Волчья степь - Михаил Сухоросов

- Пахнет едой.

Торан открыл рот, Эрик со стуком захлопнул. Миллер, как всегда невозмутимый, посмеивался, глядя на них. А потом загалдели все хором. Ларико снялась с подлокотника, подлетела ко мне и наградила сочным поцелуем, я мягко отстранил ее - просто еще раз насладиться ощущением, что я живой:

- Я сейчас покраснею... Как считаешь, мне идет? - я провел пальцами по рубцу.

- Ты б секретом успеха поделился, - влез Эрик.

- Элементарно, молодой чемодан. Заработай парочку-троечку таких дырок, остальное решает талант. Но это лирика. Мне грозит голодная смерть.

- Шесть секунд, - откликнулся кто-то, кажется, Коллинз. Торан повертел головой и заметил с ноткой одобрения:

- Давно такого не видал.

- Знаешь, на том свете как-то не кормят.

- Молодцом, - заметил Малыш. - На покойника смахиваешь, конечно, но хоть на свеженького, не на двухнедельного.

- Я тебя тоже люблю. Кто ж знал, что у меня башка такая твердая...

И тут возник Коллинз с громадной сковородой в руках:

- Горячая, зараза!

Он плюхнул сковородку в самый центр полированного столика, и божественный, ни с чем не сравнимый запах жареной картошки стал почти осязаемым, чуть не до дурноты. Да здравствуют простые радости! Под конец я даже начал жевать.

Но всему хорошему приходит конец, и вскорости вся честная компания закончила соскребать вилками со дна и блаженно откинулась в креслах. Не знаю, как остальные, а я просто был готов замурлыкать.

- Сейчас еще кофе будет, - сообщил Коллинз.

Мы все молча выразили крайнюю степень восхищения. Я выволок из кармана сигарету, прикурил. Ну и дерьмо же этот покойничек курил!

- Так, орлы, - голос Эрика привел меня в чувство. Он, держа огоньком в ладонь свой неизменный «Житан», в упор смотрел на меня поверх кружки. - Давайте несколько организационных моментов для начала. Мик, ты - командир группы, посланной Лигой, так?

- Насколько мне помнится.

- Угу. А я в данном случае командую группой, посланной вас спасать. И несу ответственность за успех этого не только перед Институтом, но и перед Лигой... Короче говоря, давай решим, кто главней. Ты, по-моему, до конца еще не оклемался, так что, может, твою группу я пока тоже под начало возьму? Да и тебе до нашего возвращения лучше не своевольничать. Ну как, господа анархисты? - он перевел взгляд с меня на Малыша и обратно. Я пожал плечами:

- Да ладно расшаркиваться, гражданин начальник... Лично я на сей счет особых амбиций не имею. По стойке «смирно» ты ведь нас не поставишь?

- И того хватит, что отныне я для тебя «ваше превосходительство», - усмехнулся Эрик. - Далее: судя по тому, сколько здесь всякого стреляющего и взрывчатого металлолома, давайте-ка не обнадеживаться, что все это четверо придурков сами по себе проворачивали. Имеет место быть некая система. И, похоже, серьезная.

- Я б с ней связываться не стал, - буркнул Малыш. - Как насчет сквозануть отсюда побыстрей?

- Об том и речь... А ты подумай немного, почему мы до сих пор здесь?

- Лишних деталей в машине много, - предположил я. Эрик ухмыльнулся углом рта:

- Ребята теоретически могут засечь наш канал. Но теоретически. А практически получается совсем веселая картинка: либо этот сектор жестко заблокирован, причем Институтом, либо наш. Вот так-то.

- М-да... - Малыш подергал себя за бороду. - То есть, залипли мы здесь накрепко?

- Похоже на то. Будем рассчитывать на худшее.

- А сколько мы реально продержимся? - поинтересовался Миллер - совершенно индифферентно. Отозвался Коллинз:

- Жратвы - дня на три, плюс-минус. Генератор, конечно, соляру жрет, как зверь, но на неделю хватит. И оружия с боеприпасами, как грязи.

- Тем паче, это скорей блокгауз, замаскированный под виллу, - дополнил Эрик. - Но если гости объявятся - круто нам придется.

- Во всяком случае, незаметно к нам не подойдешь, - сообщил Миллер. - Я на этой голубятне проторчал полночи - холодно, конечно, зато окрестности просматриваются отлично. Плюс еще, никто не знает, что здесь власть переменилась.

- Ну, допустим, отобьем первых визитеров - так ведь другие понабегут... И с едой не разбежишься.

- Я что-то не совсем понял, - нахмурился Малыш. - Дальше-то мы что делать собираемся? Летной погоды ждать, или ангелов небесных?

- У тебя что-то конкретно предложить есть? - окрысился Эрик.

- Да я просто подумал... Раз есть в этом мире одна машина, должны же быть и другие, так?

- Так-то оно, конечно, так... А ты что - знаешь, где искать?

- Если на месте сидеть - точно не найдем.

- Так ты предлагаешь паломничество? В поисках... - Эрик внезапно замер с открытым ртом, явно в состоянии озарения, потом повернулся ко мне:

- Ты ведь был здесь?

- Шут знает... Может, просто в очередной раз башню сорвало. Дежа вю, знаете ли...

- И все-таки... Торан, то, что он нам вчера говорил, можно Силой отследить?

- Можно-то можно, почему нет... Только он, - Торан показал на меня подбородком, - не отслеживал ничего, а валялся, что твоя дохлая селедка.

- Твоя правда, - мрачно согласился я.

- Погоди, Мик. Значит, именно эту местность ты видел раньше? Постарайся вспомнить.

Неприятно шкурой и еще неизвестно чем чувствовать, как внимание всех окружающих сосредотачивается на тебе. На сей раз навострил уши даже флегматичный Коллинз. Ладно, постараюсь не уронить возложенного на меня...

Я прикрыл глаза, собирая Силу, в висках сразу заломило, к рубцу прилила кровь. Стоп, наоборот - надо расслабиться, пустить Силу в вольный поиск. Просто смотреть... И перед моими глазами тут же совершенно отчетливо встала картинка (карта? крок?). Не открывая глаз, я принялся вещать:

- Значит, так: к юго-юго востоку, через перелесок, километрах в четырех начинаются болота. К юго-западу - цепь холмов или сопок. А дорога... фактически она начинается - или кончается, это как хотите - здесь. Уходит почти четко к северу. Километрах в двадцати по ней - небольшой поселок и лесопилка. Все.

Слушали меня, будто пророка - жадно и не перебивая. Когда я закончил, Эрик быстро спросил:

- Ты уверен?

- Нет, конечно.

Он обвел всех торжествующим взглядом:

- Так. И о чем это нам говорит?

- Так о чем же? - поощрил Миллер. Эрик воздел указательный палец:

- Мик не помнит, был ли здесь. Исходя из имеющихся сведений, ему затирали память, причем именно тот период, когда он работал на Институт. Следовательно, он был здесь именно в то время, когда был связан с Институтом, следовательно, институтская машина где-то в пределах досягаемости.