Второй шанс. Снайпер - Виктор Мишин

— Оружия не нашли? А то была речь о двух стволах, — вставил Мурат.

— Никак нет, хотя я уверен, что стрелок не ходит с винтовкой.

— Думаете, он заранее приглядел места и сделал нычки? — парень думал так же, как и я.

— Ага, как он передвигался по городу с оружием, особенно после того кипиша, что учудили сыскари? Вот то-то и оно. Во-первых, у него есть сообщник, во-вторых, несколько винтовок. Прицел можно и с собой носить, хотя если с ним поймают — сразу крышка.

— А как же пристрелка оружия после снятия прицела? — в сомнении помотав головой, спросил я.

— Ты давно стреляешь, парень? — последовал встречный вопрос.

— Ну… — задумался было я.

— Я про стрельбу с прицелом, — поправился Степан и продолжил: — Ты что, на двух сотнях без пристрелки не сможешь попасть? Тем более, кто мешает сделать метки для прицела?

— Ну, в общем-то можно и так, — кивнул я.

— Они с больших расстояний и не стреляют. Тут можно и вовсе без оптики обойтись. Может, и не убили поэтому, — объяснял Самсонов.

— Ну, так давайте поищем ствол, — развел руками в стороны я.

— Да где ж его искать-то, вроде все перерыли. Я тоже поглядел немного, — обвел глазами чердачное помещение снайпер.

— А снаружи смотрел кто-нибудь? — я поднял бровь и взглянул в глаза снайперу.

— Это где, на улице, что ли? — не понимая, куда я клоню, спросил Самсонов.

— Ну, в каком-то смысле да, — я подошел к окну и, сложившись, протиснулся в него. Когда выбирался на крышу, в голове была только одна мысль: я прав! я прав! И я действительно оказался прав.

— Командир, — раздался сзади радостный вопль казаха, — ты как собака, за версту чуешь.

Я оглянулся назад, Мурат стоял перед будкой чердачного окна. Все было просто, как это не пришло в голову тому, кто занимался поисками, не знаю. Винтовка преспокойно лежала снаружи. Подоконник этой чердачной будки, был сделан с двух сторон, если смотреть изнутри, ничего не увидишь, а вот снаружи… Карабин сохранил даже запах сгоревшего пороха. Стрелок, по всей видимости, отстреляв магазин, просто высунул руку и положил ствол снаружи.

Осторожно взяв в руки весло, я осмотрел его, есть следы от установки прицела. Нужно отвезти ее местным следакам, пусть подтвердят мои подозрения. Хотя и так ясно, именно из этого ствола стреляли в Константина Константиновича, к гадалке не ходи.

На вторую позицию, откуда снайпер стрелял по госпиталю, мы двинули с Муратом и Зайцевым. Если второй ствол там, то вряд ли мы найдем стрелка, наверняка затаился. Остальных ребят я отправил побродить в округе, может, что заметят.

— Серег, тут наверняка никого, — прошептал Мурат, когда мы поднялись на второй этаж. Лежка снайпера находилась в квартире, жильцов в этом доме не было, под снос его готовили, что ли? Пустые комнаты, раскрытые двери, хотя двери, наверное, поломали ищейки из НКВД. Здесь нам не подфартило, ни фига ничего не нашли. Я только нервно похаживал из угла в угол, кусая губы, и судорожно пытался соображать.

— Командир, не все так плохо, еще проявится, а значит, будет шанс его взять, — сделал вывод Самсонов.

— Эх, Степа, Степа, — я задумчиво покачал головой, — если он проявится, а мы не сможем его просчитать, то нам всем труба будет.

В этот момент мы услышали шаги на лестнице и обернулись посмотреть. На пороге возник Зимин.

— Серег, пойдем, покажу кое-что, — заявил он и, развернувшись, пошагал обратно.

Выйдя из дома, я наткнулся на бодрый взгляд Деда, который быстренько улепетывал куда-то в сторону.

— Чего у тебя, показывай, — кивнул я Сане.

— Покажу, только не отсюда.

— Да хватит уже загадки загадывать, чего углядел?

— Может, он сейчас за нами смотрит, вот и не хочу, чтобы догадался, — серьезно, не обращая внимания на мою сердитость, ответил Зимин.

— А-а-а. Ну, так из окна бы показал, — заметил я.

— Оттуда не увидишь. А пойдем-ка до госпиталя прогуляемся.

— Ну, пойдем, раз настаиваешь. Мурат, вы тут еще посмотрите, — повернувшись к другу, сказал я.

— Серег, пусть с нами идет и Степан тоже.

— Даже так? — удивился я и добавил: — Веди.

В госпитале попросили проводить нас в палату или какую-нибудь подсобку с окнами на лицевой фасад. Нас провели в сестринскую, которая в это время пустовала.

— Ну, показывай, следопыт, — нетерпеливо бросил я.

— Смотри на дерево возле подъезда того дома, что левее стоит.

Я поглядел в окно.

— И чего я там должен увидеть?

— Бинокль возьми, на уровне крыши, приглядись, — невозмутимо ответил Саня.

Поднеся бинокль к глазам, стал рассматривать ветви дерева, нависающие над крышей.

«Чего он там увидел? — думал я, водя оптикой из стороны в сторону. — Стоп, не понял!»

Видимо, у меня глаза вылезли с той стороны линз, так как услышал за спиной голос все того же Зимина.

— Ага, заметил?

Я обернулся к нему и вопросительно уставился на товарища.

— Как вы его заметили?

На дереве, на высоте метров семи, виднелся кусок провода. Антенну здесь кто-то развесил, а убрать забыл, или все еще пользуется.

— Мысли? — посмотрел я на Саню.

— Думаю, отсюда он в эфир выходил, я послал Деда к местным связистам.

— Ага, насчет перехвата узнать? А мы пока соседние дома проверим?

— Надо прямо отсюда смотреть, думаю, это местный. Или, по крайней мере, под него шифруется.

— Думаешь опять гребаный «Бранденбург»? — я повернулся к окну и вгляделся в дом напротив.

— Что-то вроде того. Помнишь, Истомин рассказывал, как эти ухари в начале войны веселились?

— Ну, сейчас-то не сорок первый, дураков не осталось уже, — не отрываясь от бинокля, продолжал беседу я. Наводя оптику на очередное окно, остановился.

— Есть контакт! Четвертое слева, второй этаж, — отчеканил я.

— Чего там, — не понимая, спросил Самсонов.

— Проводок-то туда уходит! Как-то уж больно открыто он играет.

— Подстава? — Зимин поднял свой бинокль.

— Возможно… — Может, перестраховываюсь. — Надо проверять, а как? — задумчиво почесав затылок, проговорил я.

— Так не пойдешь, спугнем или нарвемся на сюрприз, — кивнул Саня.

— Так, тут ведь нет сквозных квартир?

— Ты имеешь в виду с окнами на обе стороны? — спросил Степан.

— Ага, ну-ка пошли, идея есть, — я убрал бинокль в кофр и взял с тумбочки ППС.