Преломление - Питер Клайнз

– Почему?

– Они знают, что отличаются от остальных. Знают, что умнее всех окружающих, умнее каждого в этом здании, обычно умнее каждого в радиусе тридцати или сорока миль. Они похожи на аспиранта, который всю жизнь проводит в детсадовской группе, ежедневно складывая однозначные числа и выписывая буквы из алфавита.

Джейми села обратно, переваривая новости.

– Я уже знал, что не такой, как все, из-за своей памяти. А теперь у меня появились довольно существенные доказательства того, что мне предстоит быть несчастным всю оставшуюся жизнь, а я еще не дорос даже до необходимости бриться. Поэтому я решил стать нормальным.

– Как?

– Не подкармливая мозг. До того я читал все, что только попадало мне в руки. Смотрел множество программ по истории и точным наукам. А в тринадцать лет перестал. Я больше не давал своему мозгу материала для работы. Вот почему я никогда больше не проходил тест на IQ. Вот почему не стал изучать в колледже физику, астрофизику, биохимию или еще что-то в таком духе. Вот почему не хотел работать на Реджи. Не желаю знать, насколько я умнее всех, кто меня окружает. Не хочу «увеличивать свой потенциал» или «в полном объеме использовать свой феноменальный интеллект». Я хотел преподавать старшеклассникам английский, готовить их к поступлению в колледж, ставить осенний мюзикл и жить нормальной, счастливой жизнью, как все остальные.

Губы Джейми изогнулись в улыбке.

– Так ты, по сути, сейчас говоришь мне, что неведение – это благо?

– И еще какое!

– Так для тебя все горизонты открыты, да?

– Не по моей воле.

– А что за мюзикл?

– «Малютка Мэри Саншайн».

– Серьезно?

– Ага.

– Такой мюзикл существует или ты просто выдумал?

– Он существует, и он дешевый. Я хотел поставить «Король и я», но это дико дорого.

– Я в выпускном классе играла в «Вестсайдской истории». Мама считала, что мне полезно будет попробовать что-то новое.

– И как?

– Я все это ненавидела. Не сильна в том, чтобы притворяться кем-то еще. – Она мгновение смотрела на него. – Ты тут многому научился, да?

Он снова сосредоточился на кольцах.

– Да.

– Физика. Программирование. Электроника.

– Угу.

Ее улыбка поблекла.

– Ты же не сможешь вернуться к прошлому, да? Снова стать учителем?

Майк посмотрел в монитор.

– Два дня назад отослал заявление. Мой контракт все равно надо было возобновлять.

– Вот так запросто?

– Кормление муравьишек – это улица с односторонним движением. Я не смогу забыть ничего из этого, а значит, не смогу перестать об этом думать. Вот почему я годами отказывал Реджи.

– Но сейчас не отказал.

– Он вроде как втянул меня обманным путем, но как я мог отказаться? Как вы все тут говорите, ваше изобретение изменит мир.

– И куда ты отсюда направишься?

– Не знаю, – пожал плечами он. – Может, попытаюсь руководить НАСА, или лабораторией реактивного движения, или еще чем-то в таком роде.

На лицо Джейми вернулась улыбка.

– Я рада, что ты приехал сюда.

– Спасибо. Я ответил на твой вопрос?

Она выпрямилась в своем кресле и сказала:

– Думаю, да.

– Как ты так быстро проверила код?

Джейми почти минуту вглядывалась в его лицо. Один раз ее взгляд метнулся к кольцам, дважды – к монитору компьютера Она закусила губу, посмотрела на Дверь, на мигающие огни диспетчерской. Ее глаза на миг расширились, а потом она расслабилась.

– Думаю, это считается еще одним вопросом, который ты не должен задавать, – сказала она.

Майк вздохнул.

– Моя очередь, – чуть громче проговорила Джейми, – кто из нас платит за ужин?

– Что?

– Ужин, – сказала она. – Кто-то должен за него заплатить. Ты или я?

– Почему бы каждому просто не заплатить за себя?

Джейми покачала головой.

– Ты упускаешь самое главное. Если мне не придется говорить: «Угости меня ужином», у тебя появится прекрасная возможность показать себя джентльменом.

Майк целую минуту смотрел на нее.

– Ладно, – согласилась она. Достала из кармана джинсов четвертак и подбросила его вверх. – Орел или решка?

– Орел.

Джейми поймала монетку и шлепнула ее на тыльную сторону ладони.

– Ты сегодня везучий, – сказала она. – Тебе платить за ужин.

– А-а. – Майк отвернулся и прикусил губу.

– Что-то не так?

Майк вгляделся в кольца. Посмотрел на огни. Проверил записи на мониторе. Они по-прежнему не изменились.

– Ну?

– Это Артур тебя попросил?

– О чем?

– С тех пор как я его припугнул, ты стала куда дружелюбнее. – Он мысленно пробежал по списку подходящих слов и фраз. – Можно даже сказать, активно дружелюбнее.

Джейми некоторое время вглядывалась в его лицо.

– Это ты так вежливо интересуешься, не пытается ли Артур подложить меня под тебя в обмен на сотрудничество?

– Я думаю, с моей стороны лучше не говорить ничего подобного.

– А тебе не приходило в голову, что женщину может тянуть к коллеге по работе естественным образом, из-за смеси восхищения и вожделения?

Майк мотнул головой.

– Честно скажу, не приходило.

– То есть ты не шутил насчет проблем в общении и в отношениях, так?

– Определенно так.

Свет в диспетчерской мигнул.

– Нет, Артур тут ни при чем. Предложение поужинать – целиком моя инициатива.

– Ты не предлагаешь, ты настаиваешь.

– Если бы я ждала, пока ты предложишь, я бы до смерти проголодалась.

Оба они сосредоточились на своих мониторах и кольцах.

– Есть какое-то место, куда тебе хотелось бы пойти?

– Пойти?

– Пойти ужинать?

– О, боже, я уж думала, ты никогда не спросишь.