1970 - Евгений Щепетнов

– Пожалуйста, конкретнее, – Андропов не повысил голоса, но в нем явно промелькнула нотка раздражения. Он не любил пафоса и бесполезной болтовни.

Цвигун кивнул головой, подтверждая, что принял к сведению замечание начальника, и продолжил:

– Конверт был вскрыт – аккуратно, чтобы не повредить клеевой состав и содержимое. Внутри был лист писчей бумаги, на котором с помощью пишущей машинки «Эрика» написано то, что мы теперь видим перед собой. Подпись: «Шаман». Мы провели исследования, которые по большому счету ничего не дали. Отпечатков пальцев на конверте и на бумаге нет. Конверты стандартные, которые продаются в каждом киоске и на почте. Опущены письма были в один из ящиков отделения на Павелецком вокзале. В общем-то, все, что я могу доложить.

– Откуда этот… Шаман знает такие подробности?! – Андропов чуть повысил голос, и в его случае такое повышение было равносильно тому, как если бы немного менее сдержанный человек завопил дурным голосом. – Откуда он знает, кто такая Мэйси? Откуда он знает, что Поляков был в то время резидентом? Откуда?! Это могут знать только высшие руководители! И то не все! Каковы версии? У вас вообще есть какие-то версии того, кто такой Шаман и откуда он получил сверхсекретные сведения?

Цвигун слегка поджал губы, явно волнуясь, но голосом этого никак не показал. Голос его был спокоен и размерен, в подражание своему начальнику, и только сильнее прорезался украинский акцент, проявлявшийся в минуты волнения.

– Мы рассмотрели все возможные версии, даже такую фантастическую версию, как проявление экстрасенсорных способностей. На что сам автор письма указывает весьма недвусмысленно. Я напомню, у нас давно уже ведутся исследования на тему использования экстрасенсов в целях обеспечения безопасности государства. Но… способности этих людей пока что не нашли научного подтверждения. Хотя никто не оспаривает тот факт, что у отдельных индивидуумов способности все же могут проявиться.

– То есть в стране появился экстрасенс, который может спокойно узнавать государственные тайны высшей секретности? И мы до сих пор об этом ничего не знаем? Очень интересно!

Тон Андропова стал саркастическим и едким. Цвигун нахмурился, вздохнул:

– Получается так, Юрий Владимирович. Этими же способностями можно объяснить тот факт, что он предсказал будущее нападение на экипаж самолета – отца и сына Бразинскасов. Он провидит будущее. Такие провидцы, в принципе, в обозримом прошлом случались, и не раз. Святые старцы, юродивые…

– Ну что вы мне тут разводите религиозный дурман? – теперь Андропов был жесток, как кузнечный молот. – Святые старцы, понимаете ли! У вас есть НАСТОЯЩИЕ, реальные версии, откуда этот Шаман мог знать о назначении Полякова куратором китайского направления? Или о том, что мы считали пару наших нелегалов предателями, выдавшими Мэйси? И откуда он вообще знает ее судьбу? Знает, что она покончила с собой, выпрыгнув из окна отеля?! МЫ этого не знаем, а ОН знает! Ладно. Вы не знаете. А что со вторым письмом? С тем, что направлено Леониду Ильичу?

– Содержание почти что один в один, только на конверте надпись другая. Вы видите, Юрий Владимирович…

– «Леонид Ильич! Не позволяйте им травить вас транквилизаторами!» – Андропов осуждающе покачал головой. – Кому травить? Кому – «им»? Еще версии по поводу происхождения Шамана есть?

– Скорее всего, он из провинции, приехал в Москву специально, чтобы не обнаружить место своего проживания. Но здесь он допустил ошибку – на Павелецкий прибывают поезда с определенного направления, и можно, зная время выемки писем, определить, на каком поезде Шаман приехал. Хотя это и может быть хитрым ходом – специально опустить письмо там, где он его опустил, чтобы подумали, что живет Шаман где-нибудь в Воронеже или Саратове.

– Или в Челябинске, – констатировал Андропов. – Ничего нам это не дает! По Бразинскасам работали? И что предлагаете делать с Поляковым?

– Бразинскасы под наблюдением. Мы будем вести их до самой посадки на указанный Шаманом рейс, и дальше – пока они не начнут активных действий. Все предосторожности приняты, персонал самолета – кроме пилотов – будет заменен на наших оперативников.

– Зачем так сложно? Шаман указал, что в самолет преступники проникнут, имея у себя обрез охотничьего ружья. Задержать на выходе из аэропорта, и все! – Второй заместитель председателя, Цинев, контролирующий 9-е управление КГБ, терпеть не мог своего коллегу Цвигуна и при каждом удобном случае вставлял ему палки в колеса. Вот и сейчас он постарался перехватить инициативу и показать Цвигуна недалеким болваном, играющим в свои глупые игрушки.

– Это идея Юрия Владимировича, – холодно пояснил Цвигун. – Мы хотим посмотреть, насколько сценарий, описанный Шаманом, совпадает с тем, что произойдет… или не произойдет на самом деле. И от этого зависит решение по Полякову. Если это наговор… ну, тут понятно. В любом случае мы будем отрабатывать Полякова по полной. И если все так, как сказано в письме, я Полякову не завидую.

Андропов снова вчитался в письмо и недовольно помотал головой:

– Почему он решил дублировать письмо? Почему не ограничился отправкой к нам? Можете мотивировать его действия? Психологический портрет Шамана уже есть?

– Мало данных, – Цвигун подумал и добавил: – Единственное, что выудили из этой информации, это то, что писал человек образованный, умеющий складывать слова, грамотный, хотя с запятыми у него беда. Где-то пропускает, а где-то ставит лишние. Но в любом случае – писать он точно умеет. Печатает не очень уверенно – пробивка отдельных букв не очень четкая. То есть не профессионал. А что касается дублирования – тут все ясно. Он нам не доверяет. Если мы не сумели распознать предателя в нашем резиденте – где гарантия, что в нашем руководстве не нашлись и другие предатели.

– Генеральный очень недоволен и требует принять меры, – мрачно сообщил Андропов. – Вы понимаете, насколько мы сейчас сидим в луже?! И какие будут предложения? Как нам найти этого Шамана?

– Путь только один. – Цвигун помолчал секунды три, то ли в самом деле задумавшись, то ли держа паузу ради придания своим словам дополнительного веса. – Необходимо выполнять то, что он от нас хочет. Идти с ним на контакт. Затягивать его в переговоры. Получать от него как можно больше информации. Чем больше информации, тем больше вероятность ошибки. Где-нибудь он все равно допустит ошибку, и тогда мы его найдем.

– И что тогда? – Очки Андропова блеснули, глаза чуть прищурились. – Давайте рассмотрим и этот вариант. Вот, к примеру, мы его нашли. Дальше что?

– Будем использовать! – вмешался Цинев. – В письме сказано, что Шаман располагает гораздо более обширной информацией, которую он будет нам давать после того, как мы убедимся в ее правильности. Но всегда будет дублировать и для Генерального. Мы возьмем его и заставим работать на Комитет. Только нужно еще взять!

– Подытожим, – Андропов придвинул к себе оба листка, посмотрел. – Чем отличаются эти письма? Приписками личного характера. Одна, предназначенная для меня, понятна. Это мои стихи, и тем самым Шаман показал, что ему доступна информация с самого верха. А еще – намекнул, что многое знает обо мне лично. И сделано это для того, чтобы письмо рассмотрели быстрее, и еще – чтобы его не вскрывали те, кому не положено это делать. Письмо для Леонида Ильича со странной надписью. Генеральный не принимает никаких транквилизаторов! Но…