Мастер лжи - Илья Рэд

Ути мы какие правильные. Так и подмывало подойти к нему и потрясти за двадцатипятилетнюю щёчку. Маэстро пытался усидеть на всех стульях сразу.

— Густав? — вздохнул Ян.

— Я поддерживаю сестру, — вот кто не стал колебаться, а прямо высказал своё мнение, за это можно даже уважать. — Гордей подставил всех нас. Это его ошибка. Мы пытались ему помочь, но если человек не хочет этой помощи, то зачем страдать нам?

— Хорошо я услышал тебя, — прервал его Ян, и рукой показал встать обратно.

Дальше я долго выслушивал жалобы на мою, то есть Арвина, бесполезность и несостоятельность, капризный характер, дерзость и всё такое прочее.

— А я считаю, неправильно это всё, — подал голос дядя Альберт. — Может, как-то можно решить вопрос? Деньгами там. Давайте вернём ткацкую фабрику Гноевым. Думаю, они согласятся.

Ответом был поток брани. Это награда самого императора и будет неуважением поступить так. Как на них посмотрит двор?

— Ну, всё-всё я понял, опять сморозил глупость, — улыбаясь, сказал Альберт. — Просто жалко парнишку.

Дядя почесал шею и замолчал. Когда все, кто хотел, высказались, Ян встал. В зале тут же наступила тишина. Старший Громов напряжённо молчал, все жадно внимали, что же он скажет, и только и ждали отмашки.

Я гадал, когда и как они приведут приговор в исполнение. Скорее всего, сразу же — я ведь заработал репутацию беглеца. Оружия не было. Но татуировкой на силу можно вырубить одного-двух противников, прежде чем меня истыкают мечами.

Я, наконец, подал голос.

— У меня остался ещё день, — Ян поднял бровь. — Нужен всего один день, отец, и…

Договорить мне не дал создавшийся шум в прихожей. Там что-то громко кричали, и по коридору гулко топала охрана. А потом на улице раздался раскат взрыва, другой, третий. Все протиснулись к маленьким окнам.

— Что там?

— Что, ну не томи?

— Да не видно ничего!

Снаружи вовсю переливался звук колокола. Дверь распахнулась, и вбежал запыхавшийся солдат в чёрной форме. При виде главы рода он быстро выпрямился и отрапортовал.

— Ваше Сиятельство, нас штурмует враг!

Глава 27

В приёмной тут же поднялся шум. Толпа ломанулась наружу и лишь истошные крики Яна не позволили произойти беде — народ организованно стал выходить по двое, и вскоре помещение опустело. Я слышал, как Громову докладывают бойцы, что идёт осада северной стены.

— Подожгли башню, трое наших погибло, Ваше Сиятельство.

— Сколько их? — Ян один за другим опустошал флакончики с порошком, командующий гарнизоном Матвей уже был на позициях в самой гуще и раздавал распоряжения.

Всё имение стояло на ушах.

— Около сотни, в основном рубежники, но возможно это не все, а лишь передовой отряд. С башен докладывали, что видели вдалеке конные формирования.

— Ясно, женщин, стариков и детей в крепость. Всех срочно собирай и туда. Возьми с собой ещё двоих и запасы порошка тоже прихватите. В общем, как на учениях работали, действуйте.

Одного за другим он отправлял бойцов и разражался приказами. Я всё ещё оставался в комнате и понимал, что у меня сейчас два пути: улизнуть за периметр с Ларлом во время общей паники и попутно прихватить баблишка или показать Яну свою полезность и заслужить ту самую отсрочку в один день. К тому же я ему должен.

— Отец, на два слова, — попросил я его, когда последний солдат вышел.

— Чего тебе?

— Отдайте мне оружие — я тоже хочу помочь.

— Ты отправляешься под стражу, — он прошёл мимо, но я позволил себе схватить его за рукав.

— Какой смысл переводить людей? Они пригодятся на стенах. А если я умру, так вам легче будет.

Ян подозвал охранника за дверями.

— Отдай ему меч, — велел он, и мы вместе вышли наружу.

— У меня шестнадцать заклинаний, — коротко сказал я ему, когда прошли очередной пролёт.

Ян остановился и без лишних слов включил зрение Агатоса. Через минуту у меня на руках было пять чертежей на расширение. А старший Громов, не оборачиваясь, пошёл к своим людям. Я бегом добрался до личной комнаты и достал все запасы порошка, что нашёл, но этого было мало — нужно срочно пятьсот зиверт.

— Ларл! — заорал я, зная, что парнишка шёл всё это время на отдалении.

В комнату вбежали.

— Порошок! Срочно ищи по всем комнатам, что стоишь? Пятьсот зиверт, где хочешь достань.

Я выбежал в коридор и подёргал за ручку ближайшей двери — заперто. Использовал тату на силу и выбил её ногой.

— Сюда! — крикнул я спутнику, пока тот рыскал в помещении, я взламывал следующую дверь, потом другую и так далее.

До склада бежать некогда, да и там сейчас очередь лютая. Дорога каждая секунда.

— Нашёл! — Ларл, покачиваясь, нёс декоративный шар больше похожий на аквариум. Он был весь наполнен порошком. Мы поставили его на скамью в коридоре.

— Жри, — скомандовал я ему, пока разбирался с чертежами.

Ларл, как сладкоежка стал запихивать в рот комья порошка, тот оседал у него на подбородке, щеках и сыпался на пол. Он его и нюхал, и жевал, как бешеный.

Я взял чертёж в ладонь и засунул руку внутрь банки. Сквозь песчинки показались редкие белые лучи. Первый готов. И так один за другим я их активировал, пока не стала видна цифра в двадцать один. Отлично.

— Идём, — толкнул я Ларла, тот закашлялся и выплюнул на пол не рассосавшийся магический комок. — Всё, отбой — иди помоги вывести людей, а потом дуй на стены.

На выходе мы разбежались в разные стороны. Я услышал за спиной «громкоговоритель» с голосом парнишки и одобрительно хмыкнул — сориентировался быстро.

Я выбежал в самый центр семейного поместья и не знал, где требуется больше всего помощи. Этот вопрос быстро решился разрывом стены. Будь я близко к нему — задело бы обломками камней.

Сейчас на мне набор татуировок для вот таких вот масштабных драк: «выносливость», чтобы подольше оставаться в строю, «резиновая кожа» от случайных попаданий клинков или стрел и «гибкость», чтобы лучше работать мечом и в целом чувствовать драку.

Я ринулся в сторону образовавшейся дыры, но не напролом, так как там уже выстроилась формация бойцов, забаффаных на сдерживание врага, а вбок, на левый фланг. Я забежал за дом прислуги и присмотрелся. Наших ребят пытался теснить одетый в рубежное тряпьё противник.

Лица нападавших были прикрыты банданами или вовсе размалёваны красной краской. Доспехи у них были лёгкие кожаные. Зрением Агатоса я