Паутина - Андрей Стоев

— Простила, представляешь? Марика со слезами умоляла его простить, и у меня рука не поднялась. Но дворянство я у них отобрала, и знать их больше не хочу. Да им и невозможно было после такого в дворянах остаться. Яромир у меня уже с намёком так поинтересовался, мол, нет ли для тебя урона чести иметь подобных людей в родственниках? А так они хотя бы без позора дворянства лишились, чисто технической процедурой, как утратившие родство.

— Не везёт тебе с родственниками, — искренне посочувствовал я. — В самом деле неприятная ситуация.

— Не везёт, — со вздохом согласилась она. — Хотя какие мои годы. Я сейчас начала подумывать о том, чтобы ещё раз родить.

— Так вот зачем ты молодых мальчиков перебираешь, — внезапно дошло до меня.

— Ну, не то чтобы молодых, и не то чтобы перебираю, — немного смутилась Драгана. — Но да, присматриваюсь. Только вот никого подходящего что-то не попадается. С виду красавчики, а поближе присмотришься — если и не дурак, то тряпка. Пока что не выходит найти кого-нибудь, кого я хотела бы видеть в своих детях.

Она оценивающе посмотрела на меня. Я засмеялся и поднял руки, отгораживаясь от неё.

— Нет-нет, даже не смотри на меня так, я тут тебе не помощник.

— А жаль, — с сожалением вздохнула она. — Всю жизнь у меня почему-то так выходит, что хороших мужчин до меня разбирают.

— Ты просто работаешь слишком много, — объяснил я, — вот и не успеваешь за теми, кто целенаправленно охотится. Меня, например, уже в пять лет застолбили.

— Лена умница, сразу поняла, что в этом деле нельзя ушами хлопать, — засмеялась Драгана. — Ну ладно, так что насчёт моего предложения?

— Извини, Гана, но мне оно не очень подходит, — с сожалением покачал я головой. — Мне в принципе неинтересны предприятия, где я не являюсь владельцем с решающим голосом.

— Для Яромира-то ты согласился управлять четвёртым механическим. И за десять процентов, а я тебе вообще половину предлагаю.

— Согласился, как же, — иронически фыркнул я. — Можно подумать, он меня сильно спрашивал. К тому же это ненадолго, он же скоро начнёт его у меня обратно отбирать.

— Это почему ты так решил? — подняла бровь Драгана.

— А то ты сама не знаешь, — хмыкнул я.

— Что я сама знаю, то я и без тебя знаю. Мне интересно, что знаешь ты.

— Ну, я так понял, что князь сейчас прикидывает, кому этот завод отдать. Кто проявит достаточный интерес и сумеет его отжать. А если не заинтересовался или не сумел удержать, то князь заберёт завод назад и передаст его кому-нибудь другому. Потому и условия там заведомо невыгодные, чтобы был стимул либо отказаться, либо добиться хороших условий.

— Отжать, говоришь?

— Ну не отжать, конечно, а скажем так, сделать достаточно вескую заявку.

— А ты сделаешь заявку?

— Пока не знаю, — честно ответил я. — Актив в принципе интересный, но надо смотреть, как он впишется в нашу структуру. А если решим, что он нам нужен, то конечно, сделаем заявку.

— Вескую заявку, — утвердительно сказала Драгана с какой-то странной интонацией.

— Вескую, — подтвердил я. — От недостаточно веской князь только посмеётся.

— И что я, дура, в своё время от Ренского не родила? — печально спросила себя Драгана, глядя на меня с непонятным выражением. — Уж он-то не ломался, ему достаточно было просто глазки состроить. Были бы у меня сейчас умные дети и умные внуки. Вот Линка вовремя подсуетилась, сейчас на своих потомков от Ренского не нарадуется.

Я немного смутился от такой откровенности. Всё-таки есть кое-какой плюс в том, что я ограничен одной женщиной. Так-то я, как любой нормальный мужчина, идею гарема нахожу очень привлекательной, но умом прекрасно понимаю, что число проблем от числа жён зависит экспоненциально. А если ещё и дети пойдут на стороне, то это сделает жизнь такой интересной, что не всякий и выдержит. Наверное, так и появляются великие путешественники, которые делают великие географические открытия где-то там, подальше. Не представляю, как Кеннер Ренский со всем этим управлялся. Возможно, ему было на это плевать — есть такие люди, незамутнённые. А может, просто не мог удержаться. Когда красивые женщины наперегонки готовы вот прямо сейчас тебе отдаться безо всяких обязательств, нужно иметь стальную волю, чтобы сопротивляться, и для начала ещё попробуй убеди себя, что нужно сопротивляться. Если бы не наша связь с Ленкой, то я, наверное, тоже не смог бы удержаться, не такой уж я и железный.

— А если подумать о каком-нибудь варианте с выкупом доли? — спросила Драгана. — Это тебя может заинтересовать?

— Это уже интереснее, — признал я, — хотя вот так, с ходу, ничего определённого сказать не могу. Надо думать и прикидывать. Но сразу хочу отметить, что доля должна быть большой, компаньоны с решающим голосом мне ни к чему.

— Подумай, — кивнула Драгана.

* * *

— Господин, — Мира заглянула ко мне в кабинет, и вид у ней был порядком озадаченный. — Охрана сообщила, что к вам пытается пройти какой-то человек. Говорит, что он из Риги, и что вы знаете, кто.

— Да? — удивился я. — Вообще-то в Риге у меня всего двое знакомых — архиепископ Рижский и магистр Ордена. Сомневаюсь, что это кто-то из них.

— Он говорит, что приехал по поводу захваченных нами людей, и ещё он хочет обсудить компенсацию.

— Захваченных нами людей? — недоумённо повторил я.

— Извините, господин, — виновато сказала Мира. — Я в первый раз об этом слышу. Я попробую выяснить, кто может что-то об этом знать.

— И вот ещё интересно — компенсация нам или от нас?

— Я выясню, господин, — повторила она.

— Знаешь что, Мира, — сказал ей я после недолгого размышления. — А свяжи-ка ты меня лучше с Антоном. Если выяснится, что и он ничего не знает, то послушаем этого, с компенсацией.

Кельмин оказался на месте и ответил сразу.

— Здравствуй, Антон, — поприветствовал его я. — Ко мне тут прорывается какой-то человек из Риги, хочет обсуждать каких-то захваченных нами людей. Ты что-нибудь знаешь об этом?

— Знаю, мне только что рапорт пришёл, я как раз собираюсь к вам с докладом. Что-то очень уж быстро они прислали представителя.

— Или очень уж медленно в твоём хозяйстве дела делаются, — заметил я. — По-моему, это неправильно, что я узнаю такие вещи от посторонних людей, а не от тебя, не находишь?

— Виноват, господин, — посерьёзнел он. — Расследование будет проведено, и выводы будут сделаны.

— Ладно, подходи ко мне, Антон — расскажешь, в чём там дело, а потом послушаем этого самого представителя.

Дело оказалось заурядным, а зная человеческую сущность — вполне ожидаемым. Были у меня лишь лёгкие сомнения насчёт эльфийской сущности, но как выяснилось, она мало чем отличалась от человеческой, что тоже было, в общем-то, ожидаемо.