Сердце Маски 1 - Алексей Калинин

На пьедестал вышел Бей Тень и поднял руку, требуя тишины. Мы и так молчали, поэтому он постоял ещё немного, почувствовал себя глупо и опустил руку.

— Монахи второй ступени! Ханины! Сегодня Великий день Выбора Оружия! Каждый монах должен выбрать для себя то оружие, которое станет его спутником в дальнейшей жизни. Мы должны нести добро в массы, но добро с острым мечом воспринимается легче и слушают его внимательнее, чем просто добро с кулаками. Мы никогда не должны нападать первыми, но всегда должны уметь постоять за себя. Мы — монахи Чаокинь! И мы способны доказать миру, что владеем не только телом, но и металлом! Взгляните направо!

Мы уже и раньше украдкой бросали туда взгляды — возле стены высились стойки с оружием. Блеск солнца на стальных гранях уже пару раз заставил зажмуриться.

— Сейчас вы должны подойти к стойкам и выбрать то оружие, которое придется вам по душе. Выбирайте не спеша — выбрав неправильно, вы можете на всю жизнь связать себя не с тем клинком, который будет способен защитить вас в трудную минуту.

Нет, я не перестал сожалеть о смерти Чёрной Лисы, но вот это вот новое приключение с оружием почему-то взволновало мою кровь. Я вспомнил, что во время моего беспамятства говорила горящая курица…

Ой, ладно, не курица, а Феникс! Так и быть, уговорили.

— Братья монахи, поднимитесь же, распахните свои сердца перед могуществом грозной стали и примите в свою душу продолжение ваших помыслов и удлинение ваших рук.

Все оранжевые кимоно в едином порыве вскочили и кинулись к стойкам. Кто схватил Хушоуюэ (топорики с защитой для рук), кто сразу же выхватил из общей толкотни Чжуаньтангуай (костыли поворачивающегося зала), у одного монаха я заметил Бишоу (кинжалы), у другого Сюаньхуа фу (топор опухшего цветка). Пара монахов с удовольствием разглядывали Цзиньчжуапочидао (меч-дао золотого удара с зубьями), рядом другой примерял Шуаншоу гоу (крюки для двух рук). Когти, кольца, посохи мечи и булавы — всё это переходило из рук в руки, осматривалось и передавалось дальше. Каждый искал оружие по себе.

Я же терпеливо ждал. Мне некуда было торопиться, поэтому я подождал, пока основная волна жаждущих убийства схлынет, и я смогу спокойно подойти.

— Брат Ни! Брат Ни, смотри что я взял. Это явно моё оружие, — радостный Глу Пыш показал мне коричневый гунь (шест).

— Там же были другие, более смертельные вещи, — сказал я.

— А мне не нужны другие. Я хочу этот, — Глу Пыш пристукнул шестом о камень и улыбнулся ещё шире.

— Да? Тогда я возьму вот это, — я нагнулся и извлек из-за стойки ржавый меч-цзянь.

Когда-то это было отличным оружием, но время и непогода сделали своё подлое дело — меч походил больше на кочергу для помешивания углей в печке, чем на боевое оружие. Рукоять была колючей и шершавой. Но…

Вместе с прикосновением к мечу в меня вливался покой и какое-то умиротворение. Я чувствовал, что панцирь боли от смерти Чёрной Лисы лопнул и рассыпался на миллиарды мелких осколков.

Прежний Сиджар Грозный возвращался! И это всё благодаря мечу в моей руке!

— Брат Ни, а может быть, ты всё-таки возьмешь что-нибудь другое? — спросил Глу Пыш.

— Нет, не хочу я ничего другого. Вот этот меч возьму, вычищу его, заточу и потом настругаю из твоего шеста палочек для еды, — улыбнулся я.

— Ты улыбаешься? — обрадовался Глу Пыш. — Неужели тебе полегчало?

— Да, как увидел тебя с шестом, как представил — куда тебе его засунут, если проиграешь бой, так сразу же и полегчало, — ответил я.

— По крайней мере он не такой ржавый, как твой меч, — парировал Глу Пыш. — Если тебе засунут, то могут там и забыть — мечу всё равно где ржаветь.

Мы бы могли ещё долго препираться в шутливой манере, но вклинился голос настоятеля, который посоветовал нам вернуться на свои места:

— Братья-монахи, я советую вернуться вам на свои места. Вы все выбрали оружие по душе, теперь вы должны исполнить ритуальный крик и выбросить вверх руку с вашим выбором. Давайте же на три-четыре!

— Слава Кодле!!! — взревели луженые глотки, монахи подняли руки.

Я тоже проорал и выбросил руку вверх. Кто же знал, что от такого резкого движения меч возьмет, да и переломится у основания?

Железная плашка упала на белые камни монастырского двора и загремела на них громче крика. Все посмотрели на меня. Улыбка заиграла на губах Бей Теня, когда он увидел в моих руках рукоять с огрызком меча, похожим на кариозный зуб.

Ясен Ху и Буй Суй давились смехом, стараясь из последних сил не упасть и не заржать, как кони.

Я улыбнулся в ответ. А что? Пусть видят, что я нимало не опечален случившимся. Даже нахожу ситуацию забавной.

Я Сиджар Грозный и сейчас не время унывать!

Я продолжу свой нелегкий путь. Путь Великого Воина!

В оформлении обложки использована фотография с https://pixabay.com/ru/photos/%D0%BC%D0%B5%D0%B4%D0%B8%D1%82%D0%B0%D1%86%D0%B8%D1%8F-%D0%B1%D1%83%D0%B4%D0%B4%D0%B8%D0%B7%D0%BC-%D0%BC%D0%BE%D0%BD%D0%B0%D1%85-%D1%85%D1%80%D0%B0%D0%BC-2214532/ по лицензии СС0