Выбор завоевателя - Тимоти Зан

— Так что же нам делать? — наконец спросил Пирр-т-зевисти. — Как остановить войну?

Она повернулась и приоткрыла дверь как раз настолько, чтобы сама могла протиснуться.

— Вы уходите? — спросил Пирр-т-зевисти.

— Я должна идти, командир приказал не общаться с вами, пока он не примет решения.

— Но…

— Мне жаль, Пирр-т-зевисти. До встречи.

Она проскользнула в дверь и захлопнула ее. И Пирр-т-зевисти снова остался один.

— Дураки, — пробормотал он. — Безответственные дураки.

Слова эхом отдались в его сознании и угасли. Итак, все кончено. Его собственный народ бросил Пирр-т-зевисти в беде, а теперь и люди отказываются признавать правду.

Дважды дураки — своим отказом они себя обрекают на полное уничтожение. Джирриш выиграют эту войну, как выиграли все прежние войны. Так человекам и надо.

Он с отвращением стрельнул языком. Так им и надо… Но он понимал, что не может сидеть сложа руки и ждать развязки. Ни в коем случае нельзя бездействовать, если есть способ прекратить войну. Некогда он был солдатом гордого и благородного клана Дхаарр. Настоящий солдат сражается лишь для самозащиты.

Значит, остается лишь одно: убедить Доктор-каван-у и ее командира в том, что Пирр-т-зевисти говорит правду.

Он будет надеяться, что до тех пор ни джирриш, ни человеки не совершат новых ошибок. Не позволят войне разгореться с такой силой, что уже ничто ее не сможет остановить.

* * *

Бронски отрицательно покачал головой:

— Не знаю, Кавано. Мне кажется, будь это так просто, кто-нибудь «наверху» уже пришел бы к такому выводу.

— Есть шанс, что кто-то все же додумался. — Лорд Кавано еще раз просмотрел цифры. С помощью компьютера Бронски он наконец сумел сформулировать идею, которая стучалась в его сознание, пока они с Колхиным были на Гранпарре. — С другой стороны, нельзя стопроцентно рассчитывать на это. Командование миротворцев могло сосредоточиться только на высокотеплоемких материалах. Если они вообще экспериментировали с филофлоровыми покрытиями.

— О, не сомневайтесь, они экспериментировали со всем, чем только можно, — заверил его Бронски, снова просматривая кривые на экране и останавливаясь на резко поднимающейся гиперболе. — Эти листья филофлоры и правда ведут себя так?

— Уж поверьте, — кивнул лорд Стюарт. — Ученые, которые их обнаружили, поначалу подумали, что нашли идеальный материал для печатных плат — крепкий, но эластичный и с лучшим семимагнитным профилем, чем даже у слоунметаллов.

— Можно добавить, что это еще и дешево, — пробормотал Бронски.

— Да, — сказал Кавано. — Альпы Палисадеса практически сплошь покрыты филофлорой. Кстати, те ученые считали, что премия «Кавтроникса» у них в кармане. Они сделали полторы тысячи плат и отправили их на Эвон для дальнейших исследований.

Он невесело улыбнулся, вспоминая:

— И тут кто-то попробовал на них лазерный резак — и попал в точку. Расфокусировка.

— Да, — пробормотал Бронски. — Но вы, конечно, понимаете, что расфокусировка лазерного резака — это еще очень далеко до того, чтобы сделать то же самое с боевыми лазерами джирриш.

— Конечно, — произнес Кавано. — Эти кривые автокогезии легко смещаются под влиянием импульсного нагрева подобного рода. Но мне кажется, это вполне перспективное направление для наших исследований.

— Да уж, — ворчливо согласился генерал. — Запишите все это, и мы отошлем данные с первым же курьером на Землю или на Эдо.

— Генерал, — послышался голос Колхина. — Не пора ли?

— Спасибо, — ответил Бронски, проходя мимо Кавано в рубку. Кавано записал свои расчеты и пошел следом. Он оказался в рубке как раз тогда, когда Бронски сменил Колхина в кресле пилота.

— Надеюсь, мы предприняли достаточные меры, чтобы нас не обнаружили. — Кавано сел за спиной у генерала.

— Я и не планировал прорываться с треском и грохотом и арестовывать всех подряд, если вы это имеете в виду, — ответил Бронски. — Не беспокойтесь, я умею проникать тихо куда надо.

— Корабль посылает ложный опознавательный сигнал? — спросил Колхин.

— Вы удивитесь, если узнаете, какой обширный набор опознавательных сигналов у этого корабля, — ответил Бронски. — Ну, вперед.

Откуда-то снизу послышались щелчки многочисленных переключателей. Чернота небосвода на мгновение сменилась иллюзией туннеля, затем звезды медленно вернулись на экран, окружив висевшую впереди планету.

— Похоже, через полчаса будем на месте, — сообщил Бронски, глянув на дисплей.

— А как с паспортами? — спросил Кавано. — Или нам придется сидеть на борту, пока вы будете разнюхивать, что да как?

— Заманчивая мысль, — ухмыльнулся Бронски. — Но, зная вас, можно ожидать, что вы угоните корабль. Так что получите. — Он бросил пару темно-зеленых паспортов, на вид аркадийских, через подголовник назад.

Да, теперь Кавано и Колхин были аркадийцами. Отец и сын, коммерсанты Баккар и Джил Фортунори. Фотографии и отпечатки пальцев уже были там.

— Впечатляет. — Кавано передал Колхину паспорт. — А вы кто теперь будете?

— Жан-Мишель Маршан, — проговорил Бронски. — Ваш пилот и агент. — Он обернулся к Кавано. — Это значит, что я веду все переговоры, пока вы сидите и улыбаетесь, как пай-мальчики. Понятно?

— Думаю, мы справимся с ролями. — Кавано убрал свой новый паспорт в карман пиджака.

— Хорошо, — снова повернулся к клавиатуре Бронски.

* * *

Высший смотрел в контейнер, который оратор Кув-панав небрежно бросил на его стол.

— Хорошо, — сказал он наконец. — Это фсс-орган. И что?

— Это не просто фсс-орган, Высший, — процедил оратор клана Дхаарр. — Это фсс-орган Пирр-т-зевисти. Вы помните Пирр-т-зевисти?

— Трудно было бы его позабыть, — сухо ответил Высший. — Особенно после петиций клана Дхаарр по поводу смещения с должности полководца Тирр-межаша, которыми вы меня засыпали. У меня создалось впечатление, что весь клан Дхаарр готовит последний обряд для него.

Кув-панав улыбнулся:

— Вы умело прячете свое разочарование, Высший. Я уверен, вы предпочли бы, чтобы все свидетельства были уничтожены во время огненной церемонии. Скажите-ка, вы с Тирр-джилашем вместе устроили незаконное отделение фрагмента фсс-органа? Или просто помогали замести следы после выполнения заказа?

С небрежностью, отшлифованной многими циклами практики, Высший выдержал его взгляд. Хвост его спокойно покачивался из стороны в сторону.

— Это очень серьезное обвинение, оратор Кув-панав. У вас есть доказательства того, что исследователь Тирр-джилаш совершил какие-либо незаконные действия?