Мастер лжи - Илья Рэд

— Можно? — я приоткрыл дверь и увидел, как симпатичная белобрысая девушка с длинной косой, снимает с моего братца сапоги, пока тот сидит на кровати.

— Да, проходи, — он махнул девке, чтоб ушла.

Та закончила своё дело, поставила обувь барина у входа и закрыла с полупоклоном за собой дверь. Мы остались одни.

— Выпьешь? — послышался звук откупориваемой винной пробки.

— Нет, есть разговор, — я взял ближайший ко мне стул, развернул его спинкой к Мартыну и уселся.

Тот показал пальцем, что сейчас подожди, и с наслаждением допил содержимое искусно гравированного стакана.

— Ты говорил, тебе будет жаль, если меня убьют, Мартын, — начал я прощупывать его.

Тот понимающе кивнул, но поспешил добавить.

— Ты пойми, я тут ничего не решаю, но мне правда жаль.

— Да врёшь ты всё, дурилка картонная, — улыбнулся я ему в лицо.

Мартын поспешил оскорбиться, но я ему махнул рукой.

— Сядь, мне в принципе всё равно, что ты там думаешь. Я пришёл к тебе с деловым предложением.

Тот снова присел и потянулся к бутылке.

— Слушаю, покороче только.

— В семье сейчас три брата и сестра — все претендуют на роль главы рода. Ну, Агата в меньшей степени, — поправился я, не припоминая, есть ли тут вообще матриархат. — Если я скажу, что меня не интересует власть, ты не поверишь.

Мартын качнул головой.

— Да и те мои слова батюшке… В общем, я предлагаю тебе объединиться, — брат со вздохом поставил бутылку на прикроватный столик.

— И зачем мне это?

— Густав ближе к креслу отца, чем я. Если я скажу, что у меня есть способ его задвинуть, ты поверишь мне?

Глазёнки Мартына жадно блеснули, и я продолжил.

— У меня есть компромат на него и Агату. Только представь — они отойдут на второй план, и ты будешь ближе всех к наследству. А я что? Ян и так меня не жалует — так стоит ли избавляться от меня? Помоги их прижать, а я сделаю так, что отец ещё больше возненавидит меня. Куда ни посмотри, ты кругом в выигрыше. Мой интерес понятен — выжить. Думай, голова, думай.

Братец встал и медленно заходил по комнате, сомкнув руки за спиной в замок.

— Это что-то серьёзное? — спросил он меня, чуть притормозив.

— Катастрофа для обоих, — я расплылся в хищной улыбке, а потом решил ещё и добить его. — Можно сказать, они оба ответственны за сегодняшнее нападение.

Мартын выпучил глаза, а потом опять присел рядом со мной.

— Выкладывай.

— По рукам? — я протянул ладонь, и тёплая вспотевшая клешня братца тут же сомкнулась на ней.

Два интригана заключили сделку. Я тут же рассказал про Кайла и что Густав с Агатой их удерживают где-то за периметром имения.

— Скорее всего, Вальдемар думал, они держат пленников у нас, — торопливо перебирал версии Мартын. — Они хотели разом покончить с проблемой — уничтожить Громовых и добыть доказательства твоей виновности.

— Обломали клыки, — вставил я. — Сможешь что-то придумать?

Брат самодовольно хмыкнул, сказав, что у него в должниках полно всяких тёмных личностей, умеющих в слежку. Он тут же быстро набросал пару каракуль на бумажке и кликнул слугу. Записки полетели одна за другой и вскоре из поместья во все стороны поскакали гонцы.

Парочка идиотов конкретно попали. Вне сомнения, они сегодня же захотят сменить местоположение пленников или хотя бы отправят туда весточку узнать всё ли в порядке. Если уже не сделали это. После столь чудовищного фиаско я представляю, как они там на иголках сидят. Ещё бы — погибло пятеро бойцов и трое дворовых. Кому-то придётся отвечать.

День в заботах постепенно клонился к завершению и когда уже шпионы Мартына прибыли в имение под видом обычной дворни, Густав с Агатой не выдержали и сторожащие шпики засекли выбежавшего из покоев слугу со свёртком. Они проследили за конным посланцем, оставаясь невидимыми, и двигались за ним на своих двух.

Это оказался купеческий дом в приличном районе. Там жил поднявшийся на скупке краденного тёмный делец, решивший под старость лет, обелить репутацию, но по былой привычке оказывал сомнительные услуги аристократам. Те, в свою очередь, одаривали его не только деньгами, но и всяческими рекомендациями, приглашениями на званые вечера, лоббировали его интересы.

Один из шпиков доложил нам обстановку, и Мартын дал отмашку поговорить с хозяином домика. Туда вошёл хаттарунский криминальный авторитет и популярно объяснил дедушке, что его ждёт, если он не покажет, где держат Кайла. Ну а снаружи и внутрь набилось порядка пятидесяти сомнительных гавриков.

Натоптали, что-то умудрились стыбрить, распугали прислугу и зажали охрану в подсобке. Понимая, что деться некуда, купец уступил и вскоре прибежал гонец, что парень живой. Кайлу накинули на голову мешок и так спрятали, что даже тараканы его не смогли бы найти.

— Идём, — сказал мне Мартын, после того как получил письмо от воротилы с извинениями, дескать, бес попутал, не ведал, что творил.

Я и не знал, что у братца такие связи с преступным миром. Выглядит как тихоня. Действительно, нежелательный тип в списке моих врагов. Нет, я его не боялся — просто если есть возможность, чтобы не срали в тапки с тыла, то лучше сразу договориться.

Мы шли по коридорам деревянного терема в сторону, где находились покои сестры. Увидели их в окружении других родственников, бурно обсуждавших сплетни и смеявшихся. На всех была надета выходная одежда для приёмов. Хотели продемонстрировать, что даже не почувствовали налёт на родные пенаты и как ни в чём не бывало показаться на вечернем приёме.

В целом хороший политический ход, но сейчас не об этом.

— Что вам? — грубовато бросила Агата. — Скажи чтоб подогнал кареты к выходу, — приказала она служанке, та поклонилась и, смотря в пол, быстрым шагом скрылась на лестнице.

Мы стояли, облокотившись на резные перила, и смотрели вниз с третьего этажа на суету дворовых работников.

— Нужно поговорить о мальчишке, которого вы похитили, — тут же взял быка за рога Мартын.

— Не понимаю о чём ты, — не изменившись в лице, сказала Агата, но я заметил чуть дрогнувшую ладонь, которую она тут же спрятала за спиной.

— Брось сестрёнка, — мой новый союзник передал то самое письмо от купца и насмешливо смотрел в лицо Агате. — Ну что будешь ещё отпираться?

Она передала бумажку обратно и поджала губы. Затем злобно на меня посмотрела.

— Что ж ты не сдохнешь, мразь, всё дёргаешься. Мало тебе наших страданий?

Я лыбился вовсю, а чтобы выбесить её окончательно показал из-за спины братца жест Буратино двумя руками.