Ропот Бездны - Лео Витман

не исчезло. Воины более не охраняли жрецов, ведь те все равно не отваживались бежать. Ночь неотступно приближалась каждый день и несла жрецам смерть. Да и кого волновало, выживут они или нет? Жрецы доказали свою бесполезность – их просили взывать к Ашу, но просьбы Великие никогда не исполняли. О жрецах позабыли, как о прохудившихся ведрах. Представители некогда высшей касты жили по своему разумению и сами за себя отвечали. Лишь слуги помогали им поддерживать огонь.

– Это ашури, – твердила Исина. – Создания Ашу. Вместилище их воли.

– Зачем Ашу Суэну приказывать убивать жрецов и вершителей? Он наш покровитель.

Исина не отвечала. Частенько она прислушивалась к шепоту, различимому только для нее, а все прочее прекращало существовать. Жрица шевелила губами, будто отвечая незримому собеседнику. Сурия называла это «особым настроением». Если оно находило на Исину, проще было уйти – ответов все равно не дождешься.

Сурия отставила пустую чашку, поднялась с лавки, но тут Исина встрепенулась.

– Ты получила свой ответ, Сурия?

– Да. Отец сказал, я могу попытаться. Это мое Право чести.

Если Сурия справится, то получит желаемое – вторую ал'сору на щеку. Ал'сору воина, а первая, постыдная, будет выжжена. Право чести появилось не более двух столетий назад, и пока никто не смог дойти до конца.

– Я заслужу второе имя в битве. Возьму имя матери – так нас обеих запомнят, – сказала Сурия.

– Сколько?

– Тридцать тысяч.

– Ты готова стольких принести в жертву? Пролить кровь тридцати тысяч, чтобы смыть с себя клеймо низкорожденной?

– Тридцати тысяч врагов, – уточнила Сурия. – Я хочу жить достойно. Меня начали готовить, я учусь обращаться с мечом.

Холодное молчание стало ответом. Исина не принимала ее решение.

Сурия не собиралась оправдываться.

Она погрузилась в подготовку, хотя по-прежнему выполняла обязанности смотрительницы огня. Ей повезло, что отец и до этого учил ее управляться с кинжалом и рефлексы ее уже были отточены.

О преступлении Исины она подслушала во время очередной тренировки. Говорили, что жрица убила воина Уру – отравила. Сурия немедля побежала к Исине, надеясь предупредить.

– Что ты наделала, Исина?! – кричала она. – Тебе нужно бежать, они придут за тобой!

Солнце заходило, и Сурия поспешно зажгла свечу. «Почему остальные погашены?» – промелькнуло в сознании, но куда важнее было придумать способ спасти жрицу.

– Он убил мою сестру, а я забрала его жизнь. Все честно.

– Ты его отравила – это позорное преступление! За него они… они… Нет, нужно собрать твои вещи. Не стой, Исина. Я найду для тебя факел, даже несколько, и ты сможешь дойти до соседнего поселения, а там…

Сурия не знала, как продолжить. Выхода для Исины она не видела. Солнце исчезло на западе, и только свет свечи Сурии разгонял мрак. В огромных глазах Исины плескался не страх, а усталость.

– Я знаю: ты найдешь достойную жизнь, Сурия. И надеюсь, не там, где ищешь сейчас.

Исина задула свечу. Миг – и ее тело упало на пол. Жрица покинула мир живых беззвучно, а Сурия впервые в жизни закричала – гнев, страх и боль потери смешались в ее вопле.

Сурия проснулась от знакомого кошмара и погрузилась в невыносимую реальность. Она ненавидела солнце и его обжигающий жар, терзавший кожу. Но когда на нее упала тень, Сурия не осталась нежиться в ее успокоительной полутьме. Резко прокатившись на бок, девушка избежала удара – лезвие меча вместо ее шеи ударило о камень.

Сурия достала новенький нож – длинный, с костяной рукоятью, заточенный для снятия шкур. Это была не первая охота Сурии. Все эмоции она оставила в снежном покрове.

Враг двигался быстро, ловко. Сурия не успела увернуться от выпада и поплатилась – порезом на плече. Она отступила на два шага, перехватила нож и приняла стойку для быстрого сближения. Девушку тренировали, но, к сожалению, недостаточно долго. Чтобы победить, ей потребуется принести жертву, и скоро она узнает, насколько большую. Действовать нужно стремительно и тщательно, как мяснику, хорошо знающему свое дело.

Рывок, уклонение, поднырнуть под рукой противника – и вот лезвие ножа входит точно между ребер южанина. Щека Сурии горела – враг рассек ее, но это небольшая цена за победу.

Противник быстро испустил дух. Сурия присела рядом с телом, собрала в ладонь кровь и сделала небольшой глоток, принимая в себя силу поверженного.

– Как долго выжидали…

Сурия не надеялась, что ее отпустят. Воины юга дали ей жетон с печатью высокородной семьи для беспрепятственного путешествия. Ей позволили уйти подальше, чтобы усложнить задачу Арану, а потом решили убить, дабы он не нашел ее никогда.

Вытерев руки о жухлую траву, девушка закуталась в балахон из легкой серой ткани и замотала голову тряпьем. «Маскировка» только больше выделяла ее, зато помогла укрыться от вездесущего солнца. К ее огромному облегчению, ближе к востоку жара спадала. Сурия миновала Ша'от и приближалась к поселению рядом с Восточной цитаделью.

Не умри Исина в темноте, ей не пришлось бы проделывать этот путь. Вместо того чтобы бродить по огненной земле и лебезить перед южанами, она бы день за днем шла к мечте – к достойной жизни воина. Сурия готовилась к началу этапа смывания ал'соры низкорожденной, но ее позор перечеркнул планы.

Исина умерла, а Сурию обвинили в пренебрежении долгом. В конце концов следить за огнем в доме жрицы было ее обязанностью. Она не справилась – жрица ушла на своих условиях, избежав наказания.

Сурия злилась на Исину, винила себя в ее смерти. Она любила жрицу столь сильно, сколь и ненавидела. Водоворот эмоций привел ее к следующей ошибке. Она попыталась смыть позор своей кровью, хотя была низкорожденной и не имела на это права. Ее спасли, и она не укрылась от разочарования отца. Он лично всыпал ей плетей, а потом долго отказывался брать Сурию в поход, в котором она смогла бы искупить ошибку. Она сумела уговорить отца через год – ее взяли следить за животными. Во время стоянок она кормила грузовых лошадей и с тоской наблюдала, как разведчики скрываются за пологом снега.

Сурию, низкорожденную, не подпускали к битвам, но они сами ее настигли. На третий день после того, как отряд пересек границу севера, на него напали. Тех, кому не повезло умереть, взяли в плен и разделили между триумфаторами. В битвах между северянами такого не случалось – ты или побеждал, или умирал. Но южане хотели получить выкуп – золото за воинов. Какая глупость! За жизнь ашу'сатор платили кровью, а не монетами.

Уже в плену у Арана Сурия узнала, что ее отец выжил. Поначалу