Дар Древнего короля - Рона Аск

Я ни разу не встречалась с Иригосом. Родители и сестры тоже никогда о нем не рассказывали, тем более – о дружбе с отцом. Поэтому все известное мне о старом асигнаторе – лишь слухи местных да рассказы стражей.

– Что? – ехидно улыбнулся Змей. – Еще один твой… «герой»?

– Не совсем, – села я на скамейку. – Просто наслышана о нем. Немного.

– А-а-а, – понятливо протянул асигнатор. – Ну да, человек он достаточно известный. И пусть как асигнатор уже никчемный, но Обитель без него как без рук.

Вдруг Змей усмехнулся:

– Немного каламбурно прозвучало, – заметил он мое недоумение. – Ты же знаешь, что у Рига нет одной руки? А еще он хромает на две ноги.

– Змей, – нахмурилась я.

В мыслях закрутился вихрь из вопросов. Но стоило мне сосредоточиться на каком-то одном, он тут же сменялся другим. Более важным, на мой взгляд.

Почему никто из семьи не рассказывал о дружбе отца с Иригосом? Почему он приказал привести меня в Обитель? Почему его не было на похоронах мамы и папы? Я до сих пор помнила лица тех, кто пришел проститься, но все они были местными.

– Если собралась говорить – говори, – потребовал Змей, упершись локтями в колени и сложив ладони домиком. – Или не перебивай.

– Все из-за этих странных припадков? Из-за них Иригос попросил привести меня в Обитель? – наконец-то я определилась.

– Попросил – мягко сказано, – заметил асигнатор. – Он четко дал понять, что мы обязаны выполнить его «просьбу». А знает он про твои… – замялся Змей, – проблемы или нет, я не в курсе.

– «Мы»? То есть он приказал тебе и Талине? И вы прибыли в поселение ради меня? – засыпала я его вопросами.

– М-м-м… – задумчиво протянул асигнатор. – Можно сказать и так. Задание с разрушителем алхимедики подкинули попутно, когда узнали, что асигнаторы отправляются на границу.

Вот как значит. Талина и Змей прибыли в основном из-за меня, а живой разрушитель в поселении – это так, попутно.

– Спрашивать о задании алхимедиков, как понимаю, дело бесполезное? – осторожно поинтересовалась я.

– Диво дивное! Да ты умнеешь с каждым днем!

Я пропустила его колкость мимо ушей:

– Зер…

– Что? – резко отозвался он. – Хочешь вместо этого задать другой вопрос?

– Да.

Вдруг он поднялся с кровати и направился к выходу из хижины. Толкнул дверь, которая не открылась. Выругался и вернулся на кровать.

– Хотел сбежать? – с улыбкой поинтересовалась я.

– Да. Но нас не спешат выпускать, так что давай свой дурацкий вопрос.

Он махнул рукой, давая мне добро говорить, и я поинтересовалась:

– Как ты стал асигнатором?

– Пропускаем. Давай другой вопрос.

– Нет.

– И не передумаешь?

Я покачала головой, а Змей обреченно вздохнул и произнес:

– Я стал асигнатором не по своей воле.

– Тебя заставили? Но почему?

Он искоса на меня посмотрел. И таким взглядом, от которого любой бы забился в угол и замолчал, но я упрямо заметила:

– Не ответишь ты – спрошу у кого-нибудь другого.

Мой маленький шантаж возымел успех. Змей криво усмехнулся и, снова уставившись в потолок, произнес:

– Один ненормальный бил копытом на суде, требуя отдать меня ему на воспитание.

И добавил тише:

– Хренов псих. Лучше бы дал мне сдохнуть.

– Не самого доброго ты мнения о своем наставнике, – заметила я.

– О моем наставнике можно быть какого угодно мнения, но точно не доброго. И согласились меня отдать ему только потому, что все думали, будто я и месяца у него не протяну.

– Почему?

Змей ответил не сразу:

– Все его ученики погибали в течение года. Никто не доживал до «Признания» Древним королем. Поэтому Совету над судьбами показалась очень привлекательной идея вручить наемника извергу. Только эти недоноски обсчитались.

Он ядовито улыбнулся:

– Я выжил, Древний король меня признал, и на этом «покровительство» моего дражайшего наставника закончилось.

От его шипящего тона у меня мурашки по телу поползли.

– Прости, – смутилась я, когда поняла, почему он не хотел об этом говорить. – Тебе, наверное, сложно было вспоминать о прошлом.

Змей рассмеялся:

– Сложно? Да я невероятно горд, что смог утереть всем нос. Сладкое чувство превосходства, – с вожделением выдохнул он, а я устало закатила глаза:

– Рада, что у тебя все хорошо.

Все-таки Змей самый непредсказуемый человек из всех, кого мне доводилось встречать. А еще непонятный. Наверное, будь у меня таланты всех ловцов в мире, я бы все равно не смогла разгадать его душу.

Вдруг в дверь постучали, и я вздрогнула.

– Эй! – послышался приглушенный голос Талины. – Есть кто живой?

– Ну наконец-то, – вскочил с кровати Змей и крикнул в ответ: – Живы, здоровы, целы… Открывай уже эту хренову дверь!

Послышался странный звук, будто от выхода из хижины отодвинули что-то большое и тяжелое. На мой вопросительный взгляд Змей только пожал плечами, а я оглядела комнату, поднялась и потянулась за постельным бельем, которое комком валялось на полу. Зачем? Без понятия. Вдруг стало неуютно от мысли, что Талина войдет в хижину, а тут такое. Хотя бы кровать в порядок привести – будет куда присесть, а лучше прилечь, потому что ноги еле держали. Но вдруг Змей сжал мое плечо:

– Оставь, – сказал он. – Я распоряжусь, чтобы тут прибрались. А пока поспи у меня.

Его предложение, мягко говоря, обескуражило. Как минимум тем, что походило на приказ, а как максимум… Спать у Змея? Больше на какой-то подвох походило, а не на заботу. Как в ночь, когда он отобрал накидку Тогриана. А еще мне вспомнилось, как мы со Змеем плыли под водой и… И как-то совсем стало неловко.

– Пусть лучше отдохнет у меня, – раздался голос Талины.

Она стояла в дверном проеме, облокотившись о косяк и сложив руки на груди.

– Неприлично девушке ночевать в комнате неженатого мужчины.

– Она моя ученица, – сверкнул глазами Змей.

– И что? От этого она перестала быть девушкой? – усмехнулась Талина. – И Рей наверняка уже устала от твоего общества. Ведь так?

И почему мне показалось, что этот вопрос был задан не мне?

– Талина, – напрягся Змей. – Что ты затеяла?

– А это тебя нужно спросить, Змей, – опустила она руки, а ее лицо стало серьезным. – Что ты затеял?

В комнате повисло напряжение. Вроде бы асигнаторы не ругались и агрессии не проявляли, но между ними словно молнии трещали. Змей и Талина буравили друг друга взглядами, хмурились, и на их лицах застыло упрямое выражение. Хотя нет. Упрямым было лицо Талины, а Змей лишь спокойно смотрел на свою напарницу, поджав губы.

– Эм, – решила я разрядить обстановку. – я, пожалуй, к сестре пойду.

– У нее только одна кровать, – напомнил мне Змей.

– Мы сестры, – пожала я плечами. – Нам