Lenimentus - Эл Фарбер

– Так что? – не унималась Глория.

– Я не работал с имплантированными, – ответил Кирилл.

Разочарование Глории было почти ощутимым. И всё же она была слишком не похожа на других девушек, встреченных Кириллом в Новерии.

– Конечно, несмотря на запрет, в Альянсе море самых разных специалистов, – заговорил Кирилл. – Даже тех, кто тащится от всех этих штуковин, вживляемых в ткани. Я знал одного нейроимплантолога в 355-м…

– Ужасно, – кивнул Урвиль. – И Альянс называет себя последним цивилизованным государством! Хорошо, что ты не из таких.

Оставшуюся часть поездки Глория молча смотрела в окно. Урвиль продолжал рассказывать обо всём подряд, уже без наводящих вопросов от Кирилла. Чем дальше они удалялись от центра, тем меньше людей и транспорта попадалось вокруг.

Красный столб с широкой табличкой служил конечной точкой маршрута такси. Напротив него возвышался, как подсказал Урвиль, памятник «Помнящему» – человек, одетый в бесформенную рясу, согнувшийся и прячущий лицо в ладонях. Нельзя было с уверенностью сказать, мужчина это или женщина, лишь длинные волосы спадали из-под капюшона на плечи. Статуя стояла на высоком камне посреди искусственного водоёма. А вокруг – ничего. Только в отдалении виднелись здания, обнесённые колючей проволокой – база разведчиков.

– Да запомнит он нас… – прошептала Глория.

– «Помнящий» видел весь мир с самого его создания, – объяснил Урвиль. – Он помнит и начало, и конец. И благословлён будет тот, кого он заметит и назовёт по имени.

Они пошли по пыльной дороге дальше. Навстречу им попалась группа дружинников с красными повязками на руках. Они пристально смотрели на Кирилла, но остановить не попытались.

– Мы почти на месте, – сказала Глория, указывая на невзрачные здания впереди. – Вот она, Стена.

– Это же просто… дома.

Цепочка из одиннадцатиэтажных зданий тянулась не меньше, чем на километр, и была усеяна сквозными дырками – окнами.

– Мы бы сами не смогли построить лучше. А это сооружение прекрасно подходит для обороны, – невозмутимо ответила Глория. – Мы их соединили вместе – и так получилась Стена.

– Вы построились на руинах, – резюмировал Кирилл, разглядывая почерневшие фасады когда-то жилых домов.

– Это хорошее место, – подтвердил Урвиль. – Климат здесь всегда был экстремальным. Поэтому «Архангел» и не пошёл сюда.

В низеньком сарае, ютившемся у подножия многоэтажки, развернулся дежурный пункт – два деревянных стула, нелепый круглый стол с резными ножками и трое дружинников, вооружённых огнестрельными пистолетами и стальными кинжалами. Радушной встречи не произошло. Отверженные говорили настолько быстро и резко, что Кирилл понимал максимум одно слово из пяти.

– Белокровый, – раздалось у Кирилла за спиной.

Тот обернулся и едва не напоролся на лезвие. Одноглазый лысый дружинник с волосатыми руками с насмешкой разглядывал его. Остальные притихли.

– Не думал, что есть кто-то уродливее Прайса, – наконец сказал он. – Кто этот?

– Хирург, – ответила Глория. – Рауль, послушай…

– Не похож на костоправа. Билл так и говорил, – Рауль спрятал кинжал в ножны на бедре. – Ну и зачем пожаловал, Альянсовец?

Вопрос был с подвохом, и Кирилл не собирался на него отвечать.

– А если я выйду за Стену, это будет считаться побегом? – вместо этого спросил он.

– Прайс так и сделал. С последнего этажа – и вниз, – Рауль хищно улыбнулся.

– Грустная история.

– И правда. Белокровым нельзя доверять. Всегда будут рваться в свой рабский мирок. И не переучить, не перевоспитать.

– Рауль, – подал голос Урвиль. – Кирилл не знает, как оказался здесь. Мы с Глорией подумали, что Стена поможет ему вспомнить.

– Урвиль! – Рауль обернулся к нему, и тот пошатнулся от приветственного тычка в плечо, традиционного для Новерии. – Сукин сын, ты должен мне триста шин! А тебе, Глория, сказали: будешь лезть, куда не просят, – закроют вместе с Майлзом.

Кирилл удивлённо уставился на Глорию. Майлз был заведующим общего отделения и прямым начальником Кирилла. Именно он позволил Кириллу заступить на работу в больницу, за что тот был бесконечно благодарен.

Рауль посмотрел на наручные часы – примитивный механизм со стрелкой.

– Половина третьего, – объявил он.

Всего полчаса назад закончилась смена Кирилла в больнице, хотя он был уверен, что одна только поездка заняла минут сорок. Впрочем, в Новерии сложно было найти хотя бы одну пару часов, показывающих одинаковое время, что объяснялось возрастом и ненадёжностью такого рода механизмов.

– У вас десять минут. А ты, Урвиль, раз не принёс долг, останешься здесь и поможешь мне. Мануэль!

Молодой худощавый Мануэль повёл их ко входу в многоэтажку, превращённую в центральную часть Стены. Ступеньки местами обвалились, и Кириллу приходилось внимательно смотреть под ноги, чтобы не заработать себе вывих. На пятом этаже Мануэль сжалился и отвёл их с Глорией в старую кабинку лифта. После напряжённого подъёма по лестнице Кирилл был не в силах переживать из-за возможности обрыва износившихся тросов и только благодарно кивнул Отверженному.

Со стоном и скрипами лифт доставил их на последний этаж, где Мануэль их и оставил.

– Десять минут, – повторил он и ушёл.

– Тебе повезло, – сказала Глория, бодро забираясь по перекладинам к люку, ведущему на крышу. – Ты понравился Раулю.

С трудом подтянувшись на перекладине, Кирилл полез следом.

– Но не так сильно, как Прайс.

– Шутишь? Рауль его терпеть не мог, как и я.

Плоская крыша была усеяна галькой. Впереди простиралась пустыня. Кирилл присел почти на самом краю крыши, глубоко вдыхая горячий воздух – у него никак не получалось восстановить дыхание.

– Вы такие хилые… – сочувственно произнесла Глория. – Мне даже вас жаль.

– А мне вас, – Кирилл посмотрел на неё. – Отстроились на руинах и возомнили себя святыми. Я не могу подняться по дурацкой лестнице, но зато я знаю, как провести «лабиринт», и могу пересадить сколько угодно органов любому из вас.

– И ничего из этого – без технологий из Альянса, – напомнила Глория.

– Вы против всяких технологий, но сами пользуетесь допотопными электромобилями, компьютерами и холодильниками, – заметил Кирилл.

Солнце заставляло Глорию щуриться, превращая и так небольшие глаза в две едва заметные щёлочки. Позади неё, затянутая плёнкой марева, виднелась Новерия.

– Альянс запрещает импланты, но это не мешает вам прибегать к их использованию. Так и мы. Из двух зол выбираем меньшее.

Кирилл фыркнул и отвернулся.

Где-то за этой пустыней начинался «Квадрат Совета». Кирилл мало что помнил о расположении Новерии относительно Альянса, но был уверен, что они устроились не слишком далеко. Был бы у него челнок… или свой электромобиль. Но нет, слишком маленький аккумулятор.

А если бы получилось… Он бы доехал до Фрага. Если повезёт – сразу на сторону Армии. Скорее всего, его объявили в розыск и уже не надеются найти. Списали на «Отверженных». А он расскажет, что попал в Новерию и видел