Первый удар - Эрик Ниланд

В ярком свете последовавшей вспышки Мастер-Шеф увидел, что с дюжину шакалов, собравшихся возле стены, сомкнули щиты, образовывая фалангу. За их спинами укрылись пятеро воинов элиты, уже приготовившихся открыть огонь из плазменных винтовок.

— Всем залечь! — крикнул Джон, отпрыгивая в сторону.

Грейс упала на пол и откатилась, уходя с линии огня.

Вражеские заряды с шипением пронеслись над ними, и щиты Мастер-Шефа потеряли часть энергии, спасая его от ударившего слишком близко плазменного сгустка. Плитки вокруг Сто семнадцатого обуглились до стеклянного состояния.

— Гранаты к бою! Цельтесь поверх щитов! — проревел адмирал Уиткомб.

Мастер-Шеф и Антон взвели плазменные гранаты и метнули их, не поднимаясь с пола. Снаряды упали среди воинов элиты и шакалов позади энергетических щитов. Одна за другой полыхнули синие вспышки, и строй чужаков распался. Уцелевшие шакалы бросились врассыпную.

Грейс снова выстрелила и в буквальном смысле разорвала на клочки остатки вражеской фаланги. Затем она отбросила грозное оружие в сторону.

— Уровень радиации достиг предельного уровня, — пояснила Девяносто третья. — Этой деткой больше не воспользуешься.

— Назад! — приказал Мастер-Шеф. — На этих штуковинах установлены системы самоликвидации!

Грейс отпрыгнула, и как раз вовремя. Брошенное ею оружие заискрилось, задрожало и взорвалось с силой осколочной гранаты. На головы людей посыпались почерневшие, искореженные осколки плитки.

Локлир выбежал вперед и открыл огонь по ворчунам, разбегающимся с места бойни. Они не были вооружены, но десантник истреблял их без всякого сожаления.

Из-за груды камней попытались подняться двое искалеченных воинов элиты. Неожиданно их тела покрылись кровавыми ранами с торчащими из них осколками костей. Перед смертью чужаки успели обернуться туда, откуда по ним вели огонь — к нескольким валунам, которые оттащили от заваленного прохода. Из укрытия выбежали три спартанца. Стволы их винтовок все еще дымились после стрельбы.

Джон мгновенно узнал Келли, Фреда и Уилла.

И побежал им навстречу.

Фред опустил оружие.

— Антон… Грейс… Джон? — произнес он, не веря своим глазам.

Мастер-Шеф открыл выделенный канал связи с остальными спартанцами.

— Да, это я. Хотел бы все объяснить, но у нас еще будет на это время. Пора отсюда убираться.

Келли протянула руку и провела двумя пальцами по лицевому щитку Джона. Сто семнадцатый собирался «нарисовать» в ответ улыбку, но в этот момент к ним подбежал адмирал Уиткомб, за которым, не отставая ни на шаг, двигались Хаверсон, Локлир и Джонсон, постоянно оглядывавшийся назад, чтобы убедиться, что им ничто не угрожает.

— Это все? — спросил адмирал.

— Нет, сэр, — ответил Фред. — Есть еще один человек.

Он обернулся и махнул рукой в сторону полуразрушенного туннеля.

— Мэм, можете выходить.

На долю секунды Джон даже забыл, что находится в самом центре вражеского лагеря; забыл о войне, о потере Предела и обо всем том, через что ему самому довелось пройти за последние дни. Он уже перестал и надеяться, что снова ее увидит.

Из туннеля появилась доктор Халси. Она шла, отряхивая тонкой рукой пыль с лабораторного халата и серой юбки.

— Адмирал Уиткомб, — произнесла доктор, — рада вас снова видеть. Благодарю за спасение. Вы появились как нельзя вовремя. — Она повернулась к Мастер-Шефу. — Или, быть может, за эту операцию мне стоит сказать спасибо тебе, Джон?

Сто семнадцатый не нашелся что ответить. Помимо всего прочего, его выбивала из колеи ее привычка обращаться к нему по имени… Впрочем, это он мог простить. Она никогда не использовала в общении со спартанцами ни личных номеров, ни званий.

Джон обратил внимание на кристалл, зажатый в ладони доктора. Многочисленные грани играли прозрачным синим огнем, напоминающим о солнечных лучах на поверхности воды.

— Говори свое спасибо сразу всем, Кэтрин, — произнес адмирал Уиткомб. — А если будет желание, можешь устроить для нас вечеринку… потом, когда мы выберемся отсюда. — Он включил рацию. — Поласки, забира…

Джонсон положил руку на плечо адмирала и кивнул в сторону дальней стены.

— Что такое, сержант? — Уиткомб собирался сказать что-то еще, но неожиданно осекся.

По экрану датчика движений пробежала рябь, но стабильного сигнала не было, да и сам Сто семнадцатый не видел ничего в глубине трехкилометровой пещеры. Быть может, сержант заметил воина элиты, скрытого оптическим камуфляжем? Нет, пыль, кружившая в воздухе, быстро выдала бы чужака.

— Никому не шевелиться, — прошептал адмирал.

И вот тогда Джон увидел. Увидел их всех.

Поначалу он не обратил на них внимания, приняв легкую дрожь воздуха за мельтешение пыли или за игру света на большом расстоянии. Ему просто и в голову не могло прийти, что такое огромное количество ковенантов способно сохранять полную неподвижность.

На каждом из двенадцати балконных уровней, окружавших комнату, стояли солдаты чужаков. Площадки были полностью забиты ворчунами, шакалами и ухмыляющимися воинами элиты. Кроме того, Мастер-Шеф увидел и нескольких охотников, чьи плазменные орудия уже сияли зеленым светом.

Воздух наполнился гулом тысяч заряжающихся плазменных винтовок, напоминающим о рое голодной саранчи.

Никто не шевелился. И даже не дышал, если не считать Локлира, испустившего долгий и прочувствованный расстроенный вздох.

Джон попытался прикинуть общее число противников. Их, судя по всему, было несколько тысяч, поскольку каждый балкон оказался забит под завязку. Как минимум — батальон, а то и больше. Они даже могли не целиться. Достаточно было просто дать общий залп, и все пространство зала наполнилось бы игольными зарядами и потоками кипящей энергии.

Люди превратились бы в пар, не успев пробежать и половины пути до туннеля за их спинами.

Пара охотников гневно зарычала, наводя на отряд плазменные орудия и давая залп.

Долю секунды спустя вся остальная орда чужаков открыла огонь.