Рэни Карвус - Эндо Кисаги

— Это старая дорога к заброшенной шахте, — протерев линзы своих очков и водрузив их обратно на нос, ответил Юджин. — Ею давно никто не пользуется.

— Сколько отсюда идти? — Я посмотрел на солнце. Сейчас где-то за полдень. — Лучше оказаться на месте засветло.

— Да здесь совсем рядом, всего с лигу пройти! Давайте за мной, я знаю, где срезать по тропинкам.

Хорошо, что Морвен не ошибся и нас выбросило почти у самого входа в пещеры гномов. Идти оказалось и в самом деле недалеко. Юджин шел впереди, указывая дорогу, мы следом, зорко поглядывая по сторонам.

— Вон центральный вход. — Юджин сложил свою подзорную трубу, через которую изучал подступы к поселению. — Никого не видать. Ни живых, ни мертвых.

Мы залегли на высоком скальном выступе, козырьком нависшем над мощенной булыжником дорогой, ведущей к большим, обитым полосами железа воротам, сейчас открытым настежь.

— Не нравится мне все это… — ни к кому конкретно не обращаясь, тихо произнес Мариус. — Куда все мертвяки подевались?

— Неупокоенные не любят солнца. Наверняка засели в пещерах. Может, попробовать их шугануть? — Юджин достал свою рунную трубку, со щелчком приводя ее в боевое положение и прицелившись в открытые ворота. — Может, вылезут?

— Попробуй, — дал я добро, накрывая нас Куполом Праха. — Всем приготовиться. Давай!

Ручная мортира Юджина глухо рявкнула, и спустя пару мгновений в глубине пещеры полыхнуло и раздался грохот взрыва.

— Вон они!

Из ворот черной рекой хлынули неупокоенные.

— Боги, сколько же их… — Кажется, это сказала Кари.

Мертвяки быстро обнаружили наш отряд и сейчас очень шустро карабкались вверх по склону, уставившись на нас провалами глаз и ощерив рты с отросшими черными клыками.

— Что застыли?! Бейте их! — вывел я из ступора замершую команду, поведя вдоль склона Могильным Серпом. Первую шеренгу зомби разрезало пополам. Хлынула черная кровь. Команда наконец взяла себя в руки, и в зомби полетели заклинания. Кладбищенский Ветер в секунды иссушал неупокоенных, оставляя от них лишь костяки, Серое Надгробие придавливало сразу по десятку восставших, вбивая их в каменистый склон, а Призрачный Вихрь разрывал на куски.

Наконец, натиск неупокоенных, выплескивающийся из ворот, начал спадать. Можно было уже не лупить не глядя перед собой, не опасаясь, что промажешь, а выцеливать отдельных зомби, чем мы и занялись. Мариус с Юджином мстительно прикончили последних, еще шевелившихся мертвяков, и мы спустились с уступа на небольшую площадь перед воротами. Пробравшись через завалы трупов, скользя по лужам черной крови, мы подошли к створкам центральных ворот. Картина была абсолютно сюрреалистической. Одно дело смотреть на зомби в фильме ужасов, зная, что с тобой-то точно ничего не произойдет, и совсем другое при ярком свете солнца переступать через разорванные тела, еще пару дней назад бывшие живыми существами. Как говорят в Одессе, две большие разницы.

— Как же так, а? Что же это? — Юджин пинком отбросил верхнюю половину тела мертвяка с клыками, как у нильского крокодила. Тела восставших мертвецов трансформировались невероятно быстро. — У, твари, ненавижу!

— Спокойно, дружище. — Лем сжал плечо рыжего гнома. — Будем надеяться, что, может, еще найдем живых. Насколько я знаю ваш народ, у вас там целый лабиринт. Может, кто успел спрятаться.

— Хорошо бы, — шмыгнул носом Юджин. — Я не успокоюсь, пока лично каждый закуток не проверю. У меня здесь троюродная сестра жила с племяшками.

Я осторожно заглянул в открытые ворота. Никого.

— Юджин, долбани-ка еще разок из своей базуки. Может, еще вылезут.

— Ага, сейчас. — Маленький дварф нацелил ствол своего боевого артефакта в темную глубину пещеры и нажал на спуск. Знакомо рявкнуло, и в темноте начального, самого верхнего уровня гномьего поселения вспухло огненное облако. Все напряглись, ожидая новой волны зомби, но… на нас больше никто не выскакивал.

— Неужели кончились? — негромко спросила Кари, пристально вглядываясь во мрак пещеры.

— Вряд ли. В этом поселении жило около трех тысяч дварфов. Здесь, внизу, богатые залежи меди и железа, — ответил Юджин, засовывая свой ручной гранатомет в кобуру на поясе. — А мы хорошо если половину покрошили.

— Идем вперед, — подал я команду. — Не разделяемся. Если будет нужно, то заглянем в каждую щель. Мощных заклятий не применять. Если завалит, откапывать нас будет некому. — Я создал и подкинул вверх магического светляка, засиявшего ярким светом над нашими головами. — Все, пошли.

Отступление девятое. Храм Единого.

— Ваше святейшество, Рэни Карвус жив, — склонился в низком поклоне вошедший с докладом клирик в богатой, расшитой серебром сутане.

— Не может быть! — Правая Длань Единого сжал унизанные перстнями пальцы в кулак. — Он был мертв! Это невозможно!

— Он воскрес. Наш человек в клане Земли видел его собственными глазами, ваше святейшество, — еще ниже склонился клирик, занимавший в Ордене должность Блюстителя Истины. — Человек надежный, и я склонен ему верить. Альбинос со своей командой направлялся к портальной площадке. Собраны все были по-походному.

— Вот, значит, как… — прошептал глава Церкви Единого. — Значит, пророчество оказалось верным. Он дважды умер и дважды воскрес… — Глаза первого рыцаря Ордена фанатично блеснули. — Настали последние времена. Мы ждали этого момента тысячу лет, с тех пор, когда пророк Изекиль изрек слова истины и создал Церковь. И мы готовы.

***

— Слишком тихо… Не по себе как-то… — прошептал Мариус, когда мы, прочесав верхний уровень и не найдя ни одной живой души, спустились по широкой каменной лестнице на минус второй этаж. Строения гномов росли не вверх, как у людей, а вниз. Было темно. Висящие через ровные промежутки бронзовые настенные светильники давно погасли, и только сияние моего светляка, летевшего чуть впереди, выхватывало неясными кусками окружающее пространство. Гномы защищались до последнего. Об этом свидетельствовали выбитые двери, наспех сооруженная из подручных материалов баррикада, валяющееся оружие. И кровь. Много крови. На стенах домов, каменном полу. Красная кровь. Она давно свернулась, но было видно, что это кровь убитых жителей. Живых. Тогда еще живых. И запах. Тяжелый запах смерти вокруг.

— Не нагнетай. — Лем, несмотря на его габариты, умевший двигаться абсолютно бесшумно, пригнулся, едва не ударившись головой о выступ крепежной арки. — А в пещерах всегда тихо.

— Угу. Особенно когда