Тень ингениума - Алексей Пехов

– Покажу, когда доберемся. Но близко сразу не подплывай, вначале приглядимся.

Он хмуро завел мотор, выводя нас на середину канала, через который были переброшены десятки маленьких горбатых мостиков.

– Надеюсь, вы знаете, что делаете. Хреновое место. Почти как Холм.

Объяснение не требовалось. В местах, где обитают богатеи, всегда не рады ребятам вроде нас.

– Ты уверен, что мы там, где надо? – спросила Мюр, скрывая лицо под капюшоном, защищавшим от сильного ветра.

– Почти.

Фонарь на лодке предусмотрительно погасили, чтобы никто не увидел нас с земли. Я с трудом изучал высокий берег в бинокль, обрывистую кромку, черные деревья – отмеченный на моем плане частный парк, за которым начинались технические помещения. Никаких патрулей или постов отсюда видно не было, но это не означало, что их нет.

– Бери правее, Юэн. Вон к тому острому ребру.

Мой капрал негромко заворчал, но приказ выполнил, направив лодку на самом малом ходу к указанному мной ориентиру.

– Итан, – Мюр наклонилась ко мне, – я не заберусь на скалу без веревки, да еще и в темноте.

– Я тоже, – признался я.

– Нет! – тут же ответил Кроуфорд. – Без меня! Никаких препятствий выше забора! На мою помощь не рассчитывайте!

Девушка недоуменно оглянулась на него:

– Ты о чем сейчас?

– Не обращай внимания, – попросил я прежде, чем несостоявшийся священник рухнет в прошлое, которого страшился. – После войны он не очень любит вершины. Ты с нами не пойдешь, Юэн. Не беспокойся.

– Я не за себя волнуюсь. Вы грохнетесь.

– Ведь он прав, – сказала Мюр. – Или ты хочешь, чтобы я подняла нас?

Она вполне бы могла «прыгнуть» на такое расстояние.

– Не хочу. Здесь есть несколько гротов, один из них ведет прямо к поместью.

– Ты проверял?

– Он на плане.

– Не будь идиотом, ганнери. – В голосе Кроуфорда слышалась жалость к моим умственным способностям. – На каменных островах Риерты жители часто используют гроты под хозяйственные нужды, но это не означает, что туда пускают кого угодно. Даже бездомный не рад, если кто-то без спросу залезет в его коробку. А здесь богатеи.

– Я допускаю, что будет непросто, но другие варианты еще более рискованны.

Берег надвинулся, навис над нами, встретив громким рокотом воды, бьющейся о камни. Лодка сразу стала вести себя точно норовистая лошадка, и Юэн все время менял мощность мотора, чтобы попадать в амплитуду волн и не приближать нашу посудину к опасному месту.

Я рискнул включить фонарь, направив тонкий луч в нужном направлении, показывая ему зазубренный вход в пещеру.

– Чтоб вас всех! – зло произнес Кроуфорд, поняв, насколько точным он должен быть, чтобы не разбить борта, и после того, как мы проплыли ярдов двадцать по пещере, крикнул: – Сплошная вода и отвесные стены, дальше не пройдем! Слишком тесно для лодки!

– Карниз! – Мюр показала на выступающий скалистый козырек. – Итан, посвети! Да! Мы сможем пройти по козырьку. Видишь? Там дальше прутья! План не врет.

– Мы вылезем, а ты уплывай, скоро прилив здесь все зальет по потолок, – сказал я Кроуфорду, поднимая защелки у ящика, на котором сидел.

– Как будете возвращаться?

– Не этим путем уж точно. Жди нас за маяком, где консервные цеха.

– Только рад, – буркнул он. – Куплю себе джину и забуду о вас до утра.

Я подсадил Мюр, помогая ей забраться наверх, а затем передал два карманных фонаря и три «Мясника».

Девушка, не дожидаясь меня, взяла первый тесак, активировала его кнопкой, клинок раскалился добела, перерубив два прута, стек каплями горячего металла на камни, оставив после себя в воздухе запах прошедшей грозы.

– Отойди, – попросила она меня, беря следующего «Мясника». – Мне требуется замах, может обжечь.

С этими адскими штуками нужна большая осторожность, иначе любая капля легко проделает в тебе большую дырку. Мюр разрубила стальные стержни снизу, ударом ноги отбросила их, открывая нам дорогу.

Я вернулся к Кроуфорду, и тот швырнул нам с лодки кожаные подсумки на шесть автоматных магазинов каждый. «Астры» на брезентовых ремнях мы перекинули через плечо. Эти республиканские машинки были простыми, компактными, скорострельными и с поглотителями звука на стволах.

– Если дальше тупик, будете обратно добираться вплавь, – на прощанье сказал нам Кроуфорд. – Поэтому я жду десять минут. Если что – успеете вернуться.

– Не спеши, – попросил я Мюр. – Пойду первым.

Тропа была так себе – все тот же каменный козырек шириной чуть больше стопы, тянущийся вдоль плещущейся внизу воды. Я осторожничал, одной рукой держась за стену, чувствуя пальцами скользкую от влаги поверхность, а другой светил фонарем под ноги.

Через каждые десять шагов из стен торчали срезанные возле основания толстые балки из темно-ржавого металла.

– Что это здесь? – спросила Мюр.

– Когда-то лежал пол, вот основание, скорее всего. Потом его демонтировали. Смотри, – я посветил фонарем под потолок. – Видишь? Профили, на них держались направляющие, по которым легко можно перемещать что-то тяжелое. Не знаю, что тут было раньше. Но точно не канализация.

К легкому «аромату» выгребной ямы примешивался еще какой-то запах, но я никак не мог понять какой. Первой сообразила девчонка:

– Персики! Пахнет белыми персиками!

– Великолепное сочетание, – буркнул я.

– Ты не понимаешь! Продукт распада мотории после его нейтрализации пахнет именно персиками. Частная лаборатория Брайса сливает все в воду прямо в городской черте!

– Ты же сама сказала, остаток переработки нейтрализуют. Он не опасен.

– Так утверждают в Академии, и правительство этому верит. Баллантайн тоже говорил, что мотория не опасна для человека, и мой отец ему поверил. Мы ничего не знаем до тех пор, пока не становится слишком поздно.

Я резко остановился, и она, не ожидая этого, врезалась мне в спину, едва не уронив фонарь в воду.

– Что такое?!

Я присел, не касаясь, посмотрел на тонкую металлическую проволоку, натянутую поперек нашего пути.

– Встречают невнимательных дураков. – Я направил луч на соседнюю стену, где была закреплена круглая стальная коробка. – И мокрого места не останется.

– Перережем?

– Не надо вмешиваться в то, чего не понимаешь. Не мы эту растяжку ставили, не нам и снимать. Просто перешагнем. Давай. Осторожно.

Больше никаких сюрпризов не было, да и дорога, собственно говоря, через минуту закончилась. Путь перекрывала массивная квадратная шлюзовая дверь из стали.