Зандр - Вадим Панов

– Прибейся к бронекаравану.

– Я думал, но не могу мать оставить. – Сергей вздохнул. – Не хочу на общину ответственность сваливать. Справлюсь.

После ранения она не могла работать наравне со всеми. По дому ещё справлялась, но и только: благополучие их небольшой семьи держалось на плечах Сергея.

– К тому же бронекараваны ходят по известным маршрутам, а мне бы в новое куда… – мечтательно протянул он. – Знаешь, как я комби завидую? Ну, тем комби, которые в неизведанное лазают, в белые пятна. Я бы всё отдал, чтобы стать комби.

И Ёшка вдруг поймал себя на мысли, что Сергей действительно мог бы стать первооткрывателем. Или должен был стать первооткрывателем, потому что грезил путешествиями так же, как сам Ёшка грезил войной.

Потому что птенцы одинаковые, но птицы из них вырастают разные. И Время Света, так уж получилось, многим подрезало крылья.

– Скажи, Агроном верит в «Письма»?

Ёшка посмотрел на задавшую вопрос девушку, чуть пожал плечами и вдруг ответил настолько по-взрослому, что всем без исключения друзьям показалось, будто рядом с ними сидит сам Андрюха.

– Агроном говорит, что верить надо не в прошлое, а в будущее. Прошлое – было, о нём следует помнить. А верить надо в то, что мы сможем снова поднять Землю и… И в то, что Серёга полетит на свой грёбаный Марс.

Пятнадцать месяцев назад

Зандр подл и жесток, но в нём есть место подвигу.

Вы удивитесь.

Есть.

И Зандр так сильно изумляется проявлению героизма и простой человечности, что начинает любить тех, кто не такой, как все. В ком осталась доброта. Надежда. Вера в лучшее. Зандр любит тех, кто готов пожертвовать собой. Зандр убивает их, но любит.

И первое место в хит-параде новой Земли, естественно, отдано апостолам. Честным. Верным. Искренним. Добрым. Очень хорошо защищённым и ещё лучше вооружённым, потому что без брони и пулемёта невозможно справиться с убийственной любовью Зандра.

Апостолы держат слово. Апостолы приходят на помощь. Но самое главное – у них есть принципы, за которые они готовы умереть, и тем апостолы отличаются от просто людей в ЗСК. Ну и ещё тем, что их комплексы близки к идеалу, и один апостол стоит в бою как минимум среднего танка.

А может, и больше, потому что хоть уступает размером, но зато маневренней…

– Не дай ему уйти!

– Это он нам не даст!

– Перекрой отступление…

– Огонь! Огонь!!

Пули и даже снаряды из зенитного пулемёта, гранаты, рвущиеся безжалостными осколками, ярость… Все знают, где апостол. Он, конечно, вертится, будто уж на сковородке, укрывается за камнями и обломками скал, но все знают, где он, щедро заливают зону огнём, но пока без толку: «Апостол» держит, а апостол – отвечает. Его четырёхствольный пулемёт – отличное средство не только против пехоты, он прекрасно работает по легкобронированным машинам, в дуршлаг расстреливает борта и сминает кабины так, словно сделаны они из лёгкого картона. А кроме пулемёта – выстрелы из совмещённого с ним скорострельного гранатомёта, которые тоже редко проходят мимо цели…

– Надо уходить! – орёт Галицара. Чумазый, немного обожжённый, напуганный – совсем не похожий на того самодовольного падальщика, который обещал главарю легкую прогулку на ферму. – Он нас кончит!

– Не кончит! – отзывается Три Пореза.

– Да он зверь!

– Нас тридцать!

– Грёбаный упрямец! – На глазах у Галицары выступают слёзы, он хороший падальщик: жестокий, злой, инстинктивно чувствующий, где жертвы спрятали ценности… Но он трясётся, встретив настоящего противника. Всегда трясётся…

– Заткнись и стреляй!

Три Пореза готов отдать приказ на отступление, но пока молчит. Пока. Вместо этого вставляет в автомат новый магазин и передёргивает затвор. И ругается про себя.

Банда тает на глазах. Растекается, как грязный снег под весенним солнцем, только лужи того снега – кровавые.

Их бронированный грузовик вдребезги, расстрелян до невозможности ремонта, плюнуть и забыть. Хорошо, что командиры броневиков сообразили, что к чему, подали назад и теперь поддерживают отряд огнём с безопасного расстояния – потеря этих машин означала бы распад банды. Которая таяла на глазах, поскольку сейчас её распадом вплотную занялся один из лучших воинов Зандра.

Взрыв за плоским камнем, вопли, разлетающиеся конечности, ещё двое парней отправляются к праотцам. Галицара почти плачет. Главарь же громко ругается, но приказ на отступление по-прежнему не даёт, надеясь прибить проклятого «защитника слабых и угнетённых». Сейчас, когда бандиты перестали паниковать, определили примерное местонахождение врага и сосредоточили огонь, их шансы резко увеличились.

Лучше победить с потерями, чем с теми же потерями позорно драпануть…

А самое обидное заключалось в том, что сцепились они с апостолом из-за сущей ерунды, да ещё и не ими устроенной.

Три Пореза вёл банду на север, к аттракциону Сивого Жу: старик собирал армию для вторжения в Ольховый Рай, а поскольку Жу никогда не предлагал пустышек, падлы Трёх Порезов проголосовали за участие в рейде. Банда шла быстро, не размениваясь на сопутствующие грабежи, ту сожжённую ферму на краю Тандырных Сопок проскочили не останавливаясь, ребята ещё поржали, что, мол, к Седому много народу идёт и рядом с аттракционом вообще живого места не останется, а через пару километров наткнулись на распакованную станцию водяных крыс, и ситуация прояснилась: водососы решили выжать понравившийся им слой, фермер возмутился и получил то, что должен, поскольку выходить против крыс в одиночку не следует. Обычное для Зандра дело: вода – это жизнь, и она же – частенько – смерть.

В других обстоятельствах Три Пореза, скорее всего, прошёл бы мимо, но водососов оказалось мало, а их цистерна так заманчиво поблескивала на ярком солнце, что лидер падальщиков не удержался и дал приказ атаковать. Станцию захватили быстро и без потерь. Мёртвых водососов ограбили и свалили в ближайший овраг, расположились на ночёвку, разумно решив собрать как можно больше воды, а наутро были атакованы разъярённым апостолом. По всей видимости, он тоже наткнулся на ферму и пошёл по следам, в надежде расплатиться за преступление.

И пока у него получалось.

Неожиданное и жестокое нападение на рассвете стало страшным ударом: пока сонные падлы вскочили, пока сообразили, что к чему, пока начали кое-как обороняться – банда уменьшилась наполовину. Не все убиты, конечно же, но раненые в Зандре ещё большая обуза, чем мёртвые. Тогда же погиб грузовик, унеся с собой пятерых парней, и тогда же разлетелась станция водяных крыс – от неё осталась лишь истекающая водой цистерна.