Первая кровь - Игорь Черемис

даже начали откладывать на машину и присматриваться к кооперативному жилью. Наверное, им было сложно купить югославскую стенку или железную дорогу из ГДР, у них, разумеется, не было новейшей акустической системы фирмы «Панасоник», и они не покупали у подпольных спекулянтов альбомы западных звезд. Джинсов у нас тоже не было, как и многого другого. Но было, что поесть и во что одеться – если, конечно, не придираться к качеству.

Но вот с мобильностью граждан в СССР дела обстояли просто тоскливо. Правда, в моих воспоминаниях 1984 год, где было относительно неплохо, путался с 1990-м, когда всё стало совсем погано. Но и в 84-м билеты на поезда «доставали», а не «покупали». Вернее, купить эти билеты мог любой, но только теоретически, поэтому все их как раз «доставали», а для этого нужно было приложить определенные и весьма серьезные усилия. И чем ближе к дате отъезда, тем сложнее было «достать» билет.

Я и так попал в прошлое слишком поздно. Зимой, например, я мог бы отказаться от поездки на родину и использовать две недели каникул на общественно полезные дела; к тому же в январе народ почему-то ездил меньше, и купить билеты можно было сравнительно легко. Но я оказался в прошлом в середине апреля; в скором времени меня ждали экзамены за первый курс и обязательный визит в родной город. Если я вдруг вместо этого начну кататься по Союзу, родителя меня просто не поймут. Кроме того, всё придется делать через Москву – были, наверное, какие-то другие способы попасть из Ростовской области на Урал, но я про них ничего не знал. А это в любом случае трата времени и денег. И мне не хотелось отвечать на неудобные вопросы отца.

В итоге я решил воспользоваться чехардой праздников в начале мая. Привычной мне системы переноса выходных тут ещё не было, но в этом году красные дни календаря расположились достаточно удачно. Если я забью на учебу всего на пять дней, то получу в своё распоряжение почти две недели – с 28 апреля по 9 мая. Причем был стопроцентный шанс даже не попасть на заметку в деканате – просто прийти туда и написать заявление, что хочу прогулять такие-то и такие дни в связи с отъездом в родные края. Проверять, куда я еду на самом деле, они не будут, я могу провести свободные дни где угодно, а в табеле мне поставят отметку «отпросился».

И вот тут-то передо мной в полный рост вставала проблема с билетами. Денег на их покупку у меня пока не было, а до задуманной мною даты отъезда – 28 апреля – оставалась всего лишь неделя. Это означало, что мне придется тратить вечера следующих семи дней на то, чтобы околачиваться у железнодорожных касс и надеяться на то, что кто-то снимет бронь. Надежда была слабой, и я всерьез обдумывал поездку в направлении Ростова-на-Дону на «собаках»; я слышал, что какие-то футбольные болельщики так добирались аж до Владивостока. Впрочем, я не был настолько целеустремленным, и у меня не было ярко выраженной цели посмотреть матч любимой команды. Короче, я сомневался в своих способностях добраться за тысячу верст, не имея возможности изучить в интернете расписание нужных электричек.

Ещё вроде туда можно было доехать на автобусе, и я собирался всерьез изучить эту опцию. Но пока что я не знал даже, откуда эти автобусы могут оправляться и ходят ли они сейчас или это воспоминания из будущего.

В общем, я ещё не до конца отчаялся, но уже был близок к тому. И тут малознакомый мне Михаил Сергеевич делает мне поистине царский подарок – возможность добраться до нужного места в привычной стихии. То есть за рулем автомобиля, пусть это всего лишь вазовская «двушка», а не почти родной мне «соларис». Разумеется, этот Михаил Сергеевич не предполагал, что я сделаю привал на пути к загадочному покупателю, но ему и незачем это знать.

Весь этот план оформился у меня в голове очень быстро – буквально за те мгновения, что я слушал ответ Михаила Сергеевича на вопрос Аллы. И да, я уже принял это предложение, пусть и мысленно. Нельзя отвергать подарки небес.

– Вы хотите доверить почти незнакомому человеку очень ценную вещь? Машина же стоит целое состояние, – с легким скепсисом сказал я.

Михаил Сергеевич пожевал губы.

– Определенный риск есть, – нехотя признал он. – Но он всегда будет, при любых наших действиях. По моей информации, ты не замечен в склонности к преступной деятельности. Напротив, ты ведешь очень достойный образ жизни… возможно, это лишь пока, но те люди, которых я спрашивал, оценивали тебя одинаково.

«Кого же он, интересно, спрашивал?»

– Искушение может быть слишком велико, – выдавил я, стараясь не показать своё волнение. – Люди шли на преступления и по меньшим поводам.

– Знаешь, Егор, я работаю с людьми более пятидесяти лет и видел их при разных обстоятельствах – и в нужде, и в достатке, и в голоде, и в богатстве. И всегда они вели себя, скажем так, предсказуемо. Есть в человеке внутренний стержень – он будет идти прямо, как бы его не соблазняли свернуть на кривую дорожку. А вот если у человека внутри гнильца, то её заранее видно. Но опыт нужен, что есть, то есть. Иначе и проморгать ту гнильцу – легче легкого.

– И во мне вы её не видите?

– Нет, – старик покачал головой и вдруг повернулся к молчаливо слушавшей этот обмен мнениями девушке: – Ты, Алла, присмотрись к этому перспективному молодому человеку. Он может скрасить жизнь любой женщины – если она будет способна приручить его.

Алла вспыхнула, а я чуть улыбнулся. Старшее поколение, похоже, прямо-таки задалось целью свести нас с нею вместе. Интересно, что такого углядел в нашей паре этот знаток человеческих душ с полувековым стажем? Ведь не магическую же связь душ, про которую я как-то читал в одной фэнтезятине? А вообще было бы интересно познакомить Михаила Сергеевича с Елизаветой Петровной, это могло стать началом прекрасной дружбы.

– Михаил Сергеевич, не смущайте её, – попросил я. – Мы всего лишь друзья, а куда эта дружба выведет, пока непонятно.

Алла снова вспыхнула, но сумела презрительно фыркнуть.

– Друзья? Ну хорошо, пусть будет друзья… хотя как по мне – хорошей дружбой семью не испортишь.

– Ну вот как дойдем до хороших друзей, тогда и будем думать, – пообещал я. – Михаил Сергеевич, вы что-то говорили про майские праздники?

– Я? Ах да, говорил. Я подумал, что тебе будет удобнее ехать на выходные перед