Аврора. Заря сгорает дотла - Кейт Андерсенн

Речь Гаррика была полной огня, но путаной. «Кутеж» так быстро не прошел, как ему хотелось. Да и хотелось ли?..

— Кстати, это Винни передала пирог. Сказала, соседей надо встречать хлебо — ик! — сольно. Так вот, ты взбаламутила Стольный город, Аврора, когда ты станешь актрисой, мы соберем кучу денег и достроим наконец купол, и надо мной перестанут насмехаться!

Ро задумалась на секунду. Толика хорошей идеи во всей этой речи есть. И если она хочет «твердо встать на ноги»… Она улыбнулась и предложила:

— Чаю?

Правда, она забыла про белого сокола, запертого в кухне: тот кинулся Гаррику в лицо, когда Ро пропустила его в кухню первым. Тенор так забавно испугался и свалился навзничь, что Ро забыла про первичный испуг и расхохоталась.

— Ох, простите… Забыла, что сообщение пришло.

Протянула руку, приняла посланника и сообщение. Белый сокол оказался кречетом Тильды. Стиль письма не оставлял пространства для сомнений.

«Зайду на обед с подарками от Кунста на новоселье. Ох, подруга, что ты сделала с Фарром? Ис написала, что его вчера привез во дворец какой-то мясник, Фарр приказал заплатить ему световым кристаллом и заперся в своей башне, и не выходит, а никто войти не осмелится — ловушки ведь. На птиц не отвечает. Никто ума не приложит, что случилось, но я-то знаю, что он ходил к тебе через тайный ход. Сгораю от нетерпения. И кормить не стану, пока всего не расскажешь!».

Ро сунула записку в карман, в компанию к первой, от Кастеллета. Не смогла сдержать проказливой улыбки.

И, когда разжечь огонь Тильдиным розжигом получилось с первого раза, Аврора вдруг совершенно отчетливо почувствовала: она больше не клякса. Неизвестно как, но… У нее есть, что предложить миру, и вовсе не потому, что загнана в угол или из чувства вины и ответственности, не выполняя какую-то роль и не прячась. Мир рад. А ей… нравится. Она уже — игрок, а не фигура.

Держись, Фаррел Вайд! У тебя уже не выйдет задавить Ро Бореалис ни своей харизмой, ни… как-либо иначе.

Пирог «Винни» — Ро вспомнила, что это пассия барда — был жестковат и слегка недопечен, но зато свеж и полон начинки. Пить пришлось драгоценный пульфит. Впрочем, Ро планировала с первой же выручки нанять телегу или вовсе отправиться автостопом в Альпурху. Стоило поговорить с Тауроном обо всем, пусть уточнит у деревьев. И потом добраться до убежища Сваля. Брать с собой Фарра нерентабельно. К сожалению.

— Гаррик, ты знаешь, что я торговец, верно? И лавку открываю благодаря помощи Мерчевиля.

— В доме старого дознавателя, — фыркнул Гаррик и, пригубив пульфит, расплылся в блаженной улыбке.

Возможно, его эффект и в снятии похмелья, кто знает.

— Потому, что королева Исмея поддержала это начинание. В любом случае, торговля — это то, чем я пока стану заниматься. Но я… люблю театр. Я видела, скоро премьера? О чем опера?

Гаррик Тенор впервые за весь свой визит не то растерялся, не то смутился. Ро озвучила свою вчерашнюю догадку:

— Муза не идет?

— Будто ты знаешь, что это такое, — набычился бард, как обычно делают творческие люди, когда уверены, что их не понимают.

— Отчего же — знаю. И еще знаю, почему.

— Почему?

— Потому что кто-то кутит. Давай так: я подкину сценарий — тебе останется лишь положить его на музыку — и приму участие в постановке. Но не на постоянных основах, а как добровольный участник. На твое счастье, петь я умею и люблю: Авроры, по традиции — девочки с талантами.

Да, такие краткие моменты бывают. Когда пикси, вместо того, чтоб кусаться и ставить подножки, возносят тебя на самую вершину мира, дуэньи остаются безнадежно далеко внизу, а ты с высоты обозреваешь простых смертных и смеешься в лицо облакам. Потом ты падаешь обратно в долину смертной тени, конечно, но… момент ощущения собственной непобедимости великолепен. Это не момент на принятие важных решений, но сейчас это ощущение как нельзя кстати — сейчас она строит свой вестландский фундамент. К тому же, она правда недурно поет. И, если ее хватит до первого орботто… Кастеллет говорил, что до праздника Мерче оставалось две недели, а это всего на день позже заявленной премьеры Гаррика.

Тенор прищурился недоверчиво:

— За бесплатно, что ли?

— Почему за бесплатно? С тебя — столование и помощь в бытовых вопросах.

— Э-э… каких?

— Ну, там… гвоздь прибить, плотника найти… А еще мне будет нужно выбраться в Черный Тополь.

— В Черный Тополь? — удивился Гаррик. — Туда тебе зачем?..

Аврора усмехнулась таинственно.

— А барду, Гаррик, в принципе полезно путешествовать. Одним Стольным городом сыт не будешь. По рукам?

Тенор пожевал собственные потресканные губы. Ро ткнула в него пальцем.

— И до первого орботто ты ни капли спиртного в рот не берешь.

Гаррик хмыкнул.

— Это слишком.

— Ты разве не хочешь достроить театр?..

Бард недовольно покосился на поднятую бровь соседки-торговки, затем на протянутую ладонь.

— Ты очень верно выбрала профессию, — буркнул он и пожал руку Авроры.

— Вот и чудесно. А теперь слушай, предлагаю такую историю…

Не мудрствуя лукаво, Ро выбрала историю Спящей красавицы. А что — и актеров много не надо, и просто, как детство, и… вообще. На сантименты она тоже право имеет.

Так Аврора Бореалис обзавелась третьим партнером.

— Скоро я буду совсем невероятной бизнесвумэн, — усмехнулась она сама себе, когда Гаррик Тенор, неожиданно вдохновленный историей сказочной Авроры, удалился едва не паря над мостовой.

Все из того же сверкающего камня, что и дороги Альпурхи.

Имя главной героини бард менять категорически отказался. «На волне твоей славы красавицу должны звать именно Авророй». Средств в театре, разумеется, не было, поэтому Аврора пообещала заняться вопросом костюмов.

Чердак Фаррела на сей раз она использовать не постесняется. Он же сам сказал — «пользуйся».

Тенор, конечно, собирался и играть роль принца Филиппа, и петь, и заменять целый оркестр. На роль злобной колдуньи он выбрал свою Виннифреду. Остальное должен был бы исполнять рассказчик, о диво — сосед Ро напротив. Тот, с носом картошкой и мольбертом, из шестьдесят пятого желтого дома с баллюстрадами. Оказалось, его зовут Захариус и он всегда выступает в представлениях Гаррика, потому как они с его