Толмач - Эльхан Аскеров

– Вот ведь подлая нация. Даже тут без гадостей обойтись не могут.

– Ты чего бурчишь, барич? – поинтересовался входя Архипыч.

– Иглы видишь? Руками трогать не вздумай. Они ядом смазаны, – коротко отозвался парень, склоняясь над содержимым сейфа. – Гм, это мы удачно зашли, – проворчал он, не удержавшись.

Почти все пространство сейфа было заполнено пачками русских ассигнаций. Только в самом углу обнаружилось несколько записных книжек, кожаный бювар с бумагами и какая-то шкатулка. В другом углу нашелся крупный кожаный мешочек, в котором что-то подозрительно пересыпалось. Забрав у казака заплечный мешок, парень быстро перегрузил в него бумаги, деньги, шкатулку и, не удержавшись, распустил завязки кисета.

– Ну, дядька, мы с тобой теперь богачи, – проворчал Егор, показывая ему на ладони с десяток золотых червонцев.

– Ну и слава богу, – усмехнулся казак. – Время, барич, – напомнил он.

– Да, идем, – опомнившись, кивнул Егор, ссыпая червонцы обратно и закидывая кисет в мешок.

Отдав мешок казаку, он еще раз пробежался по спальне и, прихватив коробку с патронами для «бульдога» и всем необходимым для чистки оружия, направился к выходу. Подойдя к порогу кабинета, парень остановился и, окинув тела внимательным взглядом, на всякий случай уточнил:

– Как они?

– Так все, – развел Архипыч руками. – Холодные уж. Молодца ты, Егор Матвеич, чисто сработал.

– Ключи от входной двери нашел? – быстро уточнил парень.

Вместо ответа, казак показал ему на ладони связку.

– Добре. Уходим, – решительно скомандовал Егор, первым направляясь к дверям.

Они почти бесшумно выбрались на лестничную площадку, и казак, быстро заперев дверь, кивком головы указал ему на лестницу. Выбравшись на улицу, бойцы быстро осмотрелись и, стараясь держаться в тени, зашагали в сторону пустыря, где собирались избавиться от всего лишнего. Архипыч, дождавшись, когда оба клиента скончаются, выдернул из ран ножи и успел протереть тряпочкой все ручки и поверхности, которых они касались.

Хотя и имели оба при себе перчатки и поршни, но как говорится: береженого бог бережет, а небрежного конвой стережет. Добравшись почти до окраины города, они спустились в какую-то ложбинку и принялись снимать с себя все лишнее. Сложив все, что может сгореть, в ящик, казак полил его керосином из аптечной склянки и чиркнул кресалом. Негромко фукнув, пламя занялось, пожирая все содержимое сделанного из сушеной доски ящика.

На руках у бойцов остались только ножи и ключи. Дождавшись, когда пламя прогорит и, убедившись, что от содержимого остался только пепел, они выбрались из ложбины и зашагали в сторону заставы. Теперь им предстояло так же тихо выбраться из города и до наступления утра вернуться в имение. От всего металлического они избавились, выйдя на берег речки. Размахнувшись, казак с силой запустил все металлические предметы куда подальше. Вот теперь привязать их к этому налету не сможет никто и никогда. Если только сами не проболтаются.

Уже под утро, пробравшись в дом, они поднялись на второй этаж особняка и, свалив всю добычу в шкаф, в спальне Егора, повалились спать. Архипыч даже в свою комнату не пошел. Просто скинул сапоги, армяк и рухнул на диван в кабинете. Сам же Егор успел только раздеться, уснув едва не раньше, чем накрылся одеялом.

Проснулся он часов в одиннадцать, по его внутреннему таймеру. Глянув в окно, парень удивленно хмыкнул и первым делом поспешил в туалет. Оправившись и умывшись, он ощутил зверский голод и, заглянув в кабинет, с удивлением обнаружил, что казака уже и след простыл. Но не успел парень выйти в коридор, чтобы спуститься на кухню, как на пороге возник казак и, с довольным видом улыбаясь, сообщил, что завтрак для Егора уже накрыт в малой столовой. Недоуменно хмыкнув, парень проследовал в указанном направлении и застал в комнате деда, коротавшего время с газетой в руках.

– Выспался? – улыбнувшись, поинтересовался старик и, поднявшись, вдруг обнял парня.

– Ты чего, дедушка? – растерялся Егор.

– Радуюсь, что жив ты и здоров. А главное, что вы сумели дело сладить, – вздохнул Иван Сергеевич, продолжая улыбаться.

– Архипыч рассказал? – тихо уточнил парень.

– Он, – кивнул дед. – Молодцы вы. Оба. Я ему уж и премию от себя обещал.

– Господь с вами, Иван Сергеевич, – прогудел входя казак. – Я у вас и так на всем готовом. Куда мне еще денег столько? Много ль мне одному надобно?

– Может, тебе коня доброго купить? – повернулся к нему Егор.

– Стар я, барич, чтобы верхом джигитовать, – отмахнулся казак. – К тому же я теперь все больше при тебе. И какой с меня денщик, коль я буду за конем смотреть? Уймись. Надобно станет чего, сам спрошу, – заверил пожилой боец, чуть усмехнувшись.

– Ну, как сам решишь, – понимающе кивнул парень. – Ты-то как, деда? – вернулся он к беседе со стариком.

– А мне-то чего? – удивился Иван Сергеевич. – Я всю ночку на перине кости грел. Вон, есть садись. Небось голоден? – с ласковой улыбкой уточнил он.

– Быка бы съел, – не стал отпираться парень, усаживаясь за стол.

– Бумаг там много нашли? – осторожно поинтересовался старик, дав ему утолить первый голод.

– Много, – не стал запираться Егор. – И денег немало нашли.

– Деньги придержи покуда, – настоятельно посоветовал дед. – А вот бумаги надобно быстро разобрать и Игнату нарочным отправить. Не нужно, чтобы они тут были.

– Тем сейчас и займусь, – быстро кивнул Егор, допивая чай. – Ко мне в кабинет пойдем. Там все посмотрим. Не нужно мешки по дому таскать.

– Тоже верно, – согласился старик, тяжело поднимаясь.

Они перешли в кабинет парня, и Архипыч, будучи посвященным во все перипетии этой истории, выволок из шкафа мешки. Вынимая их содержимое, Егор попутно сортировал все извлеченное. Увидев пачки ассигнаций, Иван Сергеевич только головой покачал и, ткнув в деньги пальцем, велел:

– Это сразу к себе в сейф прибери. Ежели что, скажешь, я дал. Так сказать, с дальним прицелом. Ежели со мной что, у тебя свои свободные средства на первое время будут.

– А червонцы? – иронично усмехнулся Егор, снова высыпая на ладонь золотые кругляши.

– Вечером еще сотню добавлю. Пусть и вправду у тебя будут, – отмахнулся старик. – Иван Архипыч, прими хоть сотню на пропой, – повернувшись к казаку, предложил он.

– Благодарствую, Иван Сергеевич, – склонил боец голову. – Но лучше не надо. Вы ж знаете, я в вине удержу не знаю. Да и не хочу я вина теперь. Вот как денщиком у внука вашего стал, так и не тянет. Интересно с ним. Прав был батюшка наш. Не житье мне без службы.

– Храни тебя царица небесная, казак, – мелко перекрестив его, тихо вздохнул старик.

Пока они говорили, Егор успел выложить из мешков