Ветрогон - Сергей Александрович Плотников

взял — и ввязался в современный бой… и ведь понимаю, что делаю! Говорят, тактические шутеры-компьютерные игры ничему реальному научить не могут, но это немного не так. Не могут без реального опыта боя, а он у меня как раз появился после зебродила и Черноцвета. Бесценное понимание, как сознательно рисковать жизнью. А магия — чем не имба, позволяющая мне почувствовать себя равным игровому персонажу? Например, без всякого обучения спуститься, прижимаясь к вертикальной стене. Не нужен ни трос, ни умение контролировать альпинистскую снарягу. Точно как в «Батлефилде» какой-нибудь: жми «W» для спуска, отпусти для остановки. Вот я и на месте.

Противники не могли меня видеть, а я не мог видеть их. Ощущения от сканирующей магии приносили мне что-то вроде синтетической компьютерной картинки. Как бы это описать? Словно в полигональные формы-модели не залили текстуры? Пожалуй, самое близкое. Но даже так я различал своих и чужих. Наши плотно обвешанные, в брониках и касках, уже построились в ордер для штурма дверей проходной. Боец, что продолжал наблюдение, уже засек меня и, похоже, передал информацию мехводу, потому что БТР начал разгоняться, чтобы внезапно для всех вылететь из-за угла и пулеметом из башенки причесать окна.

У бандитов брони не было, но свои позиции они держали на удивление грамотно. Если бы не я — шансы уцелеть у стрелка и мехвода были бы такие себе. Аналоги земных ручных противотанковых гранатометов-РПГ и широкие несущие колонны между окнами, выступающие из стены, давали возможность очень больно огрызнуться в ответ. Наши бы победили все равно — за счет выучки и хорошей снаряги. Но ценой потерь до половины отряда. А ведь основные деятели засели в операционном зале АЭС и прячутся за заложниками.

Сейчас мне придется убивать людей. В первый раз за обе жизни. Но я вспомнил кадры Бесланской трагедии. «Норд-Ост». Порву уродов, даже голыми руками — порву! Какие еще люди? Нелюди, зверье. Хищники, пусть из этого мира, а не из метакосмоса. Тем более, там моя мама. Сердце кольнуло: за что ей такое невезение? То я в волшебники подался, дятел неуравновешенный, то теперь это.

Все, прочь рефлексии: БТР выезжает из-за угла! Отставив руку, я выпустил с кончика глефы волну воздуха, ударившую по всем окнам коридора разом. Следом без паузы внутрь влетели гранаты, которые я всеми силами прямо в контейнерах ударил о бетонный пол коридора прямо за спинами захватчиков в оконных нишах! Получайте!!!

Мой расчет удался, волна воздуха и стеклянной крошки помешала вскинуть гранатометы на колесную бронемашину — а следом хлестанул свинцовый шквал. И выбившие двери КПП спецназовцы разом закинули в коридор уже свои гранаты. Вместе с моими получилась тотальная зона поражения. Наши ворвались, едва визг рикошетящих осколков стих, четко контролируя каждого боевика короткими очередями. Как и обещал, я отлип от стены и спустился только после того, как штурмовики добрались до гермодверей зала управления.

Один из операторов БПЛА уже копался в контрольной панели управления дверными замками. Судя по сдержанным матеркам, террористы её испортили, закрывшись изнутри.

— Молодец, Кирилл! — судя по всему, командир сказал бы что-то вроде «дальше мы сами» и попытался бы отправить в другое место. Может, даже придумал бы действительно важное задание. Но именно в этот момент взревела сирена тревоги и под потолком зажглись красные лампы. Под действием гидравлических упоров начали раскрываться гермодвери, как и было предписано протоколом эвакуации. Его-то бандиты отключить бы не смогли. Все еще работающая магическая эхолокация тут же проникла в расширяющуюся щель между створками, показав, что внутри.

Группа специалистов из дежурной смены в лабораторных халатах, включая Афину Ураганову. Я узнал её даже по ощущения сканирования, как-то выделил среди всех. Мама жива, хорошо!!! — сидит на полу у дальней стены, за длинными рядами рабочих мест. Их охраняет всего двое боевиков. Дальше начинается плохое и еще хуже.

Плохое — вооруженных захватчиков тут десятка два. Больше, чем считали спецназовцы. И размещены по помещению грамотно, блокируют все основные маршруты. Но это еще бы полбеды. Худшее вот что: один из них — явно человек штатской специальности, если судить по сутулым плечам — подключил к крайнему правому терминалу несколько ноутбуков разом и что-то с них вводит. Зуб даю: именно он и запустил своими действиями протокол эвакуации. Не напрямую, а порулив реактором. И хорошо, если только одним, а не всеми четырьмя!

Сценарий Чернобыля здесь знаком одному мне. Не случалось тут с атомными станциями значимых катастроф. То есть случались, но не настолько мощные. Да и меры принимались тут же, так что удавалось избежать массированного загрязнения и заражения крупных территорий.

Но вокруг Атомограда-58 много пахотных земель! Собственно, Пять-восемь и Два-два стоят на разных концах огромной плодородной долины, распаханной почти что на сто процентов. Не житница страны, но житница региона — как минимум. А если учесть, что граница с сельскохозяйственным Корасом тоже от нас недалеко… Но тут, конечно, зависит от розы ветров.

Короче, не желаете ли пусть не глобальный, но локальный продовольственный кризис?

Скорее всего, в Ордене государственная машина сработает как надо и массового голода не допустит — хотя и тут возможны сюрпризы. На непогрешимость системы никогда уповать не стоят, работают-то везде люди. Но вот соседям точно не позавидуешь: у них в голодные годы еду раздавать исторически не принято. А принято, наоборот, показательно подавлять беспорядки, отправляя неимущих на каторжные работы и развешивая их вдоль дорог.

Это не говоря уже о вреде для беременных и новорожденных. В Атомограде-58 больше тридцати тысяч жителей, порядка пяти-шести тысяч детей, а то и больше: здесь во многих семьях по три-четыре ребенка. Сколько в окрестностях — не знаю. До скольких дотянется радиоактивное облако — тем более.

Все эти длинные, если их пересказывать, а на самом деле короткие и емкие мысли пронеслись у меня в голове, пока двери раскрывались. Красный свет и сирена сбили с толку боевиков, они не сразу заметили, что блокировка электромеханических замков слетела и створки гермозатвор движутся. Я использовал этот шанс по полной. Как только понял, что щель между створками стала достаточной для моей головы, рванул внутрь. Наверное, мне в спину матерились занявшие позиции стрелки. Пусть их. Точно не уверен, но счет может идти на секунды!

Первая воздушная пуля ушла в «программиста», который, всхрапнув кровью, завалился на свои ноутбуки. Еще четыре тоже нашли свои цели. Следующие пять… Нет, тут я частью промазал: террористы спохватились и открыли по мне огонь. К счастью, я бежал быстро.

Может ли