Мракоборец 1 - Александр Лиманский

— Всё уже оплачено, — сказал мастер, когда я достал кошелёк, чтобы расплатиться. — Господин Ракитин позаботился.

— Ясно, — кивнул я, забирая пакеты со своей одеждой. — Спасибо.

— Милости просим! — мастер повёл бровями.

С этими словами я вернулся к машине. Водитель удивился моему новому одеянию, но ничего не сказал.

— Дальше? — спросил он.

— В дом Ракитиных, — ответил я.

Примерно через полчаса машина вырвалась за пределы оживлённого центра и покатила по окраинной дороге, ведущей к коттеджным посёлкам, а потом и к более просторным владениям. Дорога петляла мимо высотных заборов и ухоженных газонов.

Наконец, водитель притормозил перед величественными коваными воротами, возле которых стояли двое охранников в строгих костюмах.

Я вытянул шею, разглядывая территорию за воротами: роскошный парк, аллея высоких дубов, за ними виднелся большой двухэтажный особняк, построенный в смеси барокко и модерна.

Выглядело так, будто кто-то старался объединить старинную архитектуру с современными элементами. Окна сияли, крыша была накрыта тёмной черепицей, а на стоянке уже сгрудилась роскошная компания машин: от чёрных лимузинов до элегантных купе.

Среди них моё такси выглядело, мягко говоря, странным

Я вышел, огляделся. Воздух здесь был чистый, с примесью запаха дорогого табака, перемешанного с ароматом живых цветов, которые украсили клумбы возле входа.

— Сюда, пожалуйста, — швейцар указал на лужайку.

Я кивнул. Навстречу уже мчался Всеволод — он был в элегантном, но тоже относительно скромном костюме, без лишних украшений. Увидев меня, он широко улыбнулся:

— Даниил! Вот ты где.

Он чуть склонился вперёд, будто собирался что-то шепнуть:

— Ты в порядке?

— Частично, — признался я. — Спасибо за костюм.

— Да это ерунда, — отмахнулся он. — Зато ты теперь выглядишь отлично. Прям настоящий… — Он замялся, видимо, хотел сказать «аристократ», но понял, что это может прозвучать странно. — В общем, здорово. Пойдём со мной, я введу тебя в круг гостей.

Я лишь хмыкнул. Не покидало ощущение — зачем он меня сюда приволок?

Всеволод повёл меня по мощёной дорожке, мимо ухоженных кустов и аккуратных фонариков, к лужайке перед особняком. Там уже начали собираться люди — мужчины и женщины разного возраста, одетые так, что у меня непроизвольно возникали ассоциации с балами: пышные платья, изящные костюмы, дорогие украшения, манеры высокомерные и жеманные.

Музыка неслась откуда-то со стороны дома, где на веранде устроили небольшой оркестр. Местные слуги и официанты сновали с подносами, предлагая бокалы шампанского, вина или лёгких закусок.

— Ого, — произнёс я вполголоса, — тут у вас всё серьёзно.

— О, да, — отозвался Всеволод. — Отец любит пышные приёмы. Говорит, это укрепляет связи и помогает вести дела.

— А что празднуете?

— Помолвку моей сестры. Вон она. Василиса, — он махнул в сторону восемнадцатилетней шатенки в вызывающем голубом платье, которая стояла с бокалом шампанского в стороне от всех.

— Смотрю, она не очень-то рада, — усмехнулся я.

— Современному поколению брак по расчёту не понять. Но семья её будущего мужа на короткой ноге с Императором. Отцу выгоден этот брак.

— Говоришь, как старый дед, — усмехнулся я. — А вот девчонку жалко.

— После свадьбы она будет купаться в роскоши и коптить булки на лучших пляжах мира, — качнул головой Всеволод. — Незавидная участь, конечно.

— Я думал ты не сторонник этого…

— Не сторонник красивой жизни? — приподнял брови Всеволод. — Я говорил, что надо быть ближе к народу, а не задирать нос при продавцах магазинах. Эта позиция не мешает наслаждаться жизнью.

— Будь уверен, продавцы тебя поймут, — усмехнулся я, положив ему руку на плечо.

— Им нужно стремится к этому! — возмутился Всеволод. — Ладно, пойдём. Я хочу тебя познакомить с несколькими людьми, но учти: тут много снобов, которые косо смотрят на «простолюдинов».

— Да пусть смотрят, — я пожал плечами. — Мне не холодно, не жарко.

— Отлично, — злорадно улыбнулся Всеволод. — Отец будет в бешенстве.

Мы двинулись по лужайке, и поначалу взгляды действительно были любопытными: кто-то из гостей украдкой поглядывал в нашу сторону. Узнав графского сына, не понимали, кто идёт рядом с ним. Я старался не заострять на этом внимание, но не мог не отмечать, как сзади доносятся перешёптывания.

Всеволод провёл меня к группе пожилых дам, где представил как «своего друга, нового знакомого, перспективного молодого человека». Я сдержанно кланялся, говорил пару вежливых слов и отходил. Чувствовал себя, как зверь в зоопарке — на которого все таращатся.

Потом наткнулись на группу мужчин средних лет — кто-то представился бизнесменом, кто-то чиновником из Империи. Им было любопытно, откуда я взялся. Всеволод увёртливо говорил, что мы познакомились «при любопытных обстоятельствах», но подробности не раскрывал. Я тоже не лез в пояснения.

Наконец, он отвёл меня в сторону:

— Ещё немного потерпи, — шёпотом сказал он. — Познакомлю тебя с отцом, — у него в глазах блеснул азартный огонёк. — Что-то его не видно. А вон и титулярный советник. Очень влиятелен в кругах Империи, может помочь при нужде. Пошли, познакомлю.

— Хорошо, — кивнул я, стараясь выглядеть спокойным. — Главное — давай побыстрее, а то уже жрать охота.

Он понимал, о чём я, поэтому усмехнулся:

— Идём, идём.

Мы обогнули фонтан с позолоченными фигурками, когда Всеволод подвёл меня к невысокому человеку в элегантном фраке и с аккуратной бородкой. Он беседовал с двумя дамами, а рядом, чуть отойдя, стояла девушка в красном платье и чёрной шляпке с широкими полями, повернувшись к ним спиной и активно уплетая канапе.

Дамы удалились, и мы подошли к нему. Всеволод галантно кивнул:

— Давид Антонович, разрешите представить моего доброго друга…

— О, милости просим, — отвлёкся Немирович. У него были холодные глаза, но улыбка выглядела доброжелательной. И от него… пахло озоном. — Я всегда рад знакомым нашего юного графа.

Я коротко поклонился, решив не выпендриваться. Но запах меня насторожил. Маг…

— Даниил, — коротко представился я.

— Очень приятно, — улыбнулся титулярный советник. — А это моя супруга, — он потянул за локоть девушку в красном платье.

Она повернулась к нам, и я узнал… Лину. Магичку из Бологого, которой я задолжал двадцать восемь штук. В глазах её читался испуг. Видеть меня здесь