Преломление - Питер Клайнз

Джейми выпрямилась:

– Ну как же, «Ярость Хана», конечно.

Саша уперлась кулаками в бока:

– Откуда же взялась «Ярость Хана», если нет «Звездного пути»?

– Это второй фильм по сериалу «Назначение: Земля», там еще пытаются остановить Евгенические войны. А Рикардо Монтальбан играет того же персонажа, что и в «Звездном пути». Ему даже волосы пришлось в черный цвет перекрасить, чтобы было как в старом сериале.

В главном павильоне снова воцарилась тишина.

– Ты явилась из отстойного мира, – наконец сказала Саша. – Схожу-ка я в диспетчерскую, проверю еще разок основные показания.

Джейми откинулась на спинку кресла и вздохнула. Щелчком подбросила монетку в двадцать пять центов, поймала ее и снова подбросила. Монетка дважды перевернулась в воздухе, и Джейми резко выдохнула через нос.

Майк вскинул на нее взгляд.

– Проблемы?

– Ну да. Судя по всему, я застряла в альтернативной вселенной, где нет сериала «Назначение: Земля».

– Это все?

Она посмотрела на него.

– Что мы делаем?

Он наклонил голову:

– Мы?

– Это невозможно! – заявила она, махнув рукой в сторону колец. – Питание не подключено, монетки холодные, электромагнитный поток за пределами стандартного остаточного отсутствует. И мы не можем закрыть Дверь, хотя всё свидетельствует о том, что она и так закрыта.

Майк пожал плечами:

– И тем не менее…

– Она открыта, – согласилась Джейми. – Мы не знаем, как она вообще открывается, а теперь пытаемся понять, почему она остается открытой, хотя понятия не имеем, из-за чего это могло произойти. – И она махнула в сторону экрана.

Майк всматривался в ее лицо:

– И?

– И при этом я, черт возьми, думаю лишь о том, что недостаточно умна, чтобы во всем разобраться, но вот она, возможно, уже знает ответ.

– Она?

Джейми двумя пальцами подкинула четвертак в воздух, и он, звякнув, упал к ней на стол.

– Та, у которой был кот по имени Спок. И которая должна быть тут. Которая… настоящая.

Он пожал плечами:

– Вы не так уж отличаетесь.

– Ты не особенно умеешь утешать. Да? Тебе бы просто обнять меня, может, за задницу прихватить и…

– Не так уж отличаетесь в важных вещах, – сказал Майк. – Джейми, которую я встретил, та, что была здесь перед тобой… пожалуй, она пожестче. Думаю, она считала, что определяющим моментом ее жизни оказалась та авария, что это из-за нее она стала работать с компьютерами, а не делать что-то другое, уж не знаю, что именно. Мне кажется, она иногда жалела об этом. Словно у нее отняли выбор и вынудили идти по этому пути.

– Да?

– Да. Но в твоей жизни не было аварии. А ты все равно занимаешься компьютерами. Ты все равно решила, что лучший способ идти по жизни – это использовать свой мозг. Потому что это твое.

Джейми сгребла со стола монетку и снова подбросила ее в воздух:

– Беру свои слова обратно. Ты утешаешь лучше, чем я думала.

– Я иногда могу блеснуть.

– Можешь.

– Если тебя это утешит, я думаю, что ты, пожалуй, немного умнее нее. Твой ум живее и быстрее схватывает суть вещей.

– Мой «ум». Как это вежливо с твоей стороны. – Она зажала четвертак двумя пальцами и запустила в Майка. Монета просвистела в воздухе, ударилась о его руку и звякнула об пол.

– Хорошо, – проговорил Майк, – я это заслужил. – Он нагнулся, подобрал четвертак с пола и опустил в карман брюк.

– Эй, – сказала Джейми, – четвертак мой. Верни.

– Ты дала его мне.

– Я им в тебя бросила.

– Это одно и то же.

– Не совсем.

– Неподходящий способ убедить меня прихватить тебя за задницу.

– Если я должна платить тебе за это, значит, с нами обоими что-то не так.

Он достал монетку и кинул в Джейми. Та поймала ее одной рукой, сдвинула на большой палец, подбросила и снова поймала.

– Майк сегодня будет спать один? – спросила она у четвертака и посмотрела на Майка. – Орел или решка?

– Ты ведь не просто так тут монетку бросаешь, да?

– Не знаю. Посмотрим, что она скажет.

– Ну в таком случае решка. Нижняя сторона.

– О, да ты любитель нижних частей! Приятно узнать. Но особо не надейся. – Она подбросила четвертак, поймала и шлепнула на тыльную сторону ладони. – Решка?

– Да, по-прежнему.

– А ты используешь свою суперпамять?

– Да. Она позволила мне предсказать результат еще до того, как ты бросила монетку.

– Умник. – Она посмотрела на монету. – И жулик вдобавок. Отдавай мне мой четвертак.

– Что?

– Ты сегодня спишь один. – Она подняла четвертак. – Это фальшивка.

Он уставился на Джейми.

– Как?

– Новый Амстердам^[55]?

Майк нахмурился и протянул руку. Джейми вдавила монетку ему в ладонь, скользнув по ней пальцами.

На четвертаке были знакомые очертания Нью-Йорка и статуи Свободы и текст тоже идентичный тому, что он видел на всех четвертаках, если не считать слов «Новый Амстердам».

– Где ты это взяла?

Джейми улыбнулась.

– Ты достал его из своего кармана, мистер Фотографическая Память.

– Так это из тех четвертаков, которые мы швыряли в Дверь?

Джейми покачала головой.

– Это просто мелочь из карманов. Она у меня пару дней уже болтается.

– А она проходила с тобой в Дверь во время твоего кросса?

Брови Джейми нахмурились.

– Не думаю. Я почти уверена, что это вчерашняя утренняя сдача из «7-11»^[56].

Майк прокрутил у себя в голове несколько последних минут. Монетка лежала на полу аверсом кверху, когда он ее подобрал. Тогда на ней было написано «Нью-Йорк».

Он видел ее боковым зрением, когда доставал из кармана, чтобы перебросить Джейми. Его пальцы закрывали часть поверхности, и в рассеянном свете главного павильона трудно было уловить все детали. Но заметил он достаточно. Фрагмент надписи «Нью-Йо» оставался виден почти десятую долю секунды. Муравьишки двинулись вперед, неся дюжину тонких временны́х срезов, пока Майк наконец не ухватил мимолетный промельк статуи Свободы, когда четвертак, крутясь, полетел к Джейми.