Отставник 4 - Павел Чук

— Понял. Что со «Штоонссса́р»?

— Он выходит на орбиту Луны. Выпустил корабль. Он…

— Его кто-то атакует? — прервал собеседника.

— Пытались, но расстояние для атаки слишком велико и все снаряды ушли мимо. Как понимаю, ни одного попадания.

— Потери?

— Потери…

— Командир-хоск, — вошёл в канал ашш Сошша Хааш, — потери в рамках запланированного. Через двадцать минут пересечём орбиту первой планеты, предлагаю приготовиться.

— Я тебя понял, принц крови, — ответил спокойно, понимая, почему генерал-командор прервал доклад о потерях. Нас слышат ещё и другие бойцы, как истинно живые, так и земляне, а говорить о потерях, когда предстоит штурм — лишний раз давить на психику.

— До начала манёвра ускорения пять универсальных минут, — раздалось в канале.

Пять минут — это так много и так мало. Эти пять минут все корабли второй волны будут находиться в зоне гарантированного огневого накрытия со стороны корабля-носителя.

Находясь в невесомости, я отчётливо чувствовал, что корабль совершает манёвр за манёвром и про себя считал секунды: «Двести сорок четыре… Двести двадцать два… Сто сорок один… Девяносто шесть… Тридцать пять… Двадцать одна…».

— Есть контакт, командир! Мы в непосредственной близости от корабля-носителя! Пробиваем проход! — раздалось в наушниках.

— Всем приготовиться! — скомандовал в канале…

Глава 23

Шаги гулким эхом разносились по пустому коридору. Эвакуация, объявленная после проведения операции по уничтожению антенны-ретранслятора шнахассов, находилась на завершающем этапе. В нарушение всех инструкций и предписаний, начальник Генерального штаба оказался в числе последних, покидающих ответвление ветки «Метро-4000», предназначенную для затопления, но на это были причины.

— Товарищ Жариков, у нас всё готово, ждём только вас, — на перроне встречал офицер.

— Я закончил, Леонид Сергеевич, — ответил начальник Генерального штаба, ставя на пол опечатанный чемоданчик.

— Всё успели?

— Сам знаешь, товарищ полковник, что скопировали только самые важные базы.

— Понимаю, вот же ж… — выругался полковник, — инженеры, туды б их растудыть. Не предусмотрели на вычислительной технике съёмные носители информации. Это ж сколько времени потеряли на копировании.

— Не бурчи. Хорошо хоть предусмотрели присоединение внешних устройств.

— Ага, и вся секретность ни к чёрту.

— Копирование только через персональный ключ и скорость системно ограничена, хотя, что я тебе рассказываю. Ты и сам знаешь. Сколько мы с тобой по гарнизонам поездили?

— Так, лет пятнадцать знакомы.

— Во-во, а секретность не мы придумали. Не демонтировать же все системные блоки из серверной.

— Так они ж вмурованы в пол.

— И я об этом. Ладно, все погрузились?

— Так точно. Личный состав и спецгруз находится в вагонах. Минёры на электродрезине после подрыва поедут.

— Успеют? — поднимаясь по ступенькам вагона, уточнил Жариков.

— Успеют. Они сначала должны проконтролировать закрытие шлюзовых переборок, а только потом подрывать.

— Тренировку провели?

— Согласно плану, — кивнул полковник, — всё работает в штатном режиме. Если что, один инженер-механик с ними останется.

— Хорошо. Если больше никого не ждём, то давай отчаливать. Нам полдня ехать, если не дольше. Успеть бы выскочить из квадрата предполагаемого накрытия…

— Всё так серьёзно? — расположившись в отдельном купе, осторожно осведомился полковник. Он хотя и состоял в штате Генерального штаба, но не владел полной информацией, а когда через сутки после известной атаки прозвучала команда на эвакуацию, то слухи по убежищу поползли разные.

— Трудно сказать, Лёнь, — когда офицеры остались одни, без официоза заговорил генерал, — задачу группа, что выходила на поверхность, выполнила. Подтверждение получено из разных источников. Эту не то антенну, не то ретранслятор уничтожили гарантированно. Но вот, понимаешь, — тут Жариков выдержал паузу, размышляя, говорить или не говорить своему другу то, что произошло или нет, и пришёл к логическому выводу, рассказать стоит, может собеседник с высоты своего опыта совет даст или подскажет, что делать. — Задачу-то объединённая группа выполнила, но… помнишь, какой кипеж среди союзничков начался?

— Не забыть. Едва уговорили… вежливо. И что они так взбеленились? Знает кто?

— Знает… Во время операции без вести пропал их главный начальник малого Совета, принц крови и всё такое, и так далее.

— Тело не нашли?

— Но это ещё не всё, — сделал генерал вид, что не услышал вопроса, — вместе с ним пропал и сержант Бес, которого они принимают за хоска. А на нём весь союз и держался. Точнее на принесённой ему клятве.

— Так союз заключил Президент…

— Ты, Лёнь, слушаешь меня? Я присутствовал на переговорах и подписании вместе с министром обороны и видел, что основную роль играл этот сержант, ему вроде сразу офицерское звание дали, но не суть. Он до сих пор по всем сводкам проходит как сержант Бес. И это именно благодаря ему нам удалось заключить союз против общего врага. Вот его потеря куда существеннее. Он, понимаешь, был… я не скажу третейским судьёй, но… даже не могу подобрать нужного слова.

— Гарантом.

— Ага, Конституции…

— Не смешно.

— Я не смеюсь, Леонид. Ситуация крайне тяжёлая. После уничтожения объекта, шнахассы как с цепи сорвались. Долбят с орбиты по квадратам, хорошо хоть северо-западную ветку успели эвакуировать и, не дожидаясь, дальше на восток всех отправили. Теперь наш черёд. Мы-то, сам знаешь, в самом центре — в «Ямантау-1», но вот и до нас черёд дошёл. Северо-западной ветки больше не существует, южная и юго-западная, откуда выходили на поверхность группы для выполнения задания, накрыли, не прошло и суток. Не всех успели эвакуировать. Потери жуткие, а ответить нечем. Даже нос высунуть на поверхность, понюхать тишину не можем. Как только засекают группу, накрывают с орбиты.

— М-да, взялись за нас.

— Взялись и очень уж рьяно. На штурм не идут. Видно мало у них солдат, но вот с орбиты долбить — долбят. У нас если десяток внешних станций контроля осталось на всё «Метро-4000», то хорошо.

— Что планируется, Виктор Семёнович, знаешь? Мы так долго не просидим. Если уж они свод северо-западной ветки, что под Питером разрушить смогли, то…

— Прямое проникающее попадание в шахту запасного выхода. Детонация на глубине