Проба сил - Александра Лисина

– Рано ты поправился. Я ждал дня через два. Но раз явился, заходи.

Я, мягко говоря, обалдела.

– Че встал, недоросль?! – тут же напомнил о себе Горлопан. – Думаешь, я до ночи тут торчать буду?!

Пришлось пожать плечами и послушно зайти в душное, тесное помещение, которое стало еще теснее после того, как туда зашел и по-деловому огляделся Ас. А потом требовательно повернулся к хмурому кузнецу:

– Долго еще?

– Дюжину дней, не меньше, – безо всякого удивления отозвался Дарн. – Деньги привез?

– Как договаривались.

Я с подозрением проследила за тем, как брат отдает гоблину увесистый мешочек, призадумалась, а затем покачала головой.

– Ас, когда ты успел?

Брат только усмехнулся.

– Когда надо. Дарн, что с поддоспешником?

– Принес. Но Крот сказал, что все равно доработать надо – без мерки никак.

– Я не об этом. Сколько ему надо времени?

– Ну… – задумчиво оглядел меня кузнец. – Полагаю, вместе как раз и управимся. Ему же еще подшлемник надо стачать, наголенники уплотнить… так что, думаю, за раз и заберете.

– Хорошо. Гай, раздевайся.

Я подняла брови еще выше: это еще что такое? Мало того, что без меня меня женили, так этот негодяй еще и распоряжается мной, как собственным сыном. Примчался сюда пес знает когда, объяснил кузнецу, что я временно нетрудоспособна, поэтому примерка откладывается. Попутно занялся еще и остальными моими проблемами. Договорился насчет кучи мелочей, о которых я подумала, но не успела окончательно решить. Кажется, еще и старые заказы, сделанные в Норе, отменил – если, конечно, я все правильно поняла. Более того, нашел другого умельца, готового в сжатые сроки организовать мне одежку под новую броню. А теперь смотрел так, как будто ничего особенного не случилось.

– Что? – не понял Ас моего взгляда.

– Ничего, – медленно отозвалась я, расстегивая пряжки и скидывая на пол тяжелое обмундирование. – Этот твой мастер по шитью тоже станет меня обмеривать?

– Нет. Мерки ему отдал Дарн. От тебя требуется только надеть и сказать, подходит или нет.

Я кивнула, решив, что разговаривать с этим Кашпировским мы будем без свидетелей. Хоть и доброе дело сделал, но надо было предупредить, чтобы я не стояла тут дура-дурой и не делала большие глаза, понятия не имея, о чем вообще речь.

А потом начался настоящий кошмар. Мне пришлось перемерить кучу всевозможного, скроенного наспех как заготовки шмотья. Куртки, кафтаны, какие-то хренотени, похожие на длинные свитера, рубахи, подшлемники, стеганые халаты… жуть. Была у меня простенькая куртка, к которой давно привыкла, так ее обругали, выбросили и велели подбирать новую.

Нет, я, конечно, все понимаю и насчет переодевания ничего не имею против, но когда его так много… блин, да я еще ни в одном магазине столько нервов не оставляла, как с этими двумя выжигами! Мне перед носом разложили около десятка вариантов по каждой детали! Заставили все это по очереди напялить! Потом меняли по миллиону раз, добиваясь полной конгруэнтности моих выпуклостей и всех этих стеганых впукливостей! До полного соответствия. Е-мое! Они меня задергали, изверги! А Ас, мерзавец, всякий раз еще и бесцеремонно ощупывал, пытаясь понять, где остались лишние пустоты и что стоит ушить, а что, наоборот, придется расширить.

Но когда Дарн приволок мой адароновый доспех… мама дорогая! Но вы правильно угадали: все началось по новой!

В общем, спустя несколько часов из кузни я не выходила, а буквально выползала, проклиная усмехающихся и явно сговорившихся гадов на чем свет стоит. Причем так изощренно, что Дарн даже узнал незнакомое слово и тут же поинтересовался, что оно значит. Будучи в расстроенных чувствах, я раздраженно пояснила. Очень красочно. В деталях. Смачно объяснив ему, что такое в моем понимании «вошь», почему она «ядрена» и какое отношение ее родословная имеет к собакам женского рода. Он, не дослушав, заржал. Я в ответ выругалась снова. А потом они гнусно хмыкали на пару с Асом, потому что после этого меня прорвало еще минут на пять прочувствованного монолога. Закончившегося уже на улице. Прямо возле растерянно обернувшихся оборотней, которые явно не ожидали, что у меня есть такие сомнительные таланты.

Успокоилась я только тогда, когда мы все-таки покинули слегка встрепенувшуюся Кирчу. Но до самой ночи мстительно косилась на мысленно посмеивающегося брата и напрочь игнорировала вопросительные взгляды остальных, не желая признаваться, за что на него взъелась. А окончательно остыла лишь у ворот Второй крепости, носящей в быту название Раги, в которой в ближайшие несколько дней нам предстояла серьезная работа.