Выбор завоевателя - Тимоти Зан

— У меня есть доказательства того, что некоторое количество полужидкой ткани из внутренней части фсс-органа Пирр-т-зевисти было извлечено при помощи шприца, — сказал Кув-панав. — Я также могу доказать, что Тирр-джилаш посещал усыпальницу семейства Пирр незадолго до того, как это преступление было обнаружено.

— Понял, — кивнул Высший. — И сколько же циклов до посещения Тирр-джилаша этот фсс-орган пролежал в своей нише и ни разу не проверялся?

— Это не имеет отношения к делу.

— Да? — возразил Высший. — Мне сдается, это будет первый вопрос, который задаст вам юрист.

Несколько долгих ханн Кув-панав смотрел на него со смесью подозрительности и раздражения.

— Это же первый шаг, Высший, — тихо сказал он. — Первый шаг к вашему свержению.

— Несомненно, — вздохнул Высший. — И я желаю вам удачи в будущем управлении Восемнадцатью мирами. А пока еще это моя забота. Прошу прощения, у меня куча дел.

Кув-панав презрительно выбросил язык:

— Смейтесь, покуда можете, Высший. Но я увижу, как вас сметут. И, возможно, всю систему Клана-над-кланами вместе с вами. — Надменно, совсем как в исторических фильмах клана Дхаарр, он повернулся и зашагал к выходу.

— Оратор Кув-панав! — окликнул Высший. Тот остановился в дверях.

— Да?

Высший указал языком на стол:

— Вы забыли фсс-орган Пирр-т-зевисти.

Кув-панав усмехнулся:

— Подержите его у себя, Высший. Полюбуйтесь на него, поразмыслите. В нем зародыш вашей гибели. — Он вышел, громко хлопнув дверью.

— Я и не думал, что живущие джирриш еще способны так разговаривать, — послышался насмешливый голос Пятнадцатого из-за спины Высшего.

— Что ни говори, оратор Кув-панав склонен к театральности, — согласился Четвертый, возникая прямо перед дверью. — Напоминает мне оратора клана Дхаарр тех времен, когда я был Высшим.

— Думаю, он как раз ему и подражает. — Высший осторожно закрыл футляр с фсс-органом Пирр-т-зевисти. — Сколько старейших снаружи?

— Восемнадцатый наблюдает, — произнес Четвертый. — Похоже, я пропустил твое объяснение, почему оратора должны ждать за дверью старейшие.

— Они будут свидетелями, — проговорил Высший. — Кув-панав хочет, чтобы кто-нибудь подтвердил: он принес фсс-орган в мой личный кабинет, но, когда вышел, органа при нем не было.

— А зачем ему свидетели того, что он оставил у вас фсс-орган?

— Чтобы обвинить Высшего в повреждении органа — а таковое повреждение обязательно будет обнаружено. — Восемнадцатый появился перед столом. — Ты оказался прав, Высший. Там их было аж пятеро, прямо на границе мира теней. По просьбе оратора они его тщательнейшим образом обыскали.

— Невероятно, — пробормотал Четвертый. — Он что, и вправду считает тебя глупцом, Высший? Или возомнил, что ты настолько отчаялся, что уничтожишь оставленное тебе вещественное доказательство?

— Уверен, что нет, — мрачно ответил Высший, выдвигая потайной ящик стола и помещая туда футляр. — Похоже, он собирается тайком стащить фсс-орган и уничтожить его собственноручно.

— Да, такое как раз в стиле этого двуязычного оратора, — согласился Пятнадцатый. — Точь-в-точь повторяет наш ход, когда мы застукали его при похищении фсс-органа Тирр-пификс-ы, чтобы потом шантажировать.

— Воистину так, — согласился Восемнадцатый. — Теперь надо утроить стражу у дверей Высшего.

Высший раздраженно стрельнул языком. Идет война на выживание, плацдармы джирриш постоянно под угрозой, штурмовой флот готовится нанести удар по наблюдательным постам человеков-завоевателей на Формби, и от этого удара будет зависеть весь исход войны. На политическую грызню нет времени.

— Стражи недостаточно, — сказал он старейшим. — У Кув-панава еще что-то под языком припасено. У нас до сих пор сохранился тайный канал связи с Доркасом?

— Сохранился, — сказал Восемнадцатый.

— Задействуйте его, — приказал Высший. — Я хочу поговорить с Тирр-джилашем.

— Прямо из твоего кабинета? — нахмурился Восемнадцатый. — Это рискованно.

— У нас нет выбора, — сказал Высший. — Я вынужден…

— Восемнадцатый прав, — вмешался Пятнадцатый. — Считается, что этот кабинет недоступен для старейших. И это заблуждение надо сохранять.

— Это я знаю, спасибо, — произнес Высший. — Тем не менее в данном случае…

— Секрет уже однажды чуть не перестал быть секретом, — продолжал Пятнадцатый, не слушая Высшего. — Во время Двадцать Второго.

— Помню, — подтвердил Четвертый. — Двадцать Второй открыл канал прямо отсюда, и старейшие, подслушивавшие на том конце, отметили точное время, когда он должен был находиться в своем кабинете…

— Я осознаю риск, — повысил голос Высший, обрывая дискуссию. — Но сейчас мы вынуждены понадеяться на удачу. Кув-панав имеет союзников по всему Городу Согласия, как среди живущих, так и среди старейших. Я не могу допустить, чтобы кто-то подслушал мой разговор. Открывайте канал.

— Как хочешь, — проворчал Восемнадцатый. Похоже, его так и не удалось убедить.

Он исчез. Ханны уходили одна за другой. Наконец Восемнадцатый вернулся.

— Канал открыт, Высший Клана-над-кланами, — сообщил он. — Можешь начинать.

— Спасибо, — ответил Высший. — Исследователь Тирр-джилаш, это Высший Клана-над-кланами. Вы один?

Восемнадцатый кивнул и исчез и возвратился через несколько мгновений.

— «Со мной мой брат полководец Тирр-межаш и исследователь Клан-даван-а, — передал он. — Мне попросить их удалиться?»

Высший озадаченно поводил во рту языком. Если эти сведения когда-нибудь достанутся юристам клана Дхаарр, то Тирр-межаш и Кланн-даван-а — лишние свидетели. С другой стороны, вряд ли они могут увязнуть в этом деле сильнее, чем уже увязли.

— Нет, они могут остаться, — сказал он. — Это и их касается. Но больше слушать не должен никто.

На сей раз задержка была раза в два длиннее.

— «Мы готовы, — передал Восемнадцатый в конце концов. — Тирр-межаш отослал всех старейших осматривать внешний периметр плацдарма».

Но если кто-нибудь из них задержался… однако полностью избежать риска было невозможно.

— Прежде всего я хочу узнать, как вы продвинулись в изучении человеков-завоевателей.

— «Боюсь, мало, — последовал через полханны ответ. — Средства ограниченны, а биохимия организма человека чрезвычайно сложна».

— Неужели ничего достойного упоминания?

— «Ничего относящегося к моей теории о человеческой агрессивности. Мы, однако, собрали базу данных и сравнили ее с аналогичными данными по первому пленному, Фейлану Кавано».