Икона Стиля - Василий Горъ

— Да, государь! — гордо ответила она и перевела стрелки на нас: — С моими наставниками это нормально.

Самодержец не повелся:

— И со зверьем рубились самостоятельно?

— Нет: на десятом ранге я бы не справилась даже с «семерками». Поэтому Виктор Михайлович и Татьяна Тимофеевна перебивали моим жертвам либо одну, либо две ноги и страховали меня с первой до последней минуты схватки. Зато все шесть своих Искр я вырезала сама!

— А куда вы уходили с места боя, если не секрет?

— К останкам змеи первого Кошмарного ранга, государь. Чтобы убить хищников, примчавшихся на запах крови! — звонко ответила она.

— Сложная у вас получилась ночка… — пробормотал он, огладил бородку, на несколько секунд ушел в себя, снова поймал мой взгляд и мрачно вздохнул: — Игнат Данилович, я продолжаю считать, что ваши методы раскачки Дара и наработки боевых навыков намного рискованнее, чем хотелось бы, но факт остается фактом: ваши подруги и подопечные живы, здоровы и развиваются в разы быстрее других Одаренных, этой ночью вы и ваша команда справились со змеей-теневиком Кошмарного ранга, чуть не убившей профессионального телохранителя-Богатыря, походя положили «двоечку» и… не видите во всем вышеперечисленном ничего особенного. Поэтому я постараюсь себя убедить, что вам, потомственному добытчику, виднее, как тренировать молодежь, и продолжу помогать всем, чем смогу…

Закончив этот монолог, он поблагодарил за спасение жизни «излишне инициативного» телохранителя, дал слово, что его люди будут советоваться со мной по всем вопросам, связанным с пребыванием в Пятне, и вспомнил о том, что жаркое остывает. Поэтому пожелал приятного аппетита, вооружился вилкой с ножом, оценил энергетическую насыщенность мяса и усмехнулся:

— Боюсь представить, каких безумных денег такое блюдо стоило бы в ресторанах Новомосковска!

— Мы притащили килограммов двадцать изюбрятины… — сообщил я. — И пусть она всего-навсего шестого ранга, зато намного вкуснее змеиного мяса.

Следующие четверть часа мы обсуждали вкусную и здоровую пищу. А после того, как основное блюдо было уничтожено, а «горничный» подал нам чай и вышел из гостиной, Император снова посерьезнел, выставил в коридор свою «тень» и испытующе уставился на меня:

— Игнат Данилович, а вы уже употребили Искру Кошмара?

Вопрос был неприятный. Даже очень. Но в сложившейся ситуации лгать было смерти подобно, поэтому я отрицательно помотал головой:

— Нет, государь. Хотите ее выкупить?

Он удивил:

— Я был уверен, что вы используете ее для усиления команды, поэтому планировал выкупить Искру «двоечки». Под Виктора. Но если Кошмарная вам уже не нужна, то возьму с большим удовольствием и за хорошие деньги.

Фраза, намеренно выделенная интонацией, тоже была с закавыкой, но я был готов и не к такому, поэтому равнодушно пожал плечами:

— На нынешних рангах она нам действительно не нужна — поднимать потолок развития умений выше «единички» мы начнем только после того, как пройдем четвертую трансформацию. Кроме того, о том, что мы убили змею такого ранга, знает слишком много людей, и мне бы очень не хотелось, чтобы очередной слив конфиденциальной информации на сторону превратил нас в цели Свободных или их идейных последователей.

— Разумный подход… — уважительно заявил Воронецкий и… предложил забавную авантюру: — Кстати, а почему бы не повеселиться и не выставить эту Искру на аукцион… от нашего имени? Князья передерутся, вы заработаете очень неплохие деньги, а завидовать будут нам…

Я согласился. После того, как выслушал и вдумчиво проанализировал все аргументы самодержца. Потом сходил в свою комнату за ядрами и оценил серьезность их передачи на хранение начальнику охраны Императора. А перед завершением чаепития удивился еще раз. Просьбе Владимира Александровича сводить его к месту гибели змеи второго ранга.

Париться на сытый желудок я не собирался, поэтому спросил, в каком составе он бы хотел «пройтись».

Он перевел взгляд на злобную мелочь и улыбнулся:

— В идеале — в компании самой юной Дружинницы Империи. Елизавета Демьяновна, вы окажете мне честь, составив компанию на прогулке к месту вашего ночного боя?

…С заимки вышли вдевятером — государь, четверо его телохранителей, Лиза, мои девчата и я. Что интересно, вояки, нехотя «упавшие» под меня за несколько минут до появления Воронецкого во дворе, держали фланги и тыл, но, вне всякого сомнения, злились. А нам было до фонаря — Ольга со Светой шли по протоптанной колее первыми, за ними прогуливались венценосный кавалер с юной дамой, а я двигался, чуть приотстав, краем уха прислушивался к беседе и делал вид, что держу воздух. Большую часть пути не напрягались от слова «совсем»: единственным зверем, который заметили «шкафы», была обычная белка шестого ранга, но я не разрешил ее атаковать, и «горожане» через силу сдержали воинственный порыв.

Зато метрах в ста пятидесяти от точки назначения мы услышали визг, рычание и чей-то скулеж, поэтому все, кроме нас, подобрались, обновили пассивки и влили максимум Силы в марева.

Мои оторвы, сгонявшие на разведку, доложили, что на месте «ночного боя» опять собралась «всякая мелочь», и государь решил оценить способности своей дамы. Естественно, брать ее на слабо и не подумал — спросил, не буду ли я возражать, если эту мелочь вырежут они с «Елизаветой Демьяновной».

Я возражать не стал. Но, «видя» взаимное расположение энергетических структур, на первом же мгновении зачистки поймал колючим побегом лесного кота-«семерку», прятавшегося под невидимостью на обломанной ветви почти обуглившегося дерева, и держал все время, пока самодержец уничтожал свои цели и анализировал тактику боя «злобной мелочи», которой «подготовил» барсука-«шестерку».

К слову, работал Воронецкий уверенно, использовал серьезнейший арсенал навыков, видел бой, не ошибался в последовательности выбора целей и не строил из себя героя. И пусть при этом не двигался от слова «вообще», а одновременные атаки предпочитал «гасить» атаками по площади, для горожанина, доросшего до третьего ранга, был очень даже неплох. Ну, а дури у Боярина, готового к прорыву в Богатыри, было завались, поэтому в какой-то момент вся живность, кроме барсука, была повержена, и Воронецкий сосредоточился на наблюдении за злобной мелочью. А та, вовремя обновляя колючий побег на лапах своей цели, медленно, но уверенно продавливала его защиту каменными иглами и пока еще совсем слабенькими воздушными лезвиями. Кроме того, каждые секунд пятнадцать выставляла перед зверем воздушную стену, сбрасывала контроль и вкладывалась в окаменение. Но самым главным было другое —