Сердце трона - Лилит Бегларян

Глаза бегают по строчкам снова и снова, пока я не осознаю до конца, что держу в руках предсмертную записку. Сложно описать, что я чувствую. Я метаюсь между отрицанием и принятием. Я отпустил ее, чтобы она забыла меня и жила дальше, а она!.. Почему? Что за глупая месть?

От этих мыслей меня отвлекает голос Ларрэт, которая очень вовремя зашла в мою комнату.

— Вен, ты что, не слышишь? — возмущается она. — Я все зову тебя, зову… Что это такое? Это из Адаса? Эмаймон что-то замышляет? Что ты молчишь, скажи же…

Я без слов отдаю ей сверток.

— Письмо без адреса? — спрашивает она растерянно. — От кого?

— От Норы.

Она читает, а я внимательно слежу за ее реакцией. Ее лицо с каждой строчкой становятся все более озадаченным. Затем она испуганно охает, роняет бумагу. Поднимает ее, снова читает, смотрит на меня большими глазами.

— Почему она это сделала? Почему обвиняет тебя? Что ты с ней сделал? Между вами что-то было?

— Да.

В таких ситуациях ожидаешь слез, истерик, обвинений, но не в нашем случае. Ларрэт вместо того, чтобы хлопнуть дверью и уйти, кладет письмо на стол и садится рядом.

— Во-первых, — говорит она, — возможно, она еще жива. Как думаешь, она могла на такое решиться?

— Не знаю.

— Не хорони ее раньше времени. Во-вторых, тот, кто передал это тебе. Можно ли надеяться, что он не проболтается?

— Не знаю.

— Если содержание письма станет достоянием общественности, тебя осудят. Мое покровительство дает тебе полную неприкосновенность, но если пойдут слухи… Сам понимаешь.

— Доказательств у них не будет. — Я встаю, подхожу к столу, беру сверток и подношу его к свече.

— Мог прочитать кто-то третий. Письмо не запечатано.

— Да, это проблема. Думаешь, меня сейчас это волнует?

— Вен, я понимаю. Но если ты будешь искать ее от своего имени, тоже могут пойти разговоры. Оставь это мне. И что за история с Лайсэном? Получается, правду говорят про их связь?

— Да.

— Ты заставил ее?

— Нет, предложил, как вариант. Мне нужно было, чтобы она задержалась на посту как можно дольше. Лайсэн склонял ее к близости, и я подумал, иначе он ее просто вышлет… А другого подходящего человека, которому я мог бы доверять, я бы не нашел. Я предложил, она не отказалась.

— Бедная девочка… Представить не могу, каково ей пришлось.

— И как меня земля носит. — Из меня вырывается нервная усмешка.

— Ты поступил жестоко. Если бы я знала, что все вот так, я бы вмешалась. Я догадывалась о вашей бесклятвенной связи, но чтоб с Лайсэном…

— Да? Догадывалась?

— Конечно.

— Следила за мной?

— Нет, просто чувствовала.

— И не остановила?

— Я думала, ты ее любишь. Ты ведь называл ее своей невестой.

— Я обещал ей клятву, но после того случая, когда ты чуть не умерла…

— Вообще-то умирающим был ты, — она натянуто улыбается.

— Я не думал, что все так обернется. Что теперь?

— Для начала поищем. Ты знаешь ее адрес? Где она устроилась?

— Да. Можно расспросить соседей. Она так и не нашла работу, так что обратиться больше не к кому.

— Если честно, это очень похоже на провокацию. Мне кажется, Нора хочет проверить, равнодушен ли ты к ней, придешь ли с извинениями. Я распоряжусь, чтобы ее искали. Если найдут, вы сможете поговорить.

— Нет. Я просто хочу знать, что с ней все в порядке.

***

Прошло пять дней. Нору не нашли ни живой, ни мертвой, но еще ищут. По словам соседей, она исчезла ровно в тот день, когда я получил письмо. Рано утром она вышла из дома и больше не вернулась.

Сколько уже жизней на моей совести? Родная сестра, король и королевич, несколько врачей и слуг, которые были отравлены вместе с ними. Один раз я пристрелил грабителей, которые хотели наброситься на господина. И я до сих пор виню себя, что не отговорил Дэмьена казнить его третью жену. В какой же он был ярости, когда она родила ему мертвого наследника… Он не воздержался, сделал это на второй же день после тяжелых родов. Я пытался вразумить его и, возможно, он бы меня послушал, будь я упорнее. Но я не смог.

Теперь Нора. Я встретил ее совсем девочкой и знаю ее слишком хорошо, чтобы назвать чужим человеком. За многие моменты я ей благодарен. За шесть лет она не забыла меня и прильнула к моей груди вновь с чувством сильнее прежнего. Я врал ей намеренно, чтобы держать на коротком поводке, но временами забывал об этом и всерьез думал о том, чтобы связать с ней свою жизнь. Если бы не Ларрэт, я так бы поступил рано или поздно.

Сегодня мы ужинаем без Айрона. Он отправился к источнику и вернется нескоро. Я сижу рядом с Ларрэт на своем обычном месте, но вместо тарелки смотрю на нее и думаю о том, каких усилий ей стоило в очередной раз простить меня. Узнав о том, что я сделал с Норой, она не осудила и поддержала меня.

— Я устала, — жалуется Ларрэт. — Эти стены так давят. Скажи же, невыносимо? На северном берегу гор ни души, там безопасно, а Айрон вернется только завтра. Давай?

После покушения мы ни разу не покидали замок тайным путем. Жизнь во Дворце слишком насыщенная, и иногда велик соблазн сбежать, но безопасность королевы превыше всего.

— Помнишь нашу первую прогулку за лабиринтом? — спрашивает. — Вернуть бы то время да сделать все по-другому, да?

— Если мечтать, то о будущем. Прошлое не изменить.

— Так пойдем?

— Ты уверена? Не боишься?

— Со страхами нужно бороться.

***

Мы вновь окружены утесами и песками. Я взял с собой оружие и не теряю бдительность, а Ларрэт, напротив, расслаблена и мечтательно смотрит на горизонт, обняв колени.

— Знаешь, Вен, когда ты мне рассказал о заговоре, я понять не могла, почему ты не мог промолчать, — говорит она вдруг серьезным голосом. — Теперь я думаю, что ты сделал правильно.

— Сказать правду всегда правильно, если дело касается кого-то близкого.

— Согласна. Я ценю твою искренность.

— Дэмьен говорил так же.

— В этом мы с ним похожи. По-моему, ничто не укрепляет любые отношения так же сильно.

— Кто-то скажет, что наоборот, легко потерять тягу к человеку, если знать его как свои пять пальцев.

— Они ничего не смыслят в жизни.

— А у тебя нет тайн? Ты вот не рассказывала, почему