Пилот - Иван Валерьевич Оченков

– И все-таки?

– Полагаю, речь идет о сумме не менее трехсот тысяч золотых рублей.

– Сколько? – едва не задохнулась не ожидавшая такой наглости мадам Чан.

– Судите сами, моя добрая госпожа, уцелевшие двигатели, корпус, вооружение. И к слову, ремонт обойдется вам еще в пару сотен тысяч. Что ж, воздушные корабли действительно недешевое удовольствие, и за право обладать ими приходится платить сполна. Следует также учесть потерю моих призовых от российского правительства. Уверяю вас, если я не привезу достаточных доказательств гибели «Таникадзе», мне их просто не заплатят.

– Я полагаю, эту проблему можно решить, – немного подумав, заявила она.

– Это было бы просто прекрасно.

– Вы ведь еще какое-то время погостите в нашей столице?

– Да. Пару дней у нас есть.

– Это прекрасно. Я постараюсь сделать все, чтобы ваше времяпрепровождение не было напрасным.

– Ваше превосходительство, – почтительно обратился к даме Март. – Могу я просить вас об одном одолжении?

– Вы сегодня герой, молодой человек, – благосклонно улыбнулась первая леди, которой явно польстило его обращение. – И можете просить о чем угодно.

– Я слышал, у вас месяц назад случилась трагедия. В результате теракта погибли многие важные чиновники и военные. Позволено ли мне будет осмотреть место?

– Весьма странное желание! – нахмурилась китаянка.

– Прошу прощения, если невольно причинил вам неудобство. Просто я совсем недавно сам едва не стал жертвой подобного происшествия в городе Дальний. И мне интересно, нет ли между этими печальными событиями сходства?

– Понимаю, – кивнула мадам Чан. – Полагаю, что это возможно.

– А поговорить с выжившими? – продолжал ковать железо, пока горячо, Март.

– Их, к несчастью, не так много. И большинство все еще в весьма тяжелом состоянии.

– У нас на корабле есть отличный врач-целитель. Думаю, он не откажется помочь вашим раненым.

– Одаренный? – изумилась первая леди, после чего обернулась к Зимину. – У вас в экипаже трое одаренных, но вы – простой рейдер? Ну-ну.

– Зря ты ей сказал, – хмыкнул командир, глядя удаляющейся мадам Чан в спину. – Ты знаешь, что у китайцев практически нет своих владеющих силой?

– Нет. А почему?

– Ну, во-первых, нет мест, где можно отыскать стеллары. А во-вторых… черт его знает. Какая-то предрасположенность, что ли. Те немногие, что есть, в основном обладают весьма умеренной силой, и либо не ханьцы, либо метисы с европейцами или японцами.

– Я не знал.

– Нельзя сказать, чтобы они не пытались, но… видел большую брошь на платье? Говорят, внутри нее адамант, причем довольно крупный. И у самого Чан Кайши такой есть.

– Ждут, не пробудится ли дар?

– Вроде того. Ладно, нам пора возвращаться. А доктору ты наверняка подкинул работенки. Впрочем, пусть поработает, лишних денег не бывает, главное, чтобы не продешевил! Рейдеры стоят дорого!

Не успели они выйти из упрятанного глубоко в недрах горы бункера на свежий воздух, как повторно столкнулись с князем Белосельским-Белозерским.

– А я вас дожидаюсь, господа. Поздравляю с наградами! И предлагаю проехать в посольство. Условия там пока спартанские, но все возможное гостеприимство и радушие могу гарантировать.

– Ваше сиятельство, я предпочел бы немедленно отправиться на «Буран». Тем более что мне надо передать вам пассажиров и грузы, которые привезены как раз для вас. И есть еще вопрос, который требует немедленного с вами обсуждения.

– Ни слова больше! – князь повел глазами, словно указывая, что и у стен могут быть уши. – Да, я получил радиограмму. Ждем, очень ждем! В таком случае садитесь в машину и поехали к вашему кораблю. Заодно обсудим и все вопросы.

– Буду рад принять вас на борту и угостить рюмкой чая или чашечкой коньяку.

– А вы умеете быть убедительным, Владимир Васильевич!

– К слову, Константин Эсперович, нам понадобится ваша консультация.

– Всегда к вашим услугам. Об ответе на какой заковыристый вопрос идет речь?

– Скажем так, о соблюдении дипломатического протокола.

– Слушаю внимательно.

– Китайцы вручили Мартемьяну орден, и теперь неясно: стоит ли ему носить эту «Небесную хоругвь», учитывая, что русских наград он не имеет.

– Хм, – сделал вид, что задумался, поверенный в делах. – Вопрос, конечно, не самый простой, однако выход есть.

– Не томите, ваше сиятельство.

– Ах, оставьте это несносное титулование! Скажу вам по секрету, друг мой, китайцы после этой своей революции стали бóльшими республиканцами, чем французы или даже американцы. Иногда слушая их, можно подумать, будто демократия – слово не греческое, а самое что ни на есть ханьское. И потому про наши древние титулы лучше на какое-то время забыть.

– Да, я заметил. Но вы говорили о некоем выходе…

– Ах да. Так вот, любезнейший Владимир Васильевич. Как я уже говорил, ваша блистательная виктория произвела совершенно фееричное впечатление и весьма продвинула русско-китайские отношения. А посему было бы вполне уместно наградить членов вашего экипажа. Я говорю, разумеется, о наиболее достойных такой награды.

– И что для этого нужно?

– Да сущие пустяки. Подайте мне соответствующим образом составленную реляцию, а я перешлю ее, присовокупив и свой доклад, и представление, по дипломатическим каналам в Петербург. Уверен, государь по достоинству оценит вас и вашего протеже!

Спустя полчаса, когда все вопросы были обсуждены и урегулированы, Белосельский-Белозерский вместе с бумагами, убранными в щегольского вида кожаный портфель, отправился в посольство. Уехал он во главе целого кортежа, в котором оказались и привезенные «Бураном» два автомобиля.

– Эко завернул наш дипломат, – с усмешкой заметил Март, стоя рядом с командиром у трапа корабля.

– Видишь ли, Мартемьян, – скупо улыбнулся Зимин. – Как говорят англичане: It’s the squeaky wheel that gets the grease[41]. Очень скоро здесь вместо поверенного в делах будет настоящий посол. И нет ничего удивительного, что наш князь хотел бы занять это место. И в этом деле наша победа может весьма поспособствовать. Главное – преподнести ее под нужным углом.

Мадам Чан не забыла своего обещания, и утром к перебравшемуся на аэродром Чунцина «Бурану» подъехал автомобиль. Увы, ни генерала Сюэ, ни какого-либо иного высокого чина в нем не оказалось, но в глазах Марта все это вполне искупалось наличием прекрасной переводчицы. Обратившись к часовому, она попросила пригласить лейтенанта Колычева.

Караульный в ответ немного подумал и вызвал Горыню, который и сообразил, кто именно нужен строгой барышне в безукоризненном мундире.

– Гляди, Мартемьян, какая краля по твою душу явилась, – ухмыльнулся боцман.

– Добрый день, – поприветствовал девушку Март. – Нас так и не представили в прошлую нашу встречу…

– Меня зовут Сун Цянь.

– Ну, вот и познакомились. Теперь не будет невежливым поинтересоваться целью вашего визита.

– Вы же хотели осмотреть место теракта? Госпожа Чан попросила меня сопровождать вас.

– Вот оно что, – сообразил Колычев. – Тогда дайте мне несколько минут, я переоденусь и