Волчий час - Лео Сухов

Я же говорил, что я оптимист? Да? Вот и тут я это успешно доказал. Потому что отчего-то решил, что у неизвестных насекомых есть какая-то территория. А её, по факту, не было! Границей территории, видимо, служили те глупые и смелые представители местной фауны, которые оказывались ближе к месту обитания насекомых.

И выяснили мы это очень просто. Для начала, согласно плану, двинулись вдоль ручья на восток. И стоило нам удалиться от самых натоптанных троп, как местные хозяева явили себя во всей красе.

Они были похожи на скорпионов. Правда, размером с небольшой журнальный столик. А вместо хвоста у них имелись в наличии два длинных уса, направленных назад. Такие же росли из спины, но были загнуты вперёд.

В тот момент, когда мы их увидели, насекомые оказались заняты: сноровисто разделывали несколько здоровых туш. Вообще процесс оказался довольно любопытным, как и сами насекомые…

Выглядели эти существа, как я уже говорил, словно скорпионы без хвоста. Зато с усами сзади и спереди.

Передние конечности — явно хватательные, с тройными клешнями, как у крана-погрузчика. И выставлены вперёд. А две средних пары конечностей напоминали формой ноги муравья. Ну а задние были уже похожи на ноги, но направленные вбок. Прямо как пушки у какого-то космического корабля.

Каждый такой журнальный столик, подбегая к мёртвой туше, выдирал из неё куски плоти. А затем закидывал добычу себе на плоскую спину передними клешнями, пока его задние конечности раскладывали и придерживали груз. Когда набиралась горка в четыре-пять раз больше его роста, странное создание разворачивалось и резво бежало обратно.

— Эй! Это же муравьи! — тихим шёпотом удивился Славка.

— Это с какой радости ты так решил? — не понял Мелкий.

— Ну вон же, смотри! Те, которые мясо грузят — рабочие! — пояснил Славка, указывая на трудяг. — Бегают по протоптанной тропинке, никуда не сворачивая. А вон те, побольше, они с хвостом и стоят в сторонке! Значит, это воины и охранники. Видишь?

Честно говоря, я только после его слов и заметил этих воинов. Они как будто притаились, вжавшись в землю и распрямив вдоль неё свои длинные хвосты. И вот у них хвосты были, как у скорпиона! Правда, на конце виднелось не одно большое жало в виде крючка — а с десяток небольших прямых иголок, как у дикобраза.

— Интуиция подсказывает, что эти иголки не только для того, чтоб хвостом бить… — задумчиво прошептал я. — Стрелять они ими, боюсь, тоже умеют!

— К гадалке не ходи! — согласился со мной Пилигрим, а Нантле начала что-то тихо, но активно объяснять.

— Жена говорит, иглами они действительно стреляют! — перевёл Хир-Си. — Метров на двадцать, и очень больно. Там какой-то яд, который вызывает судороги. А когда останется один шип — они им будут жалить в ближнем бою.

— Может, набрать воду ниже по течению? — жалобным голосом предложил Славка. — Не хочу их беспокоить… Я вообще насекомых люблю! Я в школе в кружок юных энтомологов ходил… Целых два дня!

— Нельзя ниже по течению… — поморщился Грим. — Эти твари завалили пару туш прямо в ручье. И вода там сейчас смешана с кровью и гнильцой. Животным-то нестрашно, а вот мы быстро заработаем проблемы с ЖКТ. И я не уверен, что кипячение эту проблему решит!..

— Значит, надо набирать воду выше по течению? — уточнил я, а потом добавил, с опаской поглядывая на игольчатые хвосты: — Но там эти насекомые…

Снова быстро заговорила Нантле, объясняя что-то Хир-Си.

— Жена говорит, надо здесь перейти ручей и подойти к воде выше по течению по другому берегу! — а потом он виновато развёл руками и пояснил: — Вы извините, она у меня русский уже выучила и почти всё понимает. Но вот говорить нормально пока не получается!

— Да намана! — отмахнулся Мелкий. — И план у неё, натурально, звучит как план! Хорошая у тебя жена, мозговитая!

Натнле немедленно засмущалась и улыбнулась, тут же на деле доказав, что всё понимает. И даже ценит неуклюжие комплименты Мелкого.

— Есть другие предложения? — уточнил Грим, обвёл всех взглядом и кивнул. — Других нет… Значит, поступим, как предлагает Нантле!

Отойдя подальше от «мясницкой лавки» насекомых, мы поспешили к ручью и перешли на другой берег. Заодно устроили там короткий привал: проверили оружие, патроны, а ещё заранее достали фляги и бутылки для воды.

И только когда мы убедились, что готовы идти на дело — то есть, быстро стрелять, быстро набирать воду и быстро сваливать — отряд двинулся дальше. Нужно было подыскать место, где можно удобно подобраться к воде. Чтобы лучше видеть местность, мы забрались повыше по склону ложбины. По пути я разглядывал россыпь камней и скальной породы, всё больше убеждаясь в том, что никакое это не естественное образование.

Скорее, оно напоминало что-то вроде входа в подземный муравейник. Просто муравьи были такие вот странные, больше похожие на скорпионов-переростков. И эти существа явно специально натаскали сюда и камни, и куски скал. Вот только я не понимал зачем… А потом обратил внимание, что количество крупных булыжников совпадает с числом дыр в земле… И понял, что это двери в их жилище!

Видимо, в случае опасности насекомые так спасались. Затыкали входы крупными обломками скал, а затем отсиживались внутри своей подземной крепости.

— Вон там удобно будет! — тем временем Грим указал вниз и, проследив за его рукой, я увидел выбранное им место.

Там, неподалёку от ручья, виднелись сразу два входа в подземный муравейник. А обломки скалы, которые должны были их закрывать, оказались сдвинуты ближе к воде. Ну а тропка муравьёв-добытчиков в этом месте забирала к югу, огибая и булыжники, и дыры в земле.

Значит, именно там «скорпомуравьям» будет сложно нас рассмотреть. И это давало шанс подойти ближе и набрать воды! Свои комментарии вставила Нантле, что-то проговорив Хир-Си.

— Жена говорит, место хорошее. Насекомые подслеповатые и чуют плохо, — перевёл он. — Если громко не топать, могут нас и не заметить.

— Тогда идём туда! — решил Грим и первым начал спуск.

Скажу честно, это было не столько страшно, сколько стрёмно. Есть такое жаргонные слово, которое означает не только страх, но ещё и мандраж перед опасностью… И предчувствие этой самой опасности… И, одновременно с этим, настороженную бдительность. В общем, именно это слово лучше всего описывало