В глубокой шахте, который год, таится чудище-змей.

Стальные нервы, стальная плоть, стальная хватка когтей.

Он копит силы, лениво ждет, направив в небо радар.

Одна ошибка, случайный взлет и неизбежен удар.

Раздался громкий стук — это челюсть Глу Пыша грохнулась на пол. Он засмотрелся на танцующую деву и не смог справиться со своими чувствами. По всей видимости они так возбудили его воображение, что монах полностью потерял голову и был готов идти за ними на край света.

Девушки раскраснелись от резких движений. Их кровь закипела, клыки чуть удлинились, они сексуально посматривали на Глу Пыша — ещё немного и накинутся на моего друга. Вот тогда ему не поздоровится

Надо было срочно что-то предпринимать!

Я метнул палочку для еды. Она пролетела бамбуковым сюрикеном между двух тел и ударила по струне гучжэна. Музыка прервалась, девушки замерли в позах летящего дракона.

— Ребята, я тоже хочу потанцевать! Думаю, что и брат Глу Пыш не откажется. Давайте посетим какое-нибудь увеселительное заведение? — предложил я, когда глаза всех присутствующих обратились ко мне.

— Я согласный, херр Ни! И я! — захлопали в ладоши девушки. — Мы знаем потрясающее место! Вот только зря еды купили столько, жаль оставлять. Кому её можно продать?

— Ничего, мы вернемся и продолжим праздник. Брат Глу Пыш? Эй, брат Глу Пыш! — потряс за плечо застывшего монаха. Он не отзывался, и я применил крайнюю меру, сказав заветную фразу: — Скажи, в чем сила, брат?

— В правде, — тут же откликнулся Глу Пыш. — Кто сильнее, тот и прав.

Он словно очнулся ото сна. Я улыбнулся и кивнул:

— Идем, брат, нам нужно проветриться! Повеселимся, потанцуем…

Глу Пыш посмотрел на себя, перевел взгляд на меня:

— Мы так и пойдем в кимоно учеников? Вряд ли Бей Тень одобрит такое.

Я хлопнул себя по лбу, а ведь и точно! Какой добропорядочный монах будет напиваться в зю-зю в кабаке?

— Девушки-красавицы, а есть что у вас из гражданской одежды? Мужской одежды?

Мне очень не понравилось, с какой энергией они закивали. А уж когда принесли ворох разнообразных кимоно, пояса-оби и штаны-дзюбон… Да ещё и различных размеров…

Глу Пыш удивленно смотрел на подобное богатство, а я взглянул на девушек и поспешил на выручку:

— Жа Ло и За Кинь портнихи, они занимаются пошивом одежды на дому. Весьма искусные портнихи, видишь — сколько всякой одежды наготовили?

У девушек от кивания едва головы не отвалились. Они ещё и улыбались так искренне, что даже я поверил. На миг.

Чтобы нас не смущать, девушки перешли в другую комнату.

Мы переоделись. Я старался не думать о прежнем хозяине небесно-голубого кимоно, расшитого журавлями. Главное, что пришлось в пору. Глу Пыш же надел черное, шелковое, с разводами алых языков огня.

— Мы готовы! — позвал я девушек.

— Чудесно, а мы как раз таки вызвали медвежье такси, — прощебетала Жа Ло, появившись в дверях. — Вызвали самое экономное, чтобы не тратить деньги понапрасну. Конечно, мы могли бы и прогуляться…

— Тогда вперед! — оборвал я речь Жа Ло.

На улице было свежо. К концу пути хмель слегка выветрился. Медвежье такси везло нас, чуть покачиваясь на колдобинах. Надо было видеть довольную рожу Глу Пыша, который обнимал За Кинь за талию и шептал ей все хокку, какие только знал. Так как он знал их мало, то к финалу поездки успел рассказать все по три раза. За Кинь благодушно смеялась в ответ.

Мы остановились возле небольшого