Неправильное число - Денис Кащеев

– Я говорю: не такая плохая песня, – повторила Измайлова. – Может, пойдем? – показала она глазами на танцпол.

«Нет», – едва не ответил юноша, думая о другой, но вовремя осекся.

– Конечно, – виновато улыбнулся он, подавая собеседнице свободную руку. – Прости, это я должен был предложить…

Поставив по пути «бокалы» на край стола, они присоединились к медленно кружащимся парам. Олег осторожно обнял Галю за талию, девушка положила свои тонкие руки ему на плечи. Ее шелковистые, пахнущие луговыми цветами светлые волосы слегка коснулись его щеки, грудь прижалась к груди, на миг вызвав где-то глубоко внутри трепет, тут же, впрочем, угасший. Олег сделал короткий шажок, ловя ритм, Галя чутко повторила его движение, и их пара поплыла среди полудюжины других.

Лица приникшей к нему партнерши во время танца он не видел, зато несколько раз – гораздо чаще, чем ему бы сейчас этого хотелось, – взгляд юноши натыкался на Инну с Ромой. Веки Иноземцевой были прикрыты, казалось, она полностью слилась с звучавшей музыкой. Губы ее кавалера расплылись в широченной, довольно глупой улыбке – Олег очень надеялся, что сам он сейчас выглядит не столь нелепо.

– Спасибо, – почему-то шепотом проговорила Галя, когда песня завершилась и они остановились.

Учтиво поклонившись, Олег отвел ее к столу, где остались их «бокалы». Заиграла бодрая композиция, и большинство ребят включились в танец, снова оставив их, по сути, наедине. Юноша залпом допил свои «Слезы», Измайлова пригубила «Космос».

– Удивительная все-таки штука жизнь, – проговорила она, опуская руку с «бокалом». – Сегодня утром я проснулась в тюремной камере, в страхе ожидая суда и приговора за то, чего не совершала, а сейчас… Сейчас я почти счастлива.

– Только почти? – на автомате спросил Олег.

– Не могу забыть о Руслане, Маше, Оле, Артемио, Марине… Тёме – настоящем Тёме – он же тоже погиб, да?

– Кора считает, что да, – кивнул юноша. – Но настоящего Тёму мы, выходит, и не знали – на «Ковчеге» с нами с самого начала был Чужой.

– Да, но вел он себя как человек… Наверное, как и вел бы себя на его месте тот Тёма.

– Ну, едва ли он бы стал убивать всех направо и налево, – покачал головой Олег.

– Я не про то. Я про обычное поведение, в быту… Подумать только, если бы не случайность, мы бы так ничего и не узнали!..

– Да, голубая кровь его подвела, – согласился юноша. – Можно сказать, на ровном месте.

– Я слышала, она была синяя.

– Это выражение такое, – пояснил Олег.

– Да, я поняла… Знаешь, когда с криками: «А ну-ка покажи, какого цвета у тебя кровь!» – ко мне в камеру ворвалась вооруженная ножами толпа, я чуть ежика не родила…

Они успели обменяться еще буквально парой фраз, когда к ним с плошкой пузырящейся «Черной дыры» подошел Рома.

– Тоже не танцуете? – спросил он, чокнувшись с Галей и потянувшись «бокалом» к Олегу. Тот перевернул свой, демонстрируя, что «Слезы» у него закончились.

– Почему это тоже? – чуть резче, чем, вероятно, следовало, отозвался он. – Кое-кто, по-моему, за весь вечер не присел.

– Не, хватит, – мотнул головой Рома. – Поплясали – и будет. Инна вот предлагает с гитарой посидеть. Пойдете?

– Куда? – развел руками Олег, не слишком обрадовавшись услышанному: он-то как раз ждал новой медленной песни, рассчитывая на этот раз пригласить на танец Иноземцеву – правда, вот только не очень пока представлял, как для этого деликатно покинуть Галю. – Музыка же орет.

– В тренажерку, – махнул рукой его собеседник в глубину комнаты отдыха. – Звукоизоляция рулит!

Собственно говоря, посидеть с гитарой (и с Инной) было отличной идеей, вот разве что без Ромы, на взгляд Олега, такие посиделки вполне могли бы и обойтись.

– Ну так что, идете? – спросил тот.

– Ты как? – спросил Олег у Гали.

– Пошли, – кажется, без особой охоты – но и без особого неприятия – пожала та плечами.

Среди тренажеров разместились прямо на полу, поставив рядом плошки с разноцветными коктейлями: Инна, скрестив ноги и положив на колени гитару, рядом с ней Вера, дальше полукругом Ксюша, Рома, его приятель – теперь Олег знал, что того зовут Володей, – ну и они с Галей. Шум дискотеки по соседству сюда и в самом деле не проникал. Иноземцева тщательно подкрутила колки, настраивая инструмент, затем обвела взглядом компанию. Ее темные глаза задорно блестели – то ли от предвкушения любимого занятия, то ли от выпитого алкоголя.

– Ну, что спеть? – спросила она.

– Спой про «сижу на пне»! – в кои-то веки среагировал первым Олег.

– Как ты сказал? – рассмеялась Инна, заставив юношу смутиться. – «Сижу на пне»? Так мою «Ирландскую народную» еще никто не обзывал!

– Ты говорила, что новую написала, – подала голос Вера. – Может, ее споешь?

– Новую? – заинтересованно переспросил Рома. – Что, вот прям здесь написала, на «Ковчеге»?

– Ну да, – кивнула Иноземцева. – Пришло внезапно вдохновение.

– И о чем? – спросила Галя. – О космосе?

– Нет, – покачала головой Инна. – О любви, как всегда.

– О! – оживился Володя. – Любовь и космос – что может быть ближе!

– Давай ее, – повторила свою просьбу Вера.

– Хорошо, – кивнула Иноземцева, коротко перебрав пальцами струны. – Слушайте. Названия у нее пока нет, так что просто песня…

Словно примериваясь, она вразнобой извлекла несколько аккордов – сначала будто бы невпопад, но затем те как-то сложились в неспешную, плавную мелодию, закрыла глаза, точно так же, как во время недавнего танца, и запела, постепенно повышая голос.