Тринадцатый ковчег - Дженнифер Броуди

(капитан Аэро Райт)

Аэро приблизился к двери симуляционной камеры. За прошедшие недолгие годы он входил в нее сотни раз. Следом, шелестя мантией, шел молодой оружейник, которого Аэро все еще называл про себя Ксандром. Как и обещал старый мастер, его подопечный явился ровно в восемь утра, одновременно с майором Дойлом. Рен тоже пришла; она проверила шкафчик с оборудованием, принадлежавший Аэро, — не копался ли кто в нем, и, достав оттуда шлем, протянула его капитану. Надев шлем, Аэро сказал:

— Лейтенант, закрепите.

— Есть, сэр! — отозвалась Рен и принялась застегивать ремешки. Стоя вплотную к Аэро, она поднялась на носочки, и тогда он прошептал ей на ухо:

— Значит, ты снова подчиняешься моим приказам? Рен зарделась.

— Вчера я четко дала понять, что мое неповиновение временно, — шепнула она в ответ и нажала кнопку питания. Аэро почувствовал, как запускается шлем. Забрало осветилось зеленым светом. Рен опустила руку на больное плечо Аэро.

— Капитан, я пришла поддержать вас, — сказала лейтенант и отступила на шаг.

Их взгляды встретились, и Аэро сдержанно кивнул.

Из коридора донеслись звуки шагов: это шел к своей камере майор Виник в сопровождении Оранка и Дойла. Майор надел легкую форму, в которой воины обычно погружались в симуляцию. На лбу у него алел рубец, оставшийся после удара Аэро. Со временем он превратится в жуткий шрам. Следом появился еще солдат — женщина, что несла за Виником шлем. Аэро мельком глянул на ее лицо, на копну рыжих волос и веснушки. Он сразу узнал мать.

— Лейтенант, помогите, — сказал Виник, жестом подзывая ее к себе. Мать Аэро принялась застегивать на майоре шлем и мельком взглянула на сына, однако лицо ее оставалось невозмутимым, ни намеком она не выдала, что узнала его.

Мать — секундант Виника? На мгновение Аэро затошнило. Сердце в груди сжалось, а разум поплыл, подхваченный голосами Верховных командующих. На один–единственный краткий миг Аэро ощутил, как на поверхности этого моря мыслей и чувств возник образ отца. «Лидия Райт, — подумал Бриллштейн. — О Лидия, что же ты делаешь?» Но тут его голос умолк, растворился в общем нестройном хоре.

К Винику приблизилась девушка–солдат: юная, каштановые волосы, на щеках ямочки. Аэро прежде ни разу ее не встречал.

— Кто это с Виником? — шепотом поинтересовался он у Рен.

— Молодая? — уточнила лейтенант. — Понятия не имею.

Она тем не менее присмотрелась к новенькой.

— Вроде бы наша ровесница, но в Агогэ училась не с нами.

— Это Даника Ротман, — очень тихо произнес молодой оружейник. К ним в Кузню рано или поздно приходил каждый солдат, и мастера знали всех поименно. — Наша одногодка, умело обращается с фальшионом и служит в боевом отряде.

Тут Виник посмотрел на Аэро и, проследив за его взглядом, злобно усмехнулся:

— В чем дело, капитан? Первый раз видите свою нареченную?

В ушах у Аэро зашумело от прилива крови. Даника Ротман. Юная секундантка Вииика — это его, Аэро, нареченная. Аэро присмотрелся к будущей невесте: молочно–бе лая кожа, спокойные карие глаза, полные губы, налитые груди и округлые бедра. Симпатичная, ничего не скажешь, и Аэро следовало бы радоваться, что ему подобрали такую девушку. Да многие солдаты обзавидовались бы, однако именно сейчас в душе Аэро разразилась буря эмоций. Он резко побледнел, вернулись головокружение и тошнота.

— Если это ваша нареченная, то кто тогда вторая женщина? — спросила Рен.

— Моя мать, — яростно ответил Аэро.

Рен побледнела.

— Почему вызвали ее?

— Держу пари, Виник порылся в моем досье и пытается играть на моих чувствах, выводит из равновесия.