Волчий час - Лео Сухов

— Умные что-то вы стали… — буркнул я, перезаряжая винтовку и снова поворачиваясь к полю боя.

Но выстрелить не успел.

Застал только момент, как два робота тащат этого здорового засранца куда-то вглубь леса… Жаль! Ну ничего! Рано или поздно он появится снова. Вот тогда-то я ему сопло и расширю! Он от меня не уйдёт!..

Глава 17

Натурально, мясо

Дневник Листова И. А.

Пятьсот семьдесят седьмой день. Наблюдения за неживой природой, сделанные в момент её столкновения с природой пока ещё живой.

Роботы учатся. И, к нашему огромному сожалению, делают это очень быстро.

Гораздо быстрее людей, которые перед тем, как усвоить урок, должны знатно поскакать по граблям, набивая большущие шишки на лбу.

И нет, я не поддался пропаганде СИПИНов! Я просто констатирую факт. Наши враги гораздо лучше нас отслеживают тенденции и закономерности. И противопоставить мы им можем разве что безрассудную смелость и бессмысленную жестокость. А сверху приправить всё это толикой абсолютного безумия. Ну и щепоткой бараньей упёртости.

И вот тогда это приносит хоть какой-то результат! Раз за разом разбиваясь об оборону кибернетической формы жизни, наше мясо на ножках умудряется продавливать врага всё глубже и глубже в… В общем, в узкий проход, который ведёт в следующую долину!..

И нет, основное наше оружие — не винтовки. Они почти бесполезны. И не ружья — с ними та же история. «Дуры» работают с безопасной дистанции. «Слонобои», заряженные картечью, подключатся лишь на средней дистанции. А на ближней — револьверы. Ну а потом следует безрассудная и отчаянная рукопашная атака…

Главное, чтобы в руках бегущих в атаку бойцов были не штыки и сабли, а парочка мин. И активировать их надо в момент наибольшей близости с врагом! Если получится прижаться вплотную или вообще обняться со злобной железякой — так даже лучше.

И да, не каждый псих достоин самоубиться об робота, подорвав мину. Только самый быстрый псих среди десятка ближайших таких же психов может рассчитывать на успех!.. В армии есть даже негласное соревнование: кто чаще и результативней будет подрываться — тот и победил. Даже тотализатор организовали! Культура, етить её!..

Единственное ограничение в наших атаках — мясо. Да-да, то же самое мясо, из которого состоят наши тела. Мы, конечно, вытаскиваем по возможности трупы с линии боя… Но, понятное дело, что вытащить удаётся далеко не всё. А конвои из Алтарного сильно ограничены по объёмам.

Радует только скорая прокладка дороги: в горах-то уже не надо мостить деревом. Рабочие просто разравнивают поверхность. А телеграфный провод и вовсе, можно сказать, зарывают камнями. Так что ещё три-четыре дня, и они доберутся до нашей армейской базы. И вот тогда можно будет ударить в полную силу.

И да… Роботы! Они учатся!

Если поначалу они пытались задавить наши атаки плотностью огня, то вскоре отказались от этой затеи. То ли у них ограничен боезапас, то ли проблемы с энергией… Ну не зря же мы им ветряки валили! Так или иначе, но теперь они начали строить ловушки.

Поначалу это был банальный «чеснок», рассыпанный перед позициями по всей линии боя. Да, из-за него больно и неприятно, и первые ряды атакующих выбывают… Но идущие следом в атаку уже почти не получают ранений, шагая чуть ли не по живым соратникам.

Правда, спустя пару дней к «чесноку» присоединились другие ловушки. Похоже, в базе данных восставших СИПИНов оказались данные о древней войне во Вьетнаме. Почти всё, что они готовили для наших солдат — оттуда. Я, конечно, сам про эту войну мало что знаю, но наш СИПИН мне объяснил, откуда ветер дует. Яма-мясорубка, «вьетнамский сувенир», ямы с шипами, патронные ловушки, банальные растяжки… Короче, в ход пошло всё, что могло остановить наш атакующий порыв.

Сначала таких ловушек было немного… Но, к нашему сожалению, они быстро доказали свою эффективность. И теперь нам приходилось освещать сигнальными ракетами всё будущее поле боя. Причём всю ночь напролёт. Иначе, всего за несколько часов темноты, роботы делали его абсолютно непролазным.

И самое неприятное, что мы такую полезную гадость повторить не могли! Выкопать яму в каменистой горной почве, даже в половину человеческого роста — та ещё работа… Если копать ломом, киркой и лопатой — семь потов сойдёт. А если плазменной горелкой плавить — конечно, можно быстрее управиться. Жаль только, у нас нет плазменных горелок…

Дроны-налётчики тоже стали хитрее. Теперь они старались подлетать сразу на максимальной высоте, а затем просто падали — с уже активированной системой подрыва. Стреляй по такому или не стреляй… Но если не сбил механизм взрывателя, то можешь хоть изрешетить пулями, а толку не будет.

Одно лишь хорошо: эти дроны эти стали ещё менее бронированными. И если уж в такой попадёшь, то летать он больше точно не будет. Видимо, у нашего врага заканчиваются дорогие и сложные материалы.

Ещё одним признаком, кстати, стало почти полное исчезновение дроидов с поля боя. Теперь в ответные атаки ходили модернизированные «кентаврики». На лицевую сторону им навешивали больше железной брони, а в ящик за спиной накладывали боезапас и взрывчатку. Стоило «кентаврику» поравняться с людьми, как он взрывался.

В общем, роботы переняли нашу человеческую тактику дешёвых «мясных» атак. Ну то есть, у нас-то атаки были мясными, а у них — стальными. Но итог один и тот же! С одной стороны прут камикадзе, с другой стороны прут камикадзе… И все эти самоубийцы подрывают друг друга во имя победы.

Честно говоря, долго наблюдать такой бой психика не выдерживает. А к прямому участию меня не подпускают, аргументируя это тем, что я вроде как тоже командир. Но волнует меня даже не моё участие, а сдвиги в психике наших бойцов…

Всё чаще по вечерам возникают драки и ссоры, которые кончаются убийством одного из спорщиков. Мы больше не воспринимаем целостность своего тела и сохранение жизни, как что-то важное…

С каждым днём всё