Башни над городом - Александр Конторович

Зевс!

С души просто бетонный блок упал…

– Жив я! Это Аллу застрелили! Там где-то во дворе сидит…

– Не во дворе. И уже не сидит – лежит. Вылазь…

Выскакиваю наружу, но к стене всё-таки прижимаюсь, мало ли…

Мой проводник бесшумно возникает рядом.

– Шифруешься – молоток! Но не парься, нет тут больше никого. Двое их и было, одного сейчас черти поджаривают должно быть…

– А второй?

– Этот цел, хотя и не совсем. Хочешь с ним поговорить – топай быстрее, он вот-вот копыта отбросит.

Быстро бегу за ним следом. Огибаем дом и по полуразрушенной лестнице поднимаемся на второй этаж. Прямо поперек ступенек лежит человек с темной одежде, рядом валяется автомат – обыкновенный Калашников, с такими тут множество народу ходит.

– Лестницу охранял, – комментирует откуда-то сзади Игорь.

– Плохо, значит, охранял!

– Он даже и не увидел, откуда к нему смерть пришла, – хмыкает проводник. – Гляделка такая тут не у многих есть…

А вот и второй, полулежит, прислонившись к стене. Лежащие на коленях руки безжалостно стянуты куском толстой проволоки, так, что она даже врезалась в кожу. В свете луны, падающим через лишенное стекол окно, видно, что куртка у него на груди пропитана чем-то темным.

Кровь?

Вероятнее всего.

Свет блеснул на стволе оружия, наклоняюсь и поднимаю с пола винтовку с необычно толстым стволом. Память услужливо подсовывает мне картинку из интернета.

Бесшумная снайперская винтовка «Винторез».

Аэродром?!

Присаживаюсь на корточки и рывком поднимаю склоненную голову сидящего на полу человека.

Сержант Лоретти!

Я же его знаю! Не единожды случалось видеться, он всегда встречает прибывшие колонны. Ну да, он же механик в гараже…

Со щелчком встают на место разрозненные кусочки мозаики. Именно Лоретти обслуживал наши автомашины, и кому, как ни ему удобно было что-то в них убирать или доставать.

Но откуда он узнал куда я могу прийти?

Бью сержанта по щекам. Действует – его глаза медленно приоткрываются.

– Ты ждал здесь именно меня?

– Кхе… – сплёвывает кровью стрелок. – Повезло… твой телохранитель слишком быстр… Как ты вообще с ним договорился? Чтобы его нанять…

– Отвечай! Ты меня тут ждал?!

– А куда бы ты ещё пошел… не к атаманам же?

– Кто тебе приказал?! Отвечай – и у тебя будет шанс дожить до военного суда!

– Суда… – усмехается снайпер. – Да ты до утра, хотя бы, доживи…

– Не переживай, мне есть кому помочь. Подумай лучше о себе! Ты ранен и истекаешь кровью. И никто, кроме меня, тебе тут не поможет! Или ты хочешь попросить помощи у него? – киваю я в сторону Игоря.

Зевс усмехается. В падающем через пролом в крыше лунном свете это выглядит особенно жутко.

– Ну… Феллон вызвал нас и приказал тебя убрать, – медленно отвечает сержант.

– Только меня?

– Всех вас…

– Мюнстера тоже?

– В первую голову.

– Ладно, с ним всё ясно. А нас-то за что?

– А это уже идея не его. Ему самому приказали… – и голова снайпера падает на грудь.

Снова трясу его, но сержант уже не отвечает.

– Да помер он, – присаживается рядом мой проводник. – Пуля в грудь и две в брюхо, как ещё прожил-то столько?

– И ты его не перевязал?

– За каким рожном? – интересуется Игорь. – Он, вообще-то, сюда пришел, чтобы тебя убить! Может, с ним ещё и в десны шибануться надо было?

Что-то я тут не понимаю, при чём тут десны и Лоретти? И что такое «шибануться»? Наверное, это какая-то непереводимая игра слов.

И что теперь делать? Скоро уже придут машины, надо будет вывозить моих парней. И как теперь я могу рассчитаться с Игорем?

Впрочем, времени у меня не так уж и много.

– Свои сдали? – спокойно интересуется проводник.

– Да… – совершенно машинально отвечаю ему.

– Бывает… И куда ж это ты влез, Джон?

– «Синева»… Алла получала её от наших контрразведчиков.

Зачем я это говорю?! Кто такой Зевс, чтобы знать подобные вещи?

Он меня спас. Всех нас и не один раз. Провел через блокпосты, не дал снайперам Феллона меня убрать, и тем самым обеспечил успешность нашей эвакуации на базу. Всё, что зависело от него, он сделал. Если мы как-то лопухнёмся далее, его вины в этом нет. И, как минимум, Игорь вправе рассчитывать на ответную откровенность.

– Вот оно, значит, как… – присаживается рядом проводник. – Вот какие делишки крутят тут твои начальнички.

И что я должен ему ответить? Защищать свою страну, как я клялся? Так на неё здесь никто не нападает. А темные делишки отдельных офицеров – это их вина, страна тут ни при чём!

– Ну… у нас тоже не без греха…

– А какую роль тут играют ваши башни связи, майор?

Голос моего провожатого сух и деловит. Отблеск дальней зарницы на секунду пробегает по его лицу, рукам… и отражается на пистолетном глушителе.

Направленном в мою сторону, между прочим!

– А они-то здесь с какого боку? – совершенно по-русски удивляюсь я.

– Ты, майор, неплохо по-нашему рубишь. Учился где?

– Так дома и учился. Ещё деды мои тут жили где-то… – неопределённо машу рукой в пространство.

– Надо же… – качает головою мой собеседник. – А я вот издалека, отсель и не видать вовсе. А вот попал, да и кручусь тут уже какой год.

– Бывает…

Я совершенно вымотан, нет сил даже ногою двинуть. Зевс собирается стрелять? Ну и пусть… хуже, всё равно уже некуда. Если уже и свои хотят моей смерти… Вот, значит, чего коснулся Каллиадис! За это и погиб. Да и мне уже не улететь отсюда никуда. Да, один снайпер убит, так остался где-то и второй.

– Это ваш контрразведчик мутит воду?

Откуда он знает? Впрочем, теперь уже и на это наплевать.

– Да, это майор Феллон.

– Понятно.

Тихо жужжит телефон.

– Трубку возьми, Джон. Это, надо думать, твои парни приехали.

Холодный пластик скользнул в руку.

– Нефедофф.

– Сэр, мы на подходе! Встречайте нас!

Поднимаю глаза на Игоря – он уже на ногах, за спину закинут «Винторез».

– Спускайся, я подстрахую. Телефон отдай, тебе-то он теперь уже точно ни к чему.

Протягиваю ему трубку.