Одри, герцогиня Йорк - Айлин Лин

– Практически всё, что было до травмы… Иногда всплывают обрывки, но они никак не желают складываться в целостную картину.

– Ясно, – кивнул Ульрих. – Человеческий мозг – интересная штука, возможно, те воспоминания не вернутся к вам никогда, но есть вероятность, что нахлынут в самый неожиданный момент.

Ликон стоял ко мне очень близко, я даже почувствовала аромат благовоний, от него исходящий. Сандаловое дерево? Наши глаза встретились, в его чёрных я видела много всего, но в большей степени благодарность.

– Кхм, – кашлянул Лиам и я, отмерев, сделала спокойный шаг назад, высвобождая свои ладони из королевского плена.

– Спасибо за исцеление, – сказала я и сделала реверанс.

– Вам не за что меня благодарить. Я перед вами в неоплатном долгу, – Ульрих даже не шелохнулся, руки его повисли вдоль тела, он, не мигая, продолжал внимательно меня рассматривать.

– Как Его Высочество?

– Неважно.

– Если он ещё дышит, то однозначно хочет жить.

– Не думаю, что это его стремление продлится долго.

– Квёлое тело не значит слабый дух. Я могу осмотреть вашего сына?

– Конечно. Идите за мной.

Мужчина резко развернулся и широкими шагами пересёк комнату, но у двери вдруг остановился и спросил:

– Вы позавтракали?

– Да, не беспокойтесь.

– Хорошо, – и вышел из комнаты.

Мы потянулись следом за ним, я притормозила рядом с Лиамом и, нежно ему улыбнувшись, сказала:

– Спасибо, что не забыл.

– Ты была права, – сразу же понял он, о чём речь, – Аманида не успела уйти далеко.

– Где она сейчас?

– В гостевых комнатах, под надёжной охраной. И Его Величество что-то сделал с ней, и теперь королева лишена возможности ходить.

Я вопросительно вскинула брови, Кенсингтон поспешил пояснить:

– Временно. По словам Ликона.

– Вот как, – протянула я, поглядела в спину идущего впереди короля: я не буду вмешиваться в его решения и даже ни о чём не стану спрашивать. Аманида столько плохого сделала безвинным людям, что мне остаётся лишь уповать на справедливое наказание.

Комнаты Его Высочества располагались в другом крыле огромного дворца. Мы даже на местном аналоге лифта поднялись на два этажа.

– Жаль ваших осликов, – сказала искренне, – я потом накидаю вам варианты, когда не надо мучить животных и довериться механизмам.

– Магии мало в нашем мире, не напасёшься везде артефакты вставлять, – пробасил Ликон, полуобернувшись, чтобы мне ответить.

– Верно подмечено… Кстати, если не брать в расчёт артефакты, то в основу конструкции лифта можно установить специальный приводной механизм, за счёт которого будет выполняться спуск и подъём кабины. На всю высоту шахты необходимо установить направляющие, что обеспечат устойчивость и стабильность движения лифта. Но да, для всего этого потребуется электроэнергия.

– Электро… что, простите? – удивился Ульрих, но в этот момент лифт прекратил движение, и слуга отворил дверь, чтобы мы вышли.

– Электроэнергия, – повторила я, выйдя следом за королём в освещённый магосветильниками коридор. – Но я не специалист в этом вопросе, – развела руками. – Просто хочу сказать, что не на одной магии мир зиждется. Если бы от того осколка магоядра не зависело благополучие и целостность самой планеты, можно было бы и без всякого волшебства многого добиться.

Его Величество задумчиво кивнул и остановился у охраняемых дюжими гвардейцами дверей.

Оказавшись внутри спальни, где на широкой кровати лежал Бернард, я невольно поморщилась: в воздухе витал неприятный запах гниения. Портьеры были плотно задёрнуты, не давая солнечным лучам проникнуть внутрь.

– Откройте окна, – повернулась я к тихо замершему в углу слуге.

– Солнечный свет причиняет Беру боль, – глухо ответил Ликон, уже находившийся подле сына и державший его за руку.

– Хорошо, как скажете, – не стала спорить я.

Я прошла вперёд и в свете магических ламп наконец-то рассмотрела лежащего и едва дышащего Бернарда. Да уж, зрелище не для слабонервных.

Перестроив зрение на магическое, просканировала мужчину.

– Что скажете? – негромко уточнил Его Величество, с затаённой надеждой на меня глядя.

– Один шанс. У вашего сына он есть, но один. И тут пятьдесят на пятьдесят.

– Бер и без того умирает, потому не томите, говорите! – король вцепился своими чёрными глазами в мои.

– Оазис, расположенный в сердце пустыни Эпика… Тамошняя вода исцелит вашего сына. Но возьмёт плату, самую высокую из возможных…

– Бернард перестанет быть магом, есть большой шанс, что и бесплодным. А ежели Всевышний смилостивится, то его дети родятся бесталанными, и даже внуки, – буквально одними губами ответил Ликон-старший. – И как я сам не подумал о могучем оазисе в сердце Нарголы?!

Глава 49

Сон не шёл. Я ворочалась с боку на бок, но в итоге села, раздражённо откинула одеяло в сторону. Встала и, набросив на плечи лёгкий халат, завязала ремешок.

Вышла в гостиную. Лора тут же появилась рядом со мной.

– Тебя что-то тревожит, хозяйка? – негромко уточнила она.

– Да, – я на секунду замолчала, подбирая слова, – кому-то очень плохо. И я не о Бере сейчас, младший принц вообще никак не реагирует на действительность. Вокруг него эмоциональный фон серый и практически безжизненный. А вот у другого…

– Ты, наверное, сейчас имеешь в виду Халлдора? Наследника престола Ликонии.

– Это он испил из Ока могущества?

Лора кивнула.

– Отведи меня к нему так, чтобы никто не заметил.

Соблазнительница понятливо усмехнулась, подошла к окну и пошире его распахнула. Быть грузом в руках помощницы я давно привыкла, потому бесстрашно залезла на подоконник и свесила ноги.

Лоерея взлетела на этаж выше, легко удерживая меня в своих крепких руках. Окно в комнату старшего сына Ульриха было слегка приоткрыто, потому забраться внутрь не составило труда.

Помещение освещалось двумя магическими светильниками: один горел в изголовье, второй неподалёку от входной двери. Рядом с хворым никого не оказалось. Стараясь не шуметь, я подошла к широкой кровати, установленной на возвышении в центре комнаты.

Его Высочество Халлдор Ликон был красив. Он, наверное, пошёл в большей степени в мать, поскольку от отца ему достался только хищный нос с горбинкой. Даже чрезмерная худоба, впалые щёки, и нездоровый цвет лица не могли скрыть его природную мужественность.

Принц дышал поверхностно, веки были закрыты, но глаза двигались, будто человек видел какой-то беспокойный сон.

Зачем я сюда пришла? Сама не знаю. Наследник престола сам выбрал этот путь, никто его не заставлял. Потому проще было проигнорировать и закрыться от идущей от него ауры боли.

Но раз уж я всё равно уже здесь, то просканирую Халлдора. Присев на краешек монструозной кровати, подхватила его костлявую руку, лежавшую поверх покрывала и закрыла глаза.

– Ого! Как же ты подобное терпишь?! – потрясённо выдохнула я: тело молодого мужчины трансформировалось на клеточном уровне, становясь чем-то