Рэни Карвус - Эндо Кисаги

— Люсия! Зарко! Вы здесь? Это я, дядя Юджин!

Завал был разметан в считаные мгновения, и гном распахнул дверь нараспашку. Я подбросил к потолку еще один светляк, осветивший просторный сухой подвал с расставленными вдоль стен пустыми стеллажами, на которых некогда хранились лекарства.

— Дядя Юджин! — К рыжему из-за одной из мощных каменных опор, поддерживавших низкий потолок, кинулись двое детишек. Юджин рухнул на колени, сграбастав их в охапку и прижав к груди.

— Милые мои… Родные… — Рыжий дварф нацеловывал невредимых ребятишек, и у меня защемило сердце. И не у меня одного. Великан Лем, так и не отпустивший пригревшуюся у него на руках Марику, отвернулся, чтобы скрыть слезы.

Детей, изнывавших от жажды, напоили и, как смогли, успокоили. Всего их оказалось девять. Как я понял из сбивчивого рассказа детей, самому старшему из которых было семь лет, их привели родители на обследование. У гномов ходила какая-то пещерная лихорадка, и Брамбур-старший — отец Юджина и по совместительству глава дварфов — повелел проверить детей во всех поселениях, где жили гномы. Когда полезли мертвяки, их спрятали в подвале, завалив вход, в надежде, что отобьются. Не получилось. Умертвий оказалось целое море. У гномов иногда вылезали наружу неупокоенные, гномы не сжигали своих покойников, а хоронили их в дальних, специально для этого предназначенных штольнях. Дети земли, ничего не попишешь и через тысячелетние обычаи не переступишь. И если от нескольких зомби специально обученные стражи могли отбиться, правда, и в тех случаях часто неся потери, то сейчас… Шансов у них не было никаких.

— Двигаем отсюда. Быстро. Не дай боги мертвяки нагрянут, нам с таким грузом далеко не убежать. — Я обеспокоенно выглянул из подвала и прислушался. Вроде тихо.

Маленькие гномы, в отличие от земных детей того же возраста, оказались на редкость послушными и понятливыми. Никто не устраивал истерик и не требовал немедленно отвести их к маме. Дети дварфов с детства были приучены к дисциплине и без лишних слов поняли, что нужно делать.

— Дети, слушайте дядю Юджина и делайте все так, как он скажет. Держитесь вместе и не теряйте друг друга. Лучше всего держитесь за руки. Если на нас нападут, ни в коем случае не бегите. И не бойтесь. Вон, посмотрите на дядю Лема. Видите, какой он большой и сильный? Он не даст вас в обиду. — Великан Лем, вынужденный согнуться, так как низкий потолок бил его по голове, ободряюще помахал малышне рукой. — Все, пошли.

Дети сбились в центре отряда, а мы все создали что-то вроде защитного внешнего кольца. Можно было, конечно, унести их всех на руках, так было бы быстрее, но мы могли нарваться на мертвяков, а в многочисленных поворотах и коридорах гномьего муравейника это было реально опасно. А поэтому всем нам были необходимы свободные руки на случай внезапной драки.

Шли быстро и молча. Дети, сбившись в кучку, почти бежали на своих коротких ножках, старясь не отстать. А меня терзало нехорошее предчувствие. Слишком все как-то гладко. Небольшая группа мертвяков, которую покрошила Кари, и все? Где все остальные? Поэтому я и спешил вывести детей, прежде чем они нас найдут.

Накаркал… Поднявшись по лестнице на верхний уровень и выйдя в прямой, широкий коридор, ведущий к выходу, откуда уже были видны отблески дневного света, мы прибавили шаг, предвкушая наконец-то выход из жуткой коллективной могилы, в которую превратилось поселение гномов. И тут меня накрыло. В мозгу как будто лопнул сосуд, и я почувствовал впереди смерть. Голодную, алчущую смерть. Перед внутренним взором возникла картинка, как на экране старого черно-белого телевизора. Темная, бурлящая масса, перегородившая выход, и три темных сгустка, стоявших впереди. И я их каким-то образом чувствовал. Еще один подарок от Гиара? Вполне в его стиле.

— Стоять! — я резко выкинул вверх сжатый кулак, и команда замерла, мгновенно прикрыв спинами сжавшихся детей. — Впереди засада. Я чувствую.

— Сколько их? — уточнил Лем, раздувая ноздри, будто стремясь учуять поджидающих нас мертвяков.

— Много. Не меньше тысячи, — ответил я.

Если верить видению, у выхода собрались все оставшиеся неупокоенные. Но что за странные темные сгустки я видел? Похоже, это те, кто управляет армией мертвецов. Не тупая нежить, а настоящие полководцы. Стратеги, устроившие для нас великолепную ловушку. Да, сейчас я прекрасно видел очертания капкана, в который мы умудрились угодить. Разобравшись с неупокоенными на поверхности, мы возомнили себя победителями и очертя голову полезли под землю, тогда как таинственные кукловоды быстро собрали всех уцелевших мертвяков и расположились у входа, терпеливо дожидаясь момента, когда мы осознаем бесполезность своих усилий и решим вернуться.

— Что будем делать, сюзерен? — деловито спросила Кари. — Прорываться?

С детьми? И как она себе это представляет?

— Юджин, отсюда есть другой выход? — покосился я на дварфа.

— Да, — ответил тот. — Технический тоннель, ведущий на другую сторону горы. Но до него неблизко.

В моем сознании опять возникла картинка. Темная масса всколыхнулась. Она еще не сорвалась с места, лавиной хлынув в нашу сторону, но сложилось впечатление, что от этого момента нежить отделяет всего один миг. Всего один приказ «кукловодов» — и мертвая армия помчится на нас, зажав в тесных коридорах, делающих невозможным применение разрушительных заклинаний. А еще я вдруг понял: таинственным генералам нужен именно я.

— Выводите детей, — сухо велел я отряду. — А я разберусь с засадой.

— Рэни, может, стоит уйти всем, отвести детей, а потом вернуться? — спросил Мариус, опираясь на свою любимую глефу, которой он предпочитал орудовать в ближнем бою.

— Не выйдет. Они меня тоже почуяли. И просто так не отпустят, а до технического тоннеля с таким грузом мы добежать не успеем. Кому-то нужно прикрыть ваш отход.

— Но…

— Не время пререкаться! — отрезал я. — Выводи всех к реке. Судя по рассказу того уцелевшего, мертвяки не любят воды.

— Я тоже об этом подумал. — Юджин вскинул свой шестопер на плечо и коротко кивнул.

— Сюзерен, а… — подала было голос Кари.

— Нет. Это приказ, вассал.

В глазах Кари мелькнуло отчаяние пополам с яростью. Но вбитая с детства установка беспрекословного подчинения приказам все-таки взяла верх. Она резко развернулась, тряхнув волосами, заплетенными в тугую косу, и пошла вслед за устремившимся в одно из